Призраки Лондона - Александр Афанасьев

— Пойдет — сказал он, опускаясь на свое место — ты пробил те имена, которые я просил?

— Пробил…

Человек, который сидел напротив коммандера — был юридическим советником посольства США, звали его Александер Паркер. По традиции — юридический советник посольства США всегда бывает действующим агентом ФБР. И доступ к базам ФБР, крупнейшим в мире — у него сохраняется…

— И…

Чернокожий отхлебнул пива.

— Не стоило бы об этом говорить…

— Ты уже заговорил. Давай, не будем тянуть время. Ты ведь что-то нашел так?

Паркер посмотрел на свой бокал на просвет.

— Хорошо — решился он — в конце концов, дело это замяли, а значит и тайны оно не представляет, так?

— Ну, допустим…

— Еще когда я работал в отделении в Майами — мы вышли на след чего-то крупного. Какой-то сети. Ты знаешь, что означает словосочетание «Невинные образы»?

— Педофилы

— Да, именно. Программа ФБР по борьбе с педофилами в сети. Если у тебя есть картинки голых детей на компьютере и наши специалисты это установят — дальше у тебя появляются агенты, и ты получаешь до десяти лет отсидки в федеральной, а как сокамерники к тебе отнесутся с педофильской то статьей — сам понимаешь…

…

— Так вот, как то раз нам удалось взять одного уважаемого человека. Доктор, руководитель крупной клиники, чуть ли не звезд Голливуда обслуживает — и попался на малолетках. А у нас, сам знаешь — система сделок, если расскажешь прокурору много интересного, тебя освободят от наказания, хоть за убийство. И вот наш добрый доктор решил, что в тюрьме он не выживет и захотел в программу защиты свидетелей. А взамен — он начал рассказывать такое, отчего у нас волосы дыбом начали вставать.

Боул отхлебнул из своего бокала, дал знак официанту, чтобы принес еще

— Что рассказывать?

— Многое. Что существует трансграничная сеть, начинающаяся в России и странах Восточной Европы, а заканчивающаяся в ведущих городах Запада — Лондон, Париж, Нью-Йорк, Майами, Фриско, Лос-Анджелес. Что в эту сеть вовлечены очень большие люди, а занимается эта сеть — эксплуатацией и торговлей детьми. Что можно заказать по этой сети кого угодно — девочку, мальчика, любого возраста. Для усыновления, для сексуальной эксплуатации, для черной трансплантации органов. Для чего угодно, короче.

Принесли пива, Боул взял новый бокал

— И что? Что вы раскрутили?

— А ничего. Добрый доктор, который признался в том, что в него клинике проводились незаконные операции по трансплантации — покончил с собой. В охраняемом доме. Видимо, нервы не выдержали — а может и что еще. И у нас ничего не осталось — только голословные утверждения. Тут же налетела DEA и перевернула больницу вверх дном, утверждая, что доктор через больницу якобы наркотиками приторговывал. Якобы — потому что доктор никогда об этом не упоминал, и у нас не было никакой оперативной информации, что это так и есть — вообще никакой. И найти они ничего не нашли — я выяснял. Но почему-то они приходили и перевернули все вверх дном. Я написал рапорт в центральный офис, предложил создать целевую группу. И вдруг меня решили назначить юридическим советником посольства в Лондоне, хотя я никогда в жизни об этом не просил. Так я оказался здесь.

Коммандер Боул тоже взял свой бокал.

— А при чем тут Лосев, я не понял.

— Минутку терпения. Доктор указал на некий русский форум. По его словам — это была настоящая биржа, где покупали и продавали детей. Перед тем как док раскаялся, осознал и решил свести счеты с жизнью — нашим технарям удалось, используя те же программные средства, что и в программе «Невинные образы» — скачать список зарегистрированных пользователей этого форума и многих из них офизичить. Люди сам понимаешь, с одного компьютера заходят в свою почту, социальную сеть… и на такие форумы. Среди них оказались многие очень высокопоставленные лица. Один из них носил фамилию Лосев.

— Это ошибка. Этого не может быть.

— Я проверил.

— Александр Лосев?

— Нет. Виталий Лосев.

Коммандер Боул даже при всем его опыте — не смог сдержаться.

— Твою мать…

— Знакомая фамилия?

— Еще бы… послушай, Алекс.

…

— Список у тебя, верно?

…

— Виталий Лосев проходит здесь по делу об убийстве. Дело очень серьезное. И мне нужен этот список.

…

— Если ты просто будешь сидеть на нем как курица, он рано или поздно превратится в пустую бумажку с ничего не значащими именами. Те, кто указаны в нем — продолжат творить то, что они творят. Я же — смогу дать этому ход в рамках расследования убийства. Остановить меня — они не смогут.

— Ты уверен?

— Я старший офицер полиции. Это дело об убийстве — на особом контроле. Замять не получится.

Американец горько усмехнулся.

— Я тоже так думал. И вот теперь сижу здесь и дую то, что вы называете пивом.

— Надо верить. Алекс. В полиции нельзя работать, если не веришь.

— Верить? Хорошо ты сказал…

…

— Верить…

Американец допил пиво.

— Ладно, пошли…

* * *

Комиссионер Рид жила со своей партнершей в Челси — в старинном районе Лондона, который окружен самой настоящей крепостной стеной. Занимала небольшой, но уютный кондо. Коммандер Боул приехал к ней, когда было уже заполночь. У дома стоял РейнджРовер специальной группы охраны — но там узнали и его и его машину и просто мигнули фарами.

Комиссионер открыла дверь не сразу, видимо спала.

— Боул. Вы с ума сошли, который час?

— Мэм, времени нет. Это по делу Донохью.

Комиссионер вздохнула.

— Хорошо. Пойдемте.

* * *

Она провела его на кухоньку — небольшую, тщательно отреставрированную. Все здесь было как бы игрушечным… все из девятнадцатого века.

— Вам кофе, чай?

— Кофе. С ног валюсь.

— Неудивительно, в час то ночи. Что скажет миссис Боул?

— Ничего. Мы разводимся.

Комиссионер поставила чайник греться.

— Как жаль.

— Кому угодно, только не мне. Это было ошибкой с самого начала.

— Как знаете, — комиссионер достала кофе. — Колумбийский?

— Благодарю, мэм, в самый раз…

Комиссионер достала чашки.

— Так что насчет ваших новых данных?

— Кажется, мне удалось выйти на мотив. Лосев связан с трансграничной торговлей детьми.