Афганский транзит - Александр Щелоков

– Да.

– Где она?

– Рядом.

– Бери меня под руку.

– Не убьешь? – она спросила с надеждой и судорожно схватила его за правую руку, прижалась тесно.

– Пошли к машине.

Не оборачиваясь, они двинулись вперед. В тусклом свете улицы высилось мрачное двухэтажное здание – нижний этаж кирпичный, верхний – деревянная веранда с переплетами рам во всю стену.

– Где же ты здесь живешь?

– Не здесь, – ответила она смиренно. – Я обманывала.

– Обманывать старших нехорошо, – вразумил он ее отечески. – Разве тебе в школе не объясняли?

Она промолчала, вызывающе прижимаясь к нему.

– Где прописана? – спросил он.

– В Зачатьевском переулке.

– Ишь, какое название! Сексуал-демократка! Где машина?

– Вон стоит.

Красный «жигуленок» приткнулся к обочине на противоположной стороне улицы. Мужчина осмотрелся. Ничего пугающего не заметил. По-прежнему все было тихо под нудным моросящим дождем.

Они подошли к машине. Позвенев ключами, он открыл дверцу.

– Садись!

Она обессилено рухнула на сиденье. Он захлопнул дверцу. Обошел машину. Бросил взгляд на дом, рядом с которым стоял «жигуленок». Увидел странную вывеску «САМБО-80». Усмехнулся, подумав, что с оружием самооборона надежней. Аккуратно положил на сиденье серебристый кейс. Сел на место водителя.

– Куда поедем? – спросила она еле слышно.

– Тебе много знать вредно, – ответил он холодно. – Просто поедешь. Или не устраивает?

Она всхлипнула. Он тронул машину. Включил мигалку поворотника. Свернул в Хвостов переулок, затем вывернул на Полянку. Пять минут спустя по Люсиновской улице «жигуленок» выскочил на Варшавское шоссе и покатил прочь от города.

Промчавшись с ветерком километров двадцать по пустынной загородной дороге, он притормозил и свернул на обочину. Погасил огни.

– Выходи.

– Не убивайте, – заскулила она, дрожа всем телом.

– Не бойся, дура. У меня на тебя разгорелось. Давай выйдем, – он протянул руку и тронул ее грудь, молодую, упругую. Голос его звучал дружески.

– Сейчас! – заторопилась она. – Может, лучше в машине? Здесь удобнее.

Быстро перебирая пальцами, стала расстегиваться.

– Играть в машине тебя обучили те козлы? – спросил он насмешливо. – Нет уж, давай выходи. Я простор люблю.

Она принялась лихорадочно стягивать джинсы. Он ждал молча, придерживая коленом открытую дверцу. Сдернув брюки, она швырнула их на сиденье, туда, где уже лежали шляпа и ее сумка. Вышла из машины и чуть не упала, зацепившись каблуком за камень. Он поддержал ее за локоть.

– Дождь перестал, – сказала она и всем телом потянулась к нему. – Ты на меня не злишься?

– Перестал, – ответил он, и она не поняла, относится это к дождю или к его состоянию. – Отойдем подальше.

Осторожно ступая, они миновали травянистый откос. Впереди лежало темное поле. За ним из черноты приветливо помаргивали деревенские огоньки.

– Давай здесь, – сказала она. Он ласково провел холодной ладонью по ее шелковистой коже чуть ниже спины. Она вздрогнула, но промолчала.

– Нагнись, – предложил он. Она с готовностью подхватила подол плаща, чуть расставила ноги, согнулась в пояснице. В этот момент он ткнул пистолетом в ее затылок и нажал на спуск. Выстрел в сыром стылом воздухе прозвучал отрывисто, глухо.

Не оборачиваясь, он возвратился к машине…