Гнев ликвидатора - Александр Тамоников

С утра зарядил дождь. Телефонный звонок в квартире Куприяновых раздался, когда семья завтракала. Андрей, отложив вилку, поднялся:

– Наверное, мама!

Взглянул на детей:

– Ну что, ребятня, навестим бабушку?

Аленка радостно согласилась:

– Конечно!

Андрей посмотрел на окно, покрывшееся рябью водяных брызг:

– Вот только дождь, но ничего, не размокнем.

Он прошел в коридор, снял трубку:

– Да?

Но услышал не голос матери, а баритон заместителя владельца фирмы «Караван» Молоканова:

– Доброе утро, Андрей!

– Здравствуйте, Юрий Петрович!

– Отдыхаешь?

– Да вот к матери собрался.

Молоканов проговорил:

– Это хорошо! Мать – святое, нельзя забывать ту, кому обязан жизнью. Но ты мог бы перенести визит на вечер, конечно, если согласишься на одно предложение?

– Что за предложение, Юрий Петрович?

– Командировка тут одна срочная образовалась.

– Но я только что вернулся из рейса.

– Знаю! Но почему решил предложить работу тебе, а не кому-то другому, кто уже давно не выходил в рейс, объясню. У нас в большинстве своем ребята либо холостые, либо бездетные. Тебе же семью кормить надо. А поездка выгодная!

Куприянов заинтересовался:

– Что за поездка, когда, куда и насколько выгодная?

– Надо коньяк бросить в столицу. Выезд завтра утром, а насколько выгодна, суди сам: тридцатка чистоганом по возвращении плюс командировочные и расходные на дорожных ментов.

Андрей удивился:

– Тридцать тысяч за рейс?

Молоканов добавил:

– Это чистыми, Андрюша! И сразу, как только вернешься.

– Но почему так много?

– Так и груз дорогой, не любому доверишь! Так как?

– Да, я, в принципе, согласен!

– Вот и ладненько! Тогда давай сейчас на фирму, проверь машину и под погрузку. Впрочем, я сейчас на базе, подъезжай, все объясню на месте. А потом и к маме!

– Хорошо! Выезжаю!

Положив трубку, Куприянов вернулся к семье.

Жена спросила:

– Ну, что мама?

– Это не мама звонила, а заместитель Лученкова.

– С работы? В воскресенье? Что им надо?

– Рейс выгодный предложил Молоканов.

– Ты же…

– Да, Оля, я только из поездки, но посуди сама, Молоканов обещал тридцать тысяч рублей. И делов-то – коньяк в Москву отвезти.

– Тридцать тысяч? Так много? По-моему, еще никогда так не оплачивали тебе один рейс.

– Не оплачивали. Теперь вот решили заплатить. Молоканов насчет оплаты слово держал всегда.

Ольга задумчиво произнесла:

– Это очень странно, Андрей, не находишь?

– Что странно, согласен, но если разобраться, какой может быть подвох? Лученков работает открыто, легально, без всяких там леваков, по крайней мере, мне ничего такого не предлагал ни разу. Груз и документы я проверю лично. А деньги? Ну, раз сам обозначил сумму, то отказываться глупо. Коньяк наверняка доход шефу принесет не малый. Что для него какая-то тридцатка? И потом, Молоканов объяснил, почему в этот рейс выбрали меня. У нас же двое детей!

Ольга недоверчиво покачала головой:

– Что-то не верится мне в щедрость твоего Лученкова. Какой-то интерес, кроме коньяка, он точно имеет. Дались ему наши проблемы и наши дети.

Андрей спросил:

– Мне позвонить и отказаться? Сказать, жена заподозрила неладное? Я могу! Но где окажусь завтра? На улице и без работы? Если уж жизнь пошла такая, что условия диктуют те, кто имеет власть и деньги, нам остается принимать ее такой, какая есть! И пользоваться любой возможностью заработать. Слетаю в Москву, это двое суток, не больше, и тысячу баксов можно в заначку положить. Глядишь, и сменим нашу старушку «семерку». Или, наконец, отремонтирую. А то стоит без дела! Но если ты настаиваешь на отказе, я откажусь!

Ольга спросила:

– И когда предстоит ехать?

– Завтра с утра! Но сейчас мне надо на базу, в мастерской на яме проверить машину да поставить ее под погрузку. И сразу обратно. Или давай сделаем так: ты с детьми езжай к маме, а я туда подъеду. И сразу домой!

Жена согласилась:

– Хорошо! Только ты постарайся не задерживаться на работе, ладно?

– А когда я задерживался? Отработал и к семье! Мужики надсмехаются, мол, ни выпить с ними, ни просто посидеть не могу. Считают, под каблуком жены я. А мне плевать. Семья прежде всего. Выпить я могу и дома!

Ольга улыбнулась:

– Насчет этого, да и всего прочего, ты примерный муж! Мне хорошо и спокойно! И дети одеты, обуты, не хуже других. Боюсь, не оборвется ли случайно наше счастье?

– Оля! Ну почему у тебя такие мысли?

– Не знаю, Андрюш! Предчувствие какое-то нехорошее!

Куприянов подошел к жене, положил руки на плечи:

– Это погода виновата. Не беспокойся, не в первый раз еду. Все будет хорошо. И у нас еще ночь впереди. Уверен, утром ты проводишь меня с другим настроением.

Ольга наклонила голову к сильной руке мужа:

– Я люблю тебя, Андрей! А предчувствие, наверное, ты прав, из-за погоды. Ненавижу дождь и слякоть. Но давай не будем тратить время, заканчиваем завтрак и по делам. Ты на базу, мы с детьми к Маргарите Алексеевне!

Спустя полчаса они расстались на остановке. Жене с дочерью и сыном предстояло ехать на одном автобусе, Андрею на другом. Первым подошел автобус Куприянова.

Вскоре он вошел на территорию базы. Охрана, видимо, предупрежденная, пропустила его через контрольно-технический пункт, даже не поинтересовавшись, куда он идет и зачем, несмотря на выходной день. Андрей прошел к машине. Там его встретил Молоканов:

– Пришел?

– Да! Как и договаривались!

– Хорошо!

– Так я в мастерскую? Надо проверить ходовую, тяги, тормоза, свет.

– Не беспокойся. Загоняй «КамАЗ» на яму, там Петрович ждет. Он и проверит машину, или ты ему не доверяешь?

Петрович работал механиком более тридцати лет и знал технику как свои пять пальцев. Его на фирме уважали. Но отчего и он сегодня здесь? Неужели из-за машины Куприянова?