Посвящение в герои - Сергей Зверев

На следующий день они осматривали окрестности уже не только для того, чтобы вовремя заметить возможное появление людей, но и в поисках четвероногих. Правда, тот участок саванны, через который они сейчас ехали, был особо засушливым и скорее походил на пустыню, чем на степь, — каменистая равнина, где кое-где торчали редкие клочья травы. Может, поэтому первые несколько часов им никто не попадался.

Время уже близилось к полудню, когда Лавров заметил в стороне несколько движущихся силуэтов.

— Ну что, сворачиваем туда? — предложил он, поворачивая верблюда.

— Нет, так не годится, — покачал головой Горшенин. — Я вижу, ты, майор, только на двуногую дичь охотился. А я люблю на зорьке с ружьем постоять, да и на волков охотиться приходилось, так что я в этой науке разбираюсь. Надо с подветренной стороны зайти, чтобы они нас не учуяли. Ветер у нас с севера, так что давай свернем на юг.

Они сделали большой крюк и оказались к югу от стада. Теперь разведчики уже без биноклей отчетливо видели животных: это были крупные антилопы с длинными рогами, похожими на вилы.

Когда до животных осталось несколько сот метров, Лавров и Горшенин спешились и, пригибаясь, направились к стаду. Антилопы не чуяли опасности и продолжали пастись: видимо, им попался участок сочной травы. Лишь когда охотники приблизились на расстояние около ста метров, стадо пришло в движение; животные длинными прыжками устремились прочь. Но было уже поздно: прозвучало несколько выстрелов, и две антилопы упали. Видя, что охота завершилась, Анисимов направил верблюдов к товарищам. Убитых животных погрузили на верблюдов и направились дальше. Однако, несмотря на уверения Горшенина, что охота много времени не займет, они потеряли не меньше часа. В результате и в этот день прошли чуть больше ста километров.

Последние часы перед наступлением темноты путешественники, не сговариваясь, увеличили скорость. И не потому, что так уж хотели наверстать упущенные километры, а потому что хотелось попробовать настоящего мяса: всем до чертиков надоело питаться тушенкой и концентратами.

В этот раз они выбрали для ночлега более глубокую впадину, чем обычно: предстояло развести костер, а им не хотелось, чтобы огонь был виден. Пока еще оставалось немного света, Лавров с Анисимовым побродили по окрестностям и собрали кучу хвороста. Горшенин тем временем разделывал туши — ему доверили эту ответственную работу, как опытному человеку. Мяса было много, должно было хватить на несколько дней. Разведчики решили часть съесть сегодня, а остальное прокоптить, чтобы оно лучше хранилось.

Наконец запылал костер, освещая кусты тамариска, сухое русло, в котором когда-то бушевала вода, стоящих поодаль верблюдов. Над саванной поплыл сладко пахнущий дым.

— Похоже на запах можжевельника, — заметил Анисимов.

— Это где же ты костры из можжевельника жег? — спросил его Горшенин.

— В Таджикистане… и еще немного южнее, — ответил капитан.

Нарезанные куски мяса разведчики нанизывали на самодельные шампуры, а то, что было предназначено для копчения, разложили на камнях возле огня. Вскоре к запаху горящего дерева прибавился аппетитный запах жареного мяса.

— Кажется, готово, — объявил Горшенин, взявший на себя обязанности шеф-повара. — Берите каждый по шампуру — и вперед.

Анисимов взял ветку с нанизанным мясом, откусил кусок, с восхищением почмокал и заметил:

— К такой еде только одного не хватает — ста граммов. Хотя я не любитель выпивки, но сейчас бы не отказался. Жаль, что у нас нет…

— Почему же нет? — заметил Лавров. — Я всегда с собой беру. Правда, думал сохранить до окончания операции, но тогда нас вместе с моряками будет аж 17 человек — одной бутылки на всех точно не хватит.

— А у тебя что? — спросил Горшенин.

— «Столичная», — ответил Лавров. — Я ее всем маркам предпочитаю.

— Ну, я не такой патриот, — сказал старший лейтенант. — У меня тут, — он кивнул на рюкзак, — бутылка армянского коньяка. Ну, а ты, капитан, — повернулся он к Анисимову, — неужели ничего не прихватил?

— Как-то не подумал… — виновато сознался специалист по Африке.

— Ладно, так и быть — на этот раз возьмем тебя в долю, — согласился Лавров, доставая водку и разливая ее по кружкам. — Но когда в другой раз сюда на отдых приедем, с тебя причитается двойная порция. Одно плохо — теплая…

— Ничего, зато не простудимся, — заметил старший лейтенант. — Ну что — за успех?

— За успех! — согласился Лавров. — И чтоб никаких нежданных встреч больше не было.

Разведчики принялись за ужин. Но едва они разделались с первой порцией мяса и взялись за вторую, наверху, на гребне холма, послышалось тявканье. Приглядевшись, путешественники различили на фоне звездного неба несколько силуэтов.

— Шакалы, — заключил Анисимов. — Запах учуяли, вот и сбежались. Ты внутренности закопал или так бросил? — обратился он к Горшенину.

— Обижаешь! — ответил тот. — Что я — не понимаю? Примерно в полметра яму вырыл.

— Все равно учуяли. Могут и другие гости пожаловать.

Словно в подтверждение его слов с севера донеслось мощное рычание.

— Ну вот, кажется, скоро царь зверей сюда пожалует, — заметил Лавров.

— Пока не спим, он вряд ли сунется, — заверил Анисимов. — Но потом, если голодный, может решиться. Так что часовым сегодня надо быть особо внимательными.

— Давайте сегодня я первым подежурю, — вызвался Горшенин. — Я к охоте привычный, не раз в засаде сидел.

Лавров закупорил бутылку, разведчики собрали продукты, тщательно завернули мясо в несколько пакетов, чтобы оно не пахло, и Лавров с Анисимовым легли спать.

Майор уснул практически сразу. Он не знал, как долго длился его сон, но пробуждение нельзя было назвать приятным: он проснулся от непонятных трубных звуков. Вскочив на ноги, уже с автоматом в руке, он понял, что это кричат перепуганные верблюды. В ту же минуту с вершины холма донесся мощный рев, и сразу вслед за этим — два выстрела.

Майор быстро поднялся на холм. Там он увидел в свете звезд неподвижно лежавшего льва; возле него стоял Горшенин.

— Пришлось все-таки убить, — с сожалением сказал старший лейтенант. — Иначе он бы так до утра и ходил вокруг лагеря. Верблюды со страха могли совсем обезуметь, сорваться с привязи и убежать. Да и нам бы спать не дал.

— Ну, и правильно сделал, — одобрил Лавров. — Ладно, иди теперь спать, я подежурю.

— Ты, майор, лучше здесь, возле него сторожи, — посоветовал Горшенин. — А то шакалы на труп сбегутся, рвать его начнут — такая грызня будет, опять у наших верблюдов истерика будет.

— Хорошо, посижу здесь, — согласился Лавров.

Остаток ночи прошел спокойно, шакалы, хотя и ходили вокруг лагеря, приблизиться не решились. Утром, садясь на верблюдов, разведчики договорились в этот день двигаться максимально быстро, чтобы наверстать упущенное — тем более что впереди находилась пустыня, в которой, судя по карте, не было ни одного источника воды, а значит, не надо было терять время на то, чтобы ее набирать. Однако это намерение вновь не осуществилось — по совсем неожиданной причине.