Слепой Орфей - Александр Мазин

«Стоп,– подумал я.– С этим ты еще успеешь разобраться».

– А где Ходжа? – спросил Шведов.

– Кто?

– Собака!

– Напоролся на сук,– сказал я.

– Не пизди!

– Виктор, здесь дама,– одернул гостя Кир.– И еще раз напоминаю: вы – мой клиент. Я отвечаю за достоверность сказанного.

Шведов поглядел на Кирилла, потом на меня, потом опять на Кирилла. Оба мы ему не нравились.

– Собака – тоже его работа.– Я кивнул на останки монстра.

– В таком случае, я хочу знать, что это такое? – Да, нервы у «джентльмена» что надо.

– Может быть, поднимемся наверх? – предложил Кир.– Это длинная история.

– Нет! Я предпочитаю – здесь! – отрезал наш гость.

– Здесь так здесь,– согласился Кирилл.– Глеб, убери, пожалуйста, это в холодильник.

Я наклонился к останкам и…

Морри-разум понимал, что рискует. Но второго случая могло не представиться. На полу лежало его тело. Тело, принадлежавшее ему сотни лет и пропустившее сквозь себя сотни жизней, хранившее неисчислимые сокровища…

Морри стоял на ступенях лестницы, и новое вместилище его, дрожа, истекало потом. Морри видел, как сразивший его наклоняется к останкам. Человечек не мог учуять Морри. Человечек был занят собственными эмоциями, а Морри специально следил за тем, чтобы его не учуяли. И все-таки человечек тревожился. Пускай. Морри знал, что ему нужно. Всего лишь прикоснуться к останкам. Но сначала надо добыть силу.

Ближе всех стояла женщина. Но эту женщину не желал даже Морри-алчущий. О, теперь Морри знал: женщина не жертва. Она – тоже охотник. А вот мужчина справа от двери – то, что требуется!

Глеб Стежень

Темная тень метнулась вниз. Один из бодигардов захрипел, выгнулся. Затылок его ударился о стену. Я увидел силуэт, нависший над беднягой, слившийся с ним.

«Жрет!» – мелькнула мысль, а руки сами сделали единственно возможное: подхватили останки, забросили их в морозильник и захлопнули дверцу.

– Кир! – закричал я.– Сюда!

А сам схватил обмершего Шведова и швырнул в самый дальний угол. Затем то же проделал со вторым охранником. Я успел увидеть, как тварь перетекла в новое тело. Я очень надеялся, что переход сделает монстра менее прытким. Увы! Пожрав новую жертву, он только окреп. Зато как он взбесился, обнаружив, что черная радиоактивная дрянь упрятана в морозилку! Меня аж покачнуло от этой ничем не замутненной ярости. Зато Кир не сплоховал. Прижался спиной к холодильнику, растопырил руки. Урод дернулся было к нему – и отпрянул. Приссал, поганец…

Время двигалось потрясающе медленно, зато монстр – потрясающе быстро. Дергаясь и вертясь, как припадочный, но при этом не задев ни единого предмета, урод сплясал свой ублюдочный танец, выбирая, к кому присосаться. Длилось это не больше секунды, и я заранее знал, на ком он остановит выбор. Как ни странно, я не боялся. Хотя шансов у меня было не больше, чем у пса, вставшего на пути леопарда…

Раздался тонкий свистящий звук. Боковым зрением я увидел, как задымилась Ленкина блузка, а из точки меж ее грудей вырвался острый ослепительный луч, тут же превратившийся в огненный бурлящий факел, ударивший прямо в физиономию твари.

На этот раз никто не услышал визга. Звук был за пределами человеческого слуха. И пламени тоже никто, кроме Стежня, не увидел. Остальным показалось только, что воздух между Еленой и припадочно трясущимся охранником вдруг задрожал, а на блузке женщины появилось серое дымящееся пятно. В следующий миг охранник рванул вверх по лестнице, а тот, кто несколько секунд назад был чудовищным монстром, сломанной куклой осел на пол.

Глеб прыгнул вперед, подхватил падающее тело и успел уловить последний слабый удар сердца.

– Кир, возьми его! – крикнул Стежень и бросился в операционную.

Игоев с легкостью поднял на руки тело Дмитрия и шагнул следом. Шведов, вытиравший платком лоб, взглянул мельком на запрокинутое, высохшее, как после многодневной голодовки, лицо Грошнего… и остолбенел.

– Ёш твою мать… – прошептал он.– Ну ни хрена…

Несмотря на истощение, несмотря на то что кожа жертвы Морри уже приобрела характерный коричневый оттенок и лицо больше смахивало на обтянутый кожей череп мумии, Шведов его узнал.

Но ничем, кроме единственного восклицания, не выдал своего удивления.

Оглядевшись, он обнаружил, что морозилка, в которой лежало тело его жены, не заперта, и защелкнул замок.

– Разумное решение,– раздался у него за спиной голос Елены.– Восхищена вашей выдержкой, господин Шведов.

Виктор быстро обернулся, удивленный не столько словами, сколько теплотой, с которой они были сказаны.

– Мне кажется,– продолжала Елена Генриховна с обворожительной улыбкой,– теперь мы можем подняться наверх и выпить что-нибудь… успокаивающее.

– Было бы кстати,– буркнул Виктор и двинулся наверх, сделав знак оставшемуся охраннику следовать за собой.

– Коньяк, ром, виски? – предложила Елена, открывая бар.

– Водку.

– Боюсь, с водкой сложности,– заметила Елена.– Наш хозяин ее не жалует. Погодите, сейчас посмотрю в холодильнике.

Она вышла на кухню.

– Куда это уперся Рустам? – сердито спросил Шведов у второго бодигарда. Но тот только пожал плечами.

Вернулась Елена.

– Нашла,– сообщила она, поставив на стол запотевшую бутылку.– Откроете?

Шведов кивнул бодигарду. Распечатав, тот вопросительно поглядел на патрона.

– Наливай,– распорядился тот.– Себе тоже.

– Но…

– Я сказал, наливай! – рявкнул Шведов, и щека его дернулась.

– Грибы.– Елена принесла из кухни вазочку с горкой блестящих рыжиков и двумя крохотными вилочками.

Налив себе густой белый ликер, она подняла бокал, поочередно улыбнулась Шведову и охраннику. Бодигард осклабился в ответ, его хозяин остался мрачен. Но водку выпили оба.

– Елена… э… Генриховна,– сказал Шведов,– что здесь происходит?

Женщина посмотрела на него поверх края бокала, и Виктор испытал странное ощущение… словно чуть-чуть оторвался от пола.

Шведов уже много лет смотрел на женщин как на нечто, предназначенное для удовлетворения его, Виктора Шведова, потребностей, делая исключение только для жены, которая была чем-то вроде одушевленной собственности. Жену он по-своему любил, а прочих… Можно с уверенностью сказать: женщины интересовались Виктором больше, чем он – ими. Но в этой самоуверенной красотке чувствовалась изюминка.

Шведов опустился в кресло.

– Пойди проверь машину,– приказал он охраннику.

Елена подошла в окну, поглядела в темноту.