Абхазский миротворец - Сергей Зверев

– Отлично!

Левша явно был очень рад. Еще бы – двухверстка карта точнейшая, на ней даже сарай какой-нибудь может быть обозначен. Достать такую нелегко, как правило, двухверстки только у военных есть. А для Абхазии таких не делали с советских времен. Так что молодец Барцыц, хорошо подготовился. Кстати, и помощь абхаза в анализе наверняка будет далеко не лишней.

– Еще идеи есть? – Скат обвел всех взглядом.

– У меня, – сказала Света. – Но сначала вопрос. Как в Абхазии с иностранными туристами дела обстоят?

– Практически никак, – пожал плечами Гигла. – Из России люди ездят, но мы их за иностранцев не считаем. Ну, может, с Украины, из Белоруссии кто-нибудь приезжает, но это большая редкость. Хотя в прошлом году у меня один украинец жил – ему друг из России рассказал, как здесь хорошо. Самому хохлу тоже понравилось, так что, может, в этом году не один приедет.

– А из более дальнего зарубежья бывает кто?

– Не слыхал. Хотя вполне может быть кто-то, мы любым туристам рады. Просто про наши курорты за пределами бывшего Союза мало кто знает. Но если узнает и захочет приехать, то никто не помешает.

– В общем, то ли вообще нет иностранцев, то ли их мало, так?

– Да.

– Это очень хорошо. Скат, у меня такая мысль. Нужно постараться быстро узнать, есть ли сейчас в Абхазии туристы из Европы, из Америки, в общем, издалека. И проверить их по нашим каналам.

– Думаешь? – с легким сомнением спросил Скат.

– Почти уверена, – с нажимом ответила девушка. – Я просто не могу поверить, что на такую наглость, как попытка силой захватить Абхазию, грузины могли решиться без одобрения своих нынешних лучших друзей из-за океана. Если в итоге не окажется, что из всего этого торчат американские уши, то я свою косметичку съем!

– С удовольствием на это посмотрел бы, – усмехнулся Скат. – Тем более что я не я буду, если у тебя там гранаты-другой не найдется. И помада не окажется стреляющей.

– Все может быть, – Света загадочно усмехнулась. А Сабуров слегка оторопел – он неожиданно осознал, что, скорее всего, она не шутит.

– В общем, насчет американцев ты почти наверняка права, – продолжил Скат. – В таких делах, как захват республики, претендующей на независимость, мнение Америки очень много решает – пример Косова это ясно показал. Так что грузины почти наверняка согласие американцев получили на эту акцию. И не только согласие, но и помощь.

– А я думаю, не просто помощь, – заметил Сабуров. – Сама идея тоже скорее всего американская. Они же планируют Грузию в НАТО втянуть. А для этого необходимо, чтобы у нее не было нерешенных территориальных проблем – иначе принимать в НАТО нельзя, устав запрещает. Кроме того, заполучить Грузию вместе с Абхазией и без нее – это очень существенная разница. Такой кусок Черноморского побережья!

– Тоже верно, – кивнул Скат. – В общем, Света, ты думаешь, что в Абхазии могут быть американские агенты под видом туристов, правильно я понял?

– Ну, сам посуди – вот нужно было бы нашей группе в какую-нибудь страну приморскую пробраться. Какое самое лучшее прикрытие? Группа туристов, однозначно. Да мы и сейчас в этой роли!

– Согласен.

– Так вот, – это нам дает еще одну зацепку. Все-таки прислать сюда группу, замаскированную под россиян, им трудно. Значит, они, скорее всего, под видом иностранцев. Но иностранцев, по словам Гиглы, здесь мало. Нужно организовать проверку.

– Хорошая мысль. Тогда ты этим и займешься. А Гигла поможет.

– Именно. Гигла, – Света повернулась к абхазу, – у тебя же есть здесь контакты. Сможешь с их помощью выяснить, есть ли в Абхазии иностранные туристы, где они, сколько их?

– Еще бы.

– Вот и отлично. Завтра мы этим займемся.

– Проверьте еще журналистов, – сказал Андрей.

– Само собой. И ученых.

– Ученых? – Сабуров удивленно приподнял брови.

– Ну да. Это еще один распространенный вариант. Маскировка под какую-нибудь научную экспедицию. Оформляется по международной линии, финансируется с помощью какого-нибудь гранта, происхождение которого трудно проследить, – и вперед. Да что далеко за примером ходить – наша группа кем только не бывала: и орнитологами, и вулканологами, и экологами – всего не упомнишь.

– Свет, детали с Гиглой обсудишь, – сказал Скат. – Еще есть у кого идеи?

С минуту все молчали.

– Ну?! Шевелите мозгами! Что бы вы еще на месте грузин сделали, чтобы обеспечить успех вторжения?

– Нескольких человек бы убрал из наших сил самообороны, – сказал Барцыц.

– Сомнительно, – протянула Света. – Убьешь одних – их место другие займут.

– Э! Ты не знаешь, что это за люди!

– Хорошо, Гигла, список составь, кто для грузин наиболее опасен.

Абхаз кивнул.

– А как у них с авиацией? – спросил Андрей. – И с прочими войсками? Имеет смысл их к границе стянуть.

– Авиации мало, настоящей военной практически нет, – ответил Скат. – А войска к границе уже постепенно стягиваются, но с этим мы ничего поделать не можем.

– Хорошо бы эсминцам их свежекупленным какую-нибудь пакость устроить, – мечтательно сказала Света.

– Ну, это уже фантастика.

– Я все-таки подумаю над этим. Иногда как раз предельно наглые операции удаются, тебе ли не знать.

– Тоже верно. Ладно, в общем, примерно ясно, чем мы завтра займемся. А там, может, от Коробова какая информация поступит – разведчики-то работают. Да и сами мы чего-нибудь да выясним. Главное, ясно, с чего начинать.

– Ну, ты прямо как Наполеон, – усмехнулась Света.

– В смысле?

– Есть такая распространенная байка, может, кстати, даже и не байка, а чистая правда. Когда у Наполеона спросили, в чем секрет его побед, он ответил, что главное-де – это ввязаться в заварушку, а уж там, дальше, смотреть по обстоятельствам.

– Почему бы и нет, – пожал плечами Скат. – В конце концов, великий был человек. И до тех пор, пока на Россию не полез, этот его принцип работал. Сработает и у нас. Это вполне деловой подход – начинать делать дело, а не болтать. В общем, так. Слушаем мой приказ. Андрей завтра едет к миротворцам, Света занимается иностранцами. Левша сидит над картами, думает, где грузины могут еще какую пакость учинить и какие мы можем контрмеры подготовить. Гигла Левше и Свете помогает. Все.

– А ты сам чем займешься? – спросила Света.

– Есть у меня кое-какие задумки. Но пока делиться ими я не хочу – может, еще и не выйдет ничего.