Умереть, чтобы воскреснуть - Андрей Воронин

К помощи из Москвы Веденеев с самого начала отнесся положительное, чем напарник. Он ни одной минуты не верил, что ради них на официальном уровне возьмут жесткий тон или отправят в Катар ультиматум. Их должны выручить, но не сразу — закулисный торг будет долгим и упорным.

Конечно, Олег ждал адвокатов пораньше, но не видел смысла предъявлять претензии. Возможно, они задержались в Москве, проходя собеседование во всевозможных инстанциях. Дело все-таки исключительное, на карте престиж государства.

Формально-вежливо Олег поинтересовался, как они доехали, как устроились, отпустил даме комплимент. По контрасту с недавней встречей Приходько и Никифорова были приятно удивлены.

— Для начала нужно добиться, чтобы мы общались без «попок», — кивнул Веденеев в сторону того самого охранника, который уже присутствовал при первом контакте с Пашутинским. — Если они не хотят обеспечить адвокатскую тайну, о чем дальше можно говорить?

— Вы ведь понимаете, они в любом случае постараются прослушать наши разговоры, — тихо произнес адвокат.

Олег улыбнулся не разжимая губ.

«Не забывайте, где и кем я работаю, — уточнил его спокойный взгляд глаза в глаза. — Ни один „жучок“ для меня не останется тайной».

Вероника изучала его не как адвокат подзащитного, а как женщина мужчину. Веденеев понравился ей гораздо больше своего напарника.

Причесан, умыт, не воняет потом, чисто выбрит — значит, добился для себя решения всех вопросов с личной гигиеной. Тот же самый тренировочный костюм выглядит гораздо аккуратнее, чем у Пашутинского. Наверное, именно спокойствие и уверенность не дали повода излишне на него давить.

— Объясните тюремному начальству, чтобы они не рассчитывали на закрытый процесс, — внушал тем временем арестант изнывающему от жары Приходько. — Все попытки давления вылезут на свет, попадут в прессу. Сразу поставьте себя на должный уровень: не вы здесь должны заискивать, заискивать должны перед вами. Все должно соответствовать международным нормам: когда следствие закончится, я тоже должен получить материалы для ознакомления. Определимся с линией защиты и не будем от нее отступать ни на шаг.

Приходько уже понял, что фокус МИДа с признанием в арестованных сотрудников спецслужбы оказался для них совершенно неожиданным и здорово осложнил жизнь. Во время консультаций в Москве адвокату объяснили причину. У катарцев, похоже, достаточно улик. Версию насчет двух инженеров-нефтяников защитить будет трудно. Если упрямо на ней стоять, это может осложнить дальнейшие переговоры о помиловании и выдаче. Если линия обороны прорвана в нескольких местах, лучше сразу организованно отойти на вторую укрепленную линию. Остается более разумный вариант: признать в арестованных согражданах сотрудников ФСБ — якобы их отправили на сбор свежей информации о международных террористах, о Яндарбиеве в том числе.

* * *

Прибытие адвокатов из России заставило катарцев поумерить пыл. Пашутинского оставили в покое, Веденеева перестали донимать круглосуточным шумом и светом. По всей видимости, решили, что улик достаточно, можно обойтись без признания самих обвиняемых. Гораздо важнее соблюсти нормы и представить суровое катарское правосудие образцом законности.

Затягивать с началом процесса не стали — в ходе предварительного слушания было оглашено обвинение. Арестованных доставили в зал поодиночке, они так и не смогли увидеть друг друга.