Тени прошлого - Александр Тамоников

– Ступайте.

Помощник с курьером ушли. В большой комнате остались Табрай, Хаймулло и Надри.

– Вы все слышали, – обратился главарь банды к своим полевым командирам. – Наша работа упрощается. Атакуем колонну без применения гранатометчиков, меняем их на снайперов. Оставляем одного пулеметчика, все прочие твои люди, Суфи, захватывают машины. Впрочем, мастерскую, пожалуй, следует подорвать. В ней вполне разместится отделение солдат. Нам сюрпризы не нужны, так что одного гранатометчика на позицию выведи. – Табрай повернулся к Надри. – Старший резервной группы следом за атакой должен подвести к дороге молодежь, мулов и лошадей. Поэтому всем с четырех часов выйти на позиции. Твоя у переправы. Дальше по плану.

Надри кивнул и сказал:

– Сделаем, Амир.

– Да уж постарайся, Джабир. На сегодня все. До трех часов еще раз всех и все проверить. Люди за день выспались, плотно поужинали. Завтракать одни будут в горах, другие в долине, а третьи на небесах. Идите к своим людям. Джабир, я с помощником подойду к вам в пять часов.

– Хоп! – сказал Хаймулло, поднявшись с ковра.

Он и командир второго отряда банды вышли из комнаты.

Вернулся помощник и сообщил:

– Все сделал. Набил кушает. Такое ощущение, что целый день ничего не ел.

Табрай усмехнулся:

– Это тут у Усмана мяса валом. У Курбана его на похлебку не хватает. Дай-ка мне карту.

Помощник расстелил перед главарем карту района.

Табрай впился в нее взглядом, еще раз прокручивая в голове расчеты по времени и маршрут отхода в северную часть леса.

Затем он откинулся на подушку и проговорил:

– Должны успеть.

– Ты что-то сказал? – спросил Куани.

– Я сказал, что отдохну до четырех часов. Поспи и ты. Днем мы с тобой не имели такой возможности.

– Мне уйти в спальную комнату?

– Можешь остаться тут.

– Хорошо.

В пять часов Табрай с Куани прошли лесом к лагерю Хаймулло. Они увидели молодых новобранцев, прибывших из Пакистана, мулов, лошадей. Бывалые боевики сидели вокруг своего командира.

– Готовы? – спросил Табрай.

– Да, Амир. Каждый знает свое место и обязанности.

– Гранатометчик?

– Тоже.

– Хоп. А чего чай не заварите?

– Так костер могут увидеть.

– Кто? Местные? Они нас и без костра видели. Русских же не будет. Если они кого-то и пошлют сейчас в разведку, то их заметят люди Надри. Кстати, Куани, вызови его на связь.

Через минуту помощник протянул ему гарнитуру радиостанции и доложил:

– Надри на связи.

– Джабир!

– Я!

– На месте?

– Да.

– Видишь переправу, подъезд к ней со стороны Хакара?

– Да. Все чисто.

– Хорошо, ждем.

– Да, Амир.

Табрай вернул Куани гарнитуру и сказал:

– Русские у себя.

– А если из Калдары пошлют разведгруппу?

– Ты скоро собственной тени бояться будешь. Зачем командиру полка высылать разведгруппу по чистому маршруту? Если даже он ее и отправит, то не пешком. Шум двигателей ночью мы услышим издали. Разводите костер, кипятите воду.

На подъеме в роте материального обеспечения присутствовали командир, заместитель, взводные и старшина. Прапорщик Гобрик, которому, как и вчера, предстояло идти старшим летучки, построил бойцов колонны.

Все они были в касках и бронежилетах, поверх которых набросили разгрузки. У каждого автомат «АК-74», две наступательные гранаты и одна дымовая. Радиостанция со вчерашнего дня оставалась в «Урале», в котором ехал старший колонны. У Николая Денисова пулемет «ПК».

Командир роты обратился к солдатам и сержантам:

– Бойцы, сегодня вам предстоит сделать то же, что и вчера. Пройти от Хакара до Калдары, но уже четырьмя машинами. Маршрут вам известен, обстановка тоже. Она спокойная, но всякое может произойти, поэтому старшим машин смотреть по сторонам. В случае нападения духов колонне попытаться прорваться из опасной зоны. При невозможности сделать это всем покинуть кабины, залечь за колесами автомобилей. Открытие огня по команде лейтенанта Козырева. Денисову и Панарчуку действовать с фланга. Лучше из-за естественных укрытий, крупных камней, валунов или из кювета. Прапорщик Гобрик знает свою задачу. Повторяю, я говорю это лишь потому, что обязан сказать. Вчерашнюю колонну, представлявшую куда большую ценность, никто не атаковал. Это значит, что духов у дороги нет. Они не пропустили бы наливники. Четыре машины, которые пойдут сегодня, тем более никто не тронет. К обеду вернетесь. Вопросы?

– А если все же сегодня духи появятся у дороги и нападут на колонну? Помощь-то подойдет? – спросил Баганян.

– Конкретно для тебя, сержант, объясняю. Старший колонны постоянно на связи со мной. Если вдруг что-то случится, то лейтенант Козырев сообщит о проблеме мне, я свяжусь с командиром полка, он поднимет нашу дежурную мотострелковую роту и афганцев. Не пройдет и двадцати минут, как весь район будет заблокирован. Это прекрасно понимают и духи. Так что, даже если и произойдет нападение, вам надо будет продержаться двадцать минут от силы. Под прикрытием машин это не так уж и сложно. Но еще раз повторяю, причин для опасений нет никаких! Еще вопросы?

Больше вопросов у бойцов не было. Да и Баганян задал свой только из-за того, чтобы показать себя. Никто из сержантов и солдат не думал, что эта колонна подвергнется нападению. Раз ничего не произошло вчера, то не случится и сегодня.

Бутаев приказал Гобрику ввести личный состав в парк.

Сам пошел следом вместе с заместителем и спросил:

– Как ты, Миша?

– Ты что имеешь в виду? Болит ли голова после ста граммов спирта или вообще?

– Вообще. Со спирта твоей голове еще рано болеть. Вот через годик-другой при постоянном употреблении и башка гудеть станет, и похмелье душить начнет. А сейчас что тебе от глотка спирта?

– Вообще тоже все нормально.

– Только настроение не ахти, да?

– Нормальное настроение.

– Я не слепой. Или вдруг тоска по невесте накатила? Такое в начале службы здесь бывает. Но проходит. Хуже будет после отпуска, если, конечно, невеста к тому времени у тебя еще останется.

– Гена, я же сказал, все нормально, значит, так оно и есть.

– Ну и ладно. Чего нервничаешь? Ага, понял! Вчера же почта не работала, стало быть, ты письма от девушки не получил. Угадал?

– Не приставай, Гена.

– Угадал. Зато сегодня, как вернешься, два письма получишь. Целую повесть о любви неземной.