Без шума и пыли - Анатолий Сарычев

Филарет с Василием Петровичем на корточках уселись перед раненым, наскоро перетянув руку и ногу жгутом.

Худое его лицо еще больше заострилось и даже пожелтело.

Похлопав по щекам, Филарет скорчил скорбную мину и, делая вид, что не замечает дрожащих ресниц, негромко пробормотал:

– Дела хреновые. Если в течение получаса руку не прооперировать, то придется ампутировать. Ниже локтя совсем омертвела рука.

– Нога тоже плохая – много крови потерял. Порвана бедренная артерия, – включился в игру Василий Петрович.

– Ребята! Отвезите в больницу! Я много денег дам! – слабым голосом произнес раненый.

– Кстати, о деньгах. Где шесть тысяч долларов? – спросил Филарет, вставая с корточек.

– Денег нет, – убито ответил раненый, опуская голову.

– Видишь, Василий Петрович, они с самого начала хотели нас кинуть! – констатировал Филарет.

– А может, он врет? – предположил Василий Петрович, сноровисто обыскивая раненого, в заднем кармане которого отыскалась смотанная в трубочку пачка долларов.

– Сколько тут денег? – спросил Филарет, подкидывая на руке долларовый рулончик.

– Шесть тысяч долларов, – скривив от боли худое лицо, ответил раненый бандит.

– Нехорошо обманывать старших, – назидательно подметил Василий Петрович, вынимая из нагрудного кармана технический паспорт на машину, закатанные в пластик водительские права и паспорт гражданина Российской Федерации, выданный на имя Газиева Салама Рустамовича.

На него же был выписан технический паспорт на «Тойоту».

– Жадность фраера сгубила! Если бы ты отдал деньги сразу, может, я и поверил бы, что вторая женщина моя жена, – констатировал Филарет, бегло взглянув на документы.

– Нарисуй-ка, друг, доверенность на машину, – попросил Василий Петрович, заполняя типовой бланк.

Подсунув бандиту доверенность, Василий Петрович погладил его по голове.

Иванов, как чертик из табакерки, выскочил из кустов и, с ходу отодвинув начальника цеха в сторону, начал что-то быстро говорить на самое ухо.

– Давай прибери тут по-быстрому! – приказал Василий Петрович.

Подойдя к пленному, негромко спросил:

– Где находится подвал со второй женщиной?

– Улица Чапаева, 26, – без запинки ответил Салам.

– Выпиши еще одну доверенность на Михайлова, – попросил Василий Петрович, с ходу заполняя еще один бланк.

– Понимаешь, Салам Рустамович, твой друг дал другой адрес подвала. Кому верить, непонятно. Он рассказал, что ты сам пытал женщину, а в конце пытки, озверев, ударил ее по голове молотком, чуть не убил. Как, кстати, твоего друга зовут, которого ты в начале грунтовки высадил?

– Мы двоих высадили, не знаю, о ком ты говоришь, – слабым голосом ответил Салам.

Глаза его трусливо забегали, опасаясь встретиться с глазами Филарета.

– Как, ты говоришь, их звали? – не отставал начальник цеха, ласково поглаживая пленника по голове.

– Иса и Асланбек. Я тут не при делах, что они наговорят. Моя пытка совсем не могет делат! – запинаясь, сказал Салам, от страха путаясь в окончании русских слов.

– Дорогой, ни одному твоему слову нельзя верить. Два раза расписался, и обе разные подписи. Адрес подвала тебя попросили назвать: улица та, а номер дома не сходится. Сейчас Иванов еще две доверенности напишет, а я тебя пока пытать буду. Надо же правду узнать, – спокойно сказал Василий Петрович, вытаскивая из ножен на поясе «НРС».

– Я все скажу, только не надо меня пытать, мамой клянусь! – громко завопил Салам.

– Ты громко не кричи! Услышит кто-нибудь – дальше убежит. Сейчас люди не любят вмешиваться в чужие дела, – назидательно сказал Василий Петрович, поднося сверкающее лезвие к поясу Салама.

– Эммочка! Какой адрес подвала этого хачика? – спросил Филарет, набрав номер мобильного телефона своей подруги из городской санэпидстанции.

– Улица Чапаева, 46, надо зайти в арку и направо второй подъезд, – кокетливо сказала Эмма.

– Я часа через два подъеду, и, если тебе не трудно, ты меня в этот подвал проведи.

– С тебя шоколадный тортик!

– Нет проблем, самый большой торт, какой продается в универсаме. Спасибо, родная!

– Так какой адрес, ты говоришь, у подвала? – спросил у пленного Филарет, пряча телефон в карман.

– Улица Чапаева, 36, – снова без запинки ответил пленный и тут же заныл: – Я раненый, истекаю кровью, мне нужна медицинская помощь!

– Лучшее лекарство против ран пуля! – сказал женский голос, и, отодвинув Филарета, вперед вышла Лариса, одетая в пластиковый мешок.

Она прорезала вверху и по бокам отверстия, в которые просунула голову и руки.

– Этот козел трахал твою жену во все дыхательные и пихательные места. Вся эта команда, которая сюда ехала, принимала в этом участие. Такое ощущение, что у них никогда баб не было, а всю жизнь они трахали козлов.

– Они больше не будут, – миролюбиво сказал Василий Петрович.

– Это тебе только кажется. Как только черножопые человека по три собираются, так сразу теряют человеческий облик. Ко мне эта публика тоже подкатилась, но когда с тобой переговорили, то их главный что-то прокурлыкал по-своему, и меня не стали трогать. Все досталось твоей жене.

– Кто у вас там за главного? – негромко спросил Филарет, чувствуя, как вся правая сторона лица у него дергается.

– Халид Мамаев. У него три фирмы. Его помощник Вахид Мартанов живет прямо над подвалом.

– Он первый твою жену изнасиловал, – подлила масла в огонь Лариса. – Смотрите, мальчики, кто это? – протянула Лариса руку вправо. Все как по команде повернули головы.

Лариса со всего маха воткнула в живот Салама нож. Второй удар пришелся на печень.

Захрипев, Салам начал кататься по земле, обхватив рукой живот.

– Этому человеку не место на земле. Теперь надо найти остальных, – спокойно сказала Лариса, вытирая рукоятку ножа о мешок.

– Те, которые с тобой в машине ехали, уже в аду. Осталось два человека, – спокойно сказал Иванов, забирая у Ларисы нож и вытирая его об одежду убитого.

– Не четыре, там есть еще два охранника, – уточнила Лариса, внимательно оглядывая четверых мужчин.

– Руслан с Михайловым сейчас едут в казахский город Челкент. В вагонном депо подойдете к Касыму Расымбекову, он мастером в ДОЦе работает. Отдаете машину ему, а он со мной потом рассчитается, – скомандовал начальник цеха, указывая на «Тойоту».