У судьбы на мушке - Сергей Васильевич Самаров

Кологривский вышел. Должно быть, пошел за переводчиком, который должен был сидеть в соседнем блиндаже.

Майор морской пехоты вернулся быстро. Привел с собой высокого худощавого человека, красивого, что среди сирийцев встречается нередко.

– Переводчик? – спросил Бармалеев.

– Так точно, товарищ подполковник, – ответил майор, предпочитая при постороннем соблюдать уставные отношения и форму обращения.

В это время на связь снова вышел Соловейчиков.

– Товарищ подполковник, тут дорога бетонная. Широкая. Машины могут в два ряда ехать.

– Куда ведет?

– Этого я еще не знаю. Надо исследовать.

– Несколько грузовиков стояли. С одного масло натекло, – вмешался в разговор Яков Крендель. – Масло черное, старое. Давно, похоже, не меняли…

– Посмотри следы. Сколько всего грузовиков было? – дал распоряжение своему заместителю командир взвода.

– Понял, считаю следы… – отозвался старший сержант. – Восемь грузовиков, – сообщил он через пару минут.

А подполковник снова повернулся к пленнику.

– Спроси его, – обратился Бармалеев к переводчику, – как звать, откуда родом, что делал в подземелье.

Переводчик на своем певучем языке повторил вопросы командира батальона, сопроводив их ударом пленника под глаз. Относительно удара подполковник ничего не говорил – это была инициатива самого сирийца, глаза которого горели ненавистью.

Пленник ответил слабым измученным голосом раненого человека.

– Его зовут Валид Шериф, младший сержант Шериф, командир отделения саперов. Родом он из Туниса. Дома две жены и пятеро детей. В подземелье его отделение минировало вход, чтобы не вошли преследователи.

– Где остальные? – сурово спросил Бармалеев.

Переводчик ударил пленного еще раз и только после этого перевел вопрос. Ответ не заставил себя ждать:

– В отделении всех перебили преследователи. А батальон уехал на грузовиках. Комбат обещал прислать за саперами машину.

– Бросили вас, значит? – спросил подполковник.

– Может быть, – через переводчика ответил пленник, получив удар по корпусу.

Тут снова вышел на связь Соловейчиков.

– Товарищ подполковник, одна машина идет в нашу сторону. В кабине только водитель и офицер. Мне в ПНВ видно порой, когда фары не мешают…[21] Уничтожить их?

– Когда близко подъедут, убедись, что в кузове никого нет, тогда и стреляй.

– Понял, командир. Они уже рядом. Кичогло, водитель твой.

Бармалеев услышал в наушниках сначала звук работающего двигателя грузовика, потом две короткие отсеченные очереди и звук пробитого стекла. И все стихло. Даже двигатель заглох.

– Готово, товарищ подполковник. Грузовик больше никого не повезет, хотя бы просто потому, что везти больше некого.

– Забери ключи от грузовика. Машина батальону пригодится.

– Это все так. Только как ее на поверхность вытащить?

– А как ее туда затащили?

– Видимо, раньше существовал въезд. А потом наверху бульдозер поработал… Сейчас пешим можно только сверху забираться.

Так вот почему бойцы «Фронта ан-Нусра» так активно дрались за свои окопы! Они просто давали время батальону уйти в подземелье, надеясь, что потом и их отход прикроют. А их просто бросили.

– Ладно, оставь машину там. Я пока допросом пленника займусь. Итак… – Подполковник снова повернулся к младшему сержанту батальона «Фронта ан-Нусра». – Итак, вас бросили, а вы продолжали драться… За ваш счет ваши эмиры набивают себе карманы, а вы продолжаете за них проливать свою кровь. Ты сам считаешь это справедливым?

Пленник поднял на подполковника глаза, полные злобы:

– Тебе ли, кяфир[22], судить поступки правоверных! – Переводчик-сириец после перевода снова неумело ударил кулаком в лицо пленнику, после чего сам же замотал рукой, отбив ее.

– Кулак доворачивать следует, – прокомментировал удар Бармалеев. – Отправить пленника на допрос в штаб, – дал подполковник команду майору Лаптеву.

– Есть отправить пленника на допрос в штаб, товарищ подполковник.

Пленника увели, как и переводчика. А подполковник снова вызвал на связь Соловейчикова.

– Как дела, Олег Николаевич?

– Потихоньку, командир. Вот жду еще машины с той стороны подземного хода, а их все нет и нет.

– А я вообще-то думаю, что их и быть не может и все твои ожидания напрасны. Сколько человек твой взвод в засаде «положил»?

– Одно отделение.

– Я так думаю, что это были единственные «бармалеи», которых на месте прохода оставили. И должны были забрать, для чего машину выслали. Нет ни других «бармалеев», ни других грузовиков.

– Вообще-то, товарищ командир, размышляете вы резонно. Я бы еще с десяток минут покараулил и завершил бы свою миссию. Дольше ждать смысла не вижу.

– Хорошо, Олег Николаевич, договорились. Еще десять минут тебе выделяю, а сам попытаюсь подсчитать возможное расстояние до второго выхода, если учесть, что он, по нашим представлениям, должен к морю выходить. С какой приблизительно скоростью двигалась машина, которую ты подстрелил?

– Около пятидесяти километров в час. Может быть, чуть быстрее. Но я не знаю, сколько поворотов впереди. Перед поворотом скорость обычно сбрасывается. А ближе к нам она ехала по прямой. Не проще ли заглянуть в кабину и поискать навигатор? Вдруг он есть?

– Ищи, – обрадовался Бармалеев возможности.

Прошло около пяти минут.

– Есть навигатор! – обрадованно воскликнул в микрофон Соловейчиков.

– Смотри отметки… – не менее радостно подсказал комбат.

– Около тридцати километров. Немногим меньше.

– Ни хрена себе! Вот это они постарались. Не один год, наверное, строили. Да еще и дорогу забетонировали. Еще полгода работы. Постарались. Хотели, думаю, нам в тыл большими силами ударить…

– Похоже на то, – согласился старший лейтенант. – А пришлось этим ходом удирать. Но конкретные выводы можно делать только после осмотра второго входа. Я пошел, командир?

– Иди, только про осторожность не забывай…

– Я про нее никогда не забываю. А что вообще может случиться?

– Там потрепанный, с большими потерями, но все же батальон «Фронта ан-Нусра». Они твой взвод просто количеством взять могут.

– А зачем они под землю забирались, командир? Чтобы бежать, а не для того же, чтобы там бой принимать. В темноте у нас есть преимущество из-за ночных прицелов и глушителей.

– Все равно я двумя наличными батальонами выступаю в твою сторону. Если что, жди поддержку. Нас ненароком не подстрели.

– Я постараюсь… Мы со взводом постараемся…

Командир батальона спецназа военной разведки вдруг задумался, и в голову ему пришла новая мысль.

– Соловейчиков, а ты можешь кого-то из своих бойцов послать ко мне с навигатором?

– Без проблем, товарищ подполковник. Посылаю. Только он не автономный. К нему питание от «прикуривателя» требуется.

– Аккумулятор БТРа потянет?

– Вполне. И проблем не возникнет.

– Гони бойца. Мы с Кологривским его на выходе встретим. – И Бармалеев сделал приглашающий знак майору Кологривскому.

Вдвоем они быстро добрались до входа в подземелье. Вход как раз охраняли бойцы «морской пехоты». Сапер с навигатором в руках только-только выбрался на поверхность и озирался. После полной темноты глаза к свету звезд и луны еще только привыкали.

– Принес? – спросил Бармалеев.

– Так точно, принес, товарищ подполковник.