Боевое сафари - Сергей Зверев

– Почему не доложили?

– Дело-то рядовое, чего беспокоиться...

– Вот оно чем обернулось, твое рядовое дело! – повышая голос, прервал его Демидов, показывая рукой на трупы боевиков. – И это только начало... Все, хватит болтать. Три минуты на сборы и – уходим!

Десантники молча прошли в башню, чтобы собрать так и не распакованное до конца снаряжение. Перешагнув через пленного, который продолжал корчиться на каменном крыльце, Купец подошел к машине и начал ее осматривать. Как ни странно, во время перестрелки «Исудзу» нисколько не пострадала. Видимо, нападение разведчиков было настолько неожиданным для бандитов, что они просто не догадались обстрелять пикап.

– Милейший, – позвал Демидов Кунару, убедившись, что машина вполне пригодна, – транспорт ваш я экспроприирую. Расписку писать не будем...

– Вот что я скажу, – не дал договорить Купцу эфенди, – сейчас я вам нужен! Без моей помощи вам не обойтись. Тем более что наши интересы пересеклись...

– Какие, на хрен, интересы?! – взорвался Демидов. – Для меня только мои собственные интересы существуют! Это понятно?

– Послушайте, – Кунару старался говорить как можно убедительней. – Эти люди не оставят вас в покое, пока не перебьют всех до одного. Я же предлагаю вам самый лучший из всех вариантов. Вы спрячетесь в моем доме. Там вас никто искать не будет. За эти дни я смогу навести справки о вашем пропавшем товарище... Тунис, конечно, не такая большая страна, как Россия, но и здесь человек может затеряться. Тем более сейчас, когда кругом сплошные беспорядки. К тому же с вами женщина...

– Какая, на хрен, женщина?! – окончательно осатанел Купец. – Кто ее возьмет?! Пусть катится к своему богатому папашке, и тот ее спасает!

Алексей бросил мимолетный взгляд на Ливию и тут же замолчал. Девушка стояла, прижав руки к груди, и молча смотрела на беснующегося капитана. В ее больших черных глазах перемешались ужас, мольба и боль. Перспектива опять остаться один на один с бандами неизвестных мародеров, или кем они там были, явно пугала ее значительно больше, чем те трудности и опасности, с которыми она могла столкнуться, если бы пошла с разведчиками.

– И не смотри на меня влюбленными глазами! – сердито выкрикнул Демидов, отворачиваясь от девушки. – Как я тебя возьму, если сам не знаю, куда идти?

– Поэтому-то я и предлагаю вам место под временную лежку, – жестко проговорил Кунару. – Во всяком случае, у вас будет время, чтобы все обдумать...

– Да кто ты такой?! – заорал Демидов так, что на шее у него вздулись вены. – Откуда ты вообще взялся весь такой заумно-добренький?! Какого хрена тебе от нас надо?!

Вышедшие из башни разведчики с удивлением смотрели на орущего командира, перепуганную Ливию и невозмутимых Кунару и Саида. Демидов редко давал волю нервам. Но если до этого доходило, то означать могло только одно – он в растерянности и не знает, что ему делать.

– Что случилось, Купа? – сухо поинтересовался Локис, опуская на камни свой РД. – Ты так кричишь, словно решил до Москвы достать...

– Я предложил вашему командиру остановиться у меня в доме, – вместо Купца ответил эфенди. – Но он против. И выражает свой протест почему-то криком.

Кунару говорил совершенно спокойно, лицо у него было непроницаемо, но в голосе чувствовались стальные нотки.

– Вы спрашивали, кто я такой? – продолжал он все с тем же выражением на лице. – Хорошо, я вам отвечу. Я – полковник Египетской народной армии в отставке. Участник войны Йом-Кипур[5]в октябре 1973 года... Между прочим, в вашей стране я учился не в Университете дружбы народов, а в военной академии. При Насере это было обычным явлением... А потом к власти пришел Садат, и на тех, кто учился в Советском Союзе, стали смотреть с недоверием. После поражения в войне Судного дня начались репрессии, мне пришлось бежать в Тунис. С тех пор я стал муллой... Здесь мало кто знает о моем военном прошлом.

Демидов слушал эту короткую исповедь, хмуро глядя себе под ноги. То, что Кунару оказался бывшим военным, мало что изменило в отношении Купца к эфенди. Он по-прежнему не доверял ему и не собирался этого скрывать.

– А от нас чего ты хочешь? – спросил он, когда мулла замолчал. – С какой такой радости ты кинулся нам помогать? И что это за интересы, которые у нас пересеклись?

– Вы хотите найти своего человека, – проговорил эфенди, – а мне надо посчитаться с одним человеком. Если вы поможете мне, то от этого мы все выиграем...

Демидов покрутил головой.

– Вот я всегда говорил, что мусульманам верить нельзя, – заявил он, оборачиваясь к своим разведчикам, словно ища у них поддержки, – они же ничего не будут делать за просто так. Обязательно какую-нибудь выгоду для себя найдут... Что скажете, парни?

– Вообще-то он прав, – подал голос Локис. – Нам действительно надо где-то отсидеться пару дней. Заодно собрать полную информацию о гостинице, в которой останавливался Самойленко...

– Остальные тоже так думают? – буравя своих подчиненных тяжелым взглядом, спросил Купец.

И по тому, как многозначительно молчали разведчики, он понял, что остался в меньшинстве. По неписаным правилам разведки Демидов, как командир, мог игнорировать общее мнение группы, но делать этого не стал.

«В конце концов, – решил он, – у нас действительно очень мало данных об этом полковнике Самойленко. И сами мы вряд ли что-то надыбаем».

– Хер с вами, – пробурчал он, – грузитесь...

– А мне куда идти? – тихо спросила Ливия.

– С нами, куда ж от тебя деваться, – ответил Демидов, стараясь не смотреть в глаза девушке. – Из большого города, глядишь, быстрее тебя к твоему папаше сплавим... Только вещей бери по минимуму.