Эледра - Нурия Перра

– Он бы и не обошелся, если бы я была чуть менее человечной, – я посмотрела на забинтованные кисти, на которых еще были следы зубов Ника. – Но по крайней мере Тамера теперь дома.

Руки Лео невольно дрогнули на замке на правом крыле, но желания одернуть крыло у меня не возникло. Вероятнее всего из-за усталости.

– У тебя получилось?

– Получилось. Цдама больше нет. По крайней мере на какое-то время.

Щелкнул второй замок, и я с удовольствием расправила намертво затекшее крыло, отдавшееся первые мгновения болью. На месте, где висело железо чешуя исцарапалась. Поморщившись от этого жалкого зрелища, я отвернулась с надеждой, что со временем чешуя восстановится.

– Сколько меня не было?

– Около месяца.

У меня вырвался нервный смешок. Один месяц… Один, мать его, месяц. Эпопею, в которой ужасов на три жизни вперед можно уместить в гребаный месяц! Я предполагала такое, но это… Это даже не честно.

И видимо синяк Рашель моих рук дело… Какой кошмар, вот и зачем я ее так толкнула?

– А для меня как будто целая жизнь прошла…

– Я представляю.

И это было, наверное, самое правдивое «я представляю» в моей жизни.

Лохматый управился со вторым крылом быстрее, и сел спереди, чтобы снять ошейник и наручники с кистей. И последним, чего мне хотелось видеть, это как ожесточилось его лицо и плотно прижались уши, когда ошейник упал с моей шеи. Я знала, что там остались жутковатые следы пальцев и поцелуев, во время которых я сопротивлялась. После той ночи, Генрих перестал снимать с меня ошейник, поэтому, ко всему прочему, там остались и красные полосы от него.

– Скажи, что этот ублюдок мертв, – с ледяной яростью сказал Лео, смотря на эти следы.

– Я не уверена, – выдавила я, не в силах сдержать дрожь. – Я отравила Кин и Ника, но на него их доза не подействовала, поэтому я дала ему в три раза больше. И в конце мы с Тамерой подвесили его на люстре в его же ошейнике. Весь Цдам пылал, за нами гнались, и я не успела убедиться, что он мертв… И если он вернется за мной… Я не… Я не смогу. Это все, все что там было, я просто…

– Тише, – мягко сказал Лео, беря меня за плечи. – Все хорошо. Ты в безопасности.

Слезы все равно покатились из глаз, и как бы я не пыталась себя убедить в том, что все закончилось, у меня не получалось. Я просто поддалась навстречу в объятья единственного человека, с кем могла позволить себе быть слабой и уверенной в том, что меня защитят.

– Он не вернется, – уверенно отрезал Лео, осторожно погладив меня по голове. – А если ему хватит наглости, то я покромсаю его на такие мелкие куски, что никакая регенерация не спасет. Он всего лишь человек.

От этих слов мне стало спокойнее. Я больше не на арене. Моя жизнь больше не висит на волоске и больше мне не нужно сражаться в одиночку. Больше не нужно прогибаться под кого-то ради выживания. Я свободна.

Мы ненадолго замолчали. Я дала себе время собраться, а потом отстранилась, позволив Лео закончить с наручниками. И пока он занимался первым наручником, я узнала еще одну не утешающую новость:

– Я объяснил им, чего ждать после твоего возвращения, поэтому они… Они пообещали не давить и не торопить тебя. Дать тебе оклематься.

– Как Дони это все воспринял?

– По началу, конечно, резко, но чем дольше мы общались, тем больше он понимал ситуацию. Трейс и Рашель не хотели ему рассказывать, поэтому я пошел немного наперекор их мнению.

– Давно надо было это сделать, – пробормотала я, разминая первое освобожденное запястье.

– Еще злишься, что я подверг его опасности?

– Я знаю Дона. Если он был в курсе происходящего, то наверняка не успокоился, пока не добился вариантов, как мне помочь.

– Я говорил ему, что это кончится… Так как кончилось.

– О чем ты? – напряглась я, дернув ушами.

– Когда Рениш забрал его, то изменил. Немного…

– Твою мать, – я схватила его за руку, заставив посмотреть в глаза. – Что. Он. Сделал?!

– Он сделал его полу-нуксом.

– Он что… – резко потеряв все силы сказала я.

Полу-нуксы… Этот проклятый проект Рениша, с помощью которых он создавал себе рабов для плантаций. Ходячие трупы, покрытые струпьями, и чью кожу разрывает от новых синих щупалец. Безжизненные взгляды желтых белков с неровными черными зрачками…

Последней каплей стало воспоминание о сне, в котором я уже видела такой исход событий для Дона…

– Сирена, – Лео накрыл мою руку своей, чтобы напомнить, что я слишком крепко держу. – У Рениша получилось. Дони не похож на тех полу-нуксов. Дони все еще Дони с человеческим сознанием, пусть и отсутствием эмоций. За эти недели он полностью привык к ним и даже нашел плюсы. Слышишь? Все в порядке.

– Да какое в порядке?! Он не должен был пострадать, – я выскользнула, зажав рот ладонью.

Что же я наделала…

Мне никогда не искупить такой вины.

На что я вообще надеялась…

– Он знал на что идет и в этом нет твоей вины.

– Знать и быть в этой ситуации не одно и тоже! – закричала я. – Я знала, что не вернусь с войны! Знала, что со мной будут там делать! Знала на что подписывалась, становясь жрицей! Думаешь это хоть как-то что-то облегчило?! Да ни хрена! Я уже даже не знаю кто я. Я ни хрена не чувствую кроме тупой боли. Я просто разваливаюсь на части…

Лео взял меня за руки:

– Ты – Сирена Карлайт. Девушка, переехавшая в Нью-Йорк и подчинившая свою жизнь себе. Ты – борец, и в любой ситуации ты сражаешься, а не бежишь от опасности. Ты упрямая и верная, и готова пожертвовать даже душой за тех, кого любишь. И твоя семья это знает и гордится. Они ждали, когда ты вернешься и прямо сейчас каждый из них готов помочь тебе любой ценой. Позволь им помочь. И поверь мне, из этой бездны можно выбраться. Это будет тяжело, но возможно. Просто прими протянутую руку.

– Ты смог? – едва слышно ответила я.

– Я на пути к этому. И в основном благодаря тебе.

Все другие вопросы из головы исчезли, и я просто кивнула.

– Значит будем выбираться из этого вместе.

Скрипнули половицы лестницы, предвещая появление Рашель, которой не хватило терпения дождаться нас внизу, поэтому Лео взял все кандалы, и вышел, оставляя меня наедине со спутанными мыслями.

Отбросив их в сторонку, я взяла одежду, спрятала крылья и хвост магией, надеясь, что