Гастроль без антракта - Леонид Влодавец

Доехали мы без приключений. Около «Каса бланки» автобус притормозил, и вместе с нами выгрузились еще семь-восемь человек. Никого из них я не знал, но, поскольку в вестибюль отеля мы вошли вместе и почти одновременно получали ключи, можно было надеяться, что они нас с Ленкой запомнят.

Одно обстоятельство меня несколько смутило. В вестибюле и у входа в лифт появились довольно крупные по местным стандартам ребята, которых раньше не наблюдалось. Униформа на них была не та, что у полицейских теньенте Гонсалеса, но по экипировке — кобура, дубинка, наручники, рация — мальчики вполне могли заменить полицию. Мне показалось неприятным, если в их компетенцию входит устраивать обыски постояльцев.

— Не обращайте внимания, сеньор, — сказал портье, отдавая мне ключи от номера. — Это сеньор Морено принял меры по усилению безопасности. Сами понимаете, после того случая днем, когда погиб дон Франсиско Хименес, много наших гостей проявило беспокойство… Но уверяю вас: на Хайди неимоверно низкий уровень преступности. Беспокоиться не стоит. Спокойной ночи!

Конечно, никто нас и не собирался обыскивать. Поднявшись к себе на второй этаж и запершись в номере, мы с Ленкой обессиленно плюхнулись в кресла.

Только здесь нас пробрала нервная дрожь. В холодильнике была какая-то минералка, по вкусу похожая на нарзан и почти ледяная по температуре. В нормальных условиях пары глотков такой водички было бы достаточно, чтобы посадить голос до того тембра, которым располагал покойный Сифилитик. Но мы, выпив литровую пластиковую бутылку на двоих, лишь чуть-чуть сумели успокоиться. После чего отправились в душ — вести беседу на деловые темы. Теперь наличия подслушивающей аппаратуры я опасался уже всерьез.

— Отделайся от оружия, ради Бога! — прошипела Ленка. — Ты стал жутко приметным: Хименеса себе на голову из воды вытащил, бандитов перестрелял… Драпать отсюда надо, и побыстрее.

В логике ей не откажешь. Думаю, что Чудо-юдо, разобравшись в наших проблемах, одобрил бы такое решение. Сейчас не до тихой работы, раз уж влипли в неприятности. Надо еще эту ночь как-то дожить.

— А мы ведь в Лондон так и не позвонили, — припомнила Ленка.

— Звони. Прилетели, устроились, ходили купаться. Больше ничего не говори.

Трубку, видимо, снял Генри. Ленка, придав голосу беззаботно-курортное звучание — артистка, мать ее за ногу! — минут на пять закатила рассказку о том, как на Хайди красиво, какой шикарный отель «Каса бланка де Лос-Панчос», какое приятное море и так далее. Этот разговорчик списывал с наших «mastercard'oв» вполне приличную по московским понятиям сумму. У тех, кто его прослушивал, если таковые, конечно, были, уши должно было заложить от тоски.

Наконец Хавронья повесила трубку и вытерла со лба пот.

— Очень содержательная беседа. Аж противно. Сказал, чтобы мы обязательно посетили в Лос-Панчосе дельфинарий. Незабываемое впечатление оставляет, говорят. Ну, и насчет Эухении напомнил.

— Ладно, завтра все-таки сначала к Эухении съездим.

Рюкзачок с автоматом и перемазанными в крови шмотками сеньора Морено я положил рядом с кроватью, а «глок» запихнул под подушку. Само собой, что ни до каких «лягушек» мне дела не было, да и у Хрюшки настроение резко изменилось. Спать тоже было трудновато. Все время мерещились какие-то шепоточки в коридоре, то вдруг шорохи за окном начинали волновать, то казалось, будто дверь начинают открывать. А мы ведь вроде бы отдыхать сюда приехали, нервы хотели успокоить…

В общем, подремал я в эту первую ночь на Хайди всего ничего. С полтора часа, если в сумме. Ленка побольше, хотя и она ворочалась безбожно. Тем не менее ни полиция, ни «койоты» наносить нам незапланированные визиты не стали. И на том спасибо!