Огненное ущелье - Александр Тамоников

— Да, сэр.

— Не забудьте о порядке связи со мной. Ну а забудете, я сам напомню о себе.

— Конечно!

Дак улыбался, что буквально бесило Дрейка. А тут еще Луиза Крофт подлила масла в огонь. Подойдя к Дрейку, она спросила:

— Разрешите просьбу, сэр?

— Просьбу? — Дрейк осмотрел помощницу похотливым взглядом. — А оставить вашу просьбу до прибытия на нашу базу нельзя?

— Нет. сэр.

— О’кей, давайте вашу просьбу.

— Я хочу остаться в отряде.

Слова сержанта вызвали всеобщее удивление. Дак и Тимохин переглянулись. Дрейк внимательно посмотрел на Луизу:

— Повторите, что вы сказали, миссис Крофт?

— Я хочу остаться в отряде.

— Вот как? Но вы нужны мне.

— Для чего?

— Вы нужны мне как помощница. И потом, Крофт, женщине в отряде при выполнении боевой задачи не место!

— Так же, как и вам?

— Не забывайтесь, сержант!

— Я настаиваю, генерал, чтобы вы разрешили мне остаться в отряде. А подружку себе вы легко найдете в любой войсковой части.

— Нет, — отрезал Дрейк, — вы поедете со мной!

— Я останусь, — упрямо заявила Крофт.

— Вы не выполните приказ?

— Нет!

— Представляете, что вам за это грозит?

— Прекрасно представляю.

Из-за поворота выехали два «Хамви». Они подъехали к вертолетной стоянке. Из передового внедорожника на грунт спрыгнул офицер и подошел к старшему куратору отряда «Марс»:

— Генерал Дрейк? Я — лейтенант Айверсон. Со мной шесть человек. Мне приказано доставить вас на базу у Кабула. Вот предписание.

— Подождите, лейтенант.

— Я бы с радостью, сэр, но мы должны придерживаться графика.

— Я сказал, подождите!

Лейтенант оказался не менее упрямым службистом:

— Повторяю, сэр, мы должны соблюдать график. А так как за вашу голову на меня возложена полная ответственность, то прошу в передний автомобиль.

Генерал сплюнул на камни.

— Черт с вами со всеми! А вас, Крофт, — злобно взглянул он на Луизу, — ждут крупные неприятности, обещаю!

Дрейк подхватил свою десантную сумку, штурмовую винтовку и прошел следом за лейтенантом к переднему внедорожнику. Вскоре колонна скрылась за поворотом ущелья.

— Ты с ума сошла, Луиза? — напустился на Крофт Тимохин. — Мы не прогуливаться выходим, а на войну.

— Я это знаю и не стану для вас обузой. Более того, лишний боец, думаю, вам не помешает.

— Ты — боец?

— Я проходила тот же курс подготовки, что и люди Дака; не так ли, полковник?

— Да, — подтвердил Дак. И тут же добавил: — Но одно дело — стрелять по мишеням, и совсем другое — по людям, в условиях, когда и по тебе тоже будут стрелять. Я не понимаю тебя, Луиза. Это что, женский заскок?

— Нет, защитная реакция.

— На что?

— Дрейк хотел заставить меня спать с ним. Я предпочитаю получить пулю талиба, чем его грязные ласки.

— Дрейк принуждал тебя к сожительству? — нахмурился Тимохин.

— Да, пытался принудить: И рассчитывал сделать это на базе войсковой части. Там вряд ли кто посмел бы помешать ему. И тогда пролилась бы кровь — либо моя, либо Дрейка. И чем теперь он может испугать меня? Трибуналом за отказ выполнять приказ? Я не боюсь трибунала.

— Погоди, погоди, — проговорил Дак, — а свидетели того, что Дрейк пытался принудить тебя к сожительству, есть?

Луиза достала из кармана диктофон:

— Только запись нашего последнего разговора.

— И что на пленке? — спросил Тимохин.

— То, что опозорит генерала, попади запись к вышестоящему командованию. Но она туда не попадет; Дрейк сделает все, чтобы не попала. Однако пленка не позволит ему поднять шум, пока я в отряде. В каком-нибудь гарнизоне Дрейк силой забрал бы запись, и вот тогда случилось бы непоправимое.

— Генерал знает о записи? — поинтересовался Дак.

— Нет. Но мне пришлось бы сказать о ней.

— Понятно… — Дак посмотрел на Тимохина: — Ну что, Алекс, включаем Луизу в штат «Ирбиса»?

— Можно и в штат «Ориона», — улыбнулся Александр. — Я буду только «за».

— Нет, Алекс, только в «Ирбис»!

— Спасибо вам, ребята, — сказала Луиза, — вы настоящие друзья!

— Не волнуйся, Лу, мы защитим тебя, — заверил Дак. — И от «духов», и от Дрейка. Если надо, я выставлю не менее пяти свидетелей того, что генерал не просто словесно принуждал тебя к сожительству, но и пытался изнасиловать.

— У меня тоже найдутся ребята, которые подтвердят показания американских коллег, — сказал Тимохин. — Вот только запись надо спрятать в надежном месте.

— Где, Алекс?

— Передай диктофон Шепелю. Он сохранит запись.

— О, Майкл! Он сохранит, сомнений нет.

— Ну, всё! Давайте на борт, пора лететь к Хайрабскому ущелью. И так уже затемно придется десантироваться, — заторопился Тимохин.

Офицеры поднялись на борт. И никто не обратил внимания на капитана Стоуна, задумчиво сидевшего на месте Дрейка. А он слышал разговор Дака и Тимохина с Луизой Крофт, оттого и был задумчив…

Экипаж между тем запустил двигатели, «Ми-8» поднялся над Тарикарским ущельем и пошел на юг страны. В 17.05 вертолет приземлился на плато, окруженное лесом. Бойцы «Марса», покинув борт, разбежались в разные стороны и заняли круговую оборону. Родионов вышел из пилотской кабины и остановил Тимохина:

— Вы поаккуратней тут, Сань! Что-то не нравится мне обстановка в отряде.

— Мне тоже не нравится, но что делать, Антон? Со мной не советовались, когда усиливали группу «Ирбис».

— Вот и говорю: будь поаккуратней, и, если что, сразу вызывай меня. А я вас хоть из ада вытащу. Или… останусь вместе с вами в аду.

— Знаю, Антон, спасибо! Сообщи Крыму, что мы прибыли на место.

Александр спустился на землю. Родионов поднял трап, и «Ми-8» ушел на север. К Тимохину подошел Дак с раскрытой картой в планшете:

— Нам предстоит совершить марш до квадрата… Как пойдем — «зеленкой» или по балкам, что разрезают плато?

— Ты сначала доложи Дрейку о нашем прибытии. Потом решим, каким маршрутом пойдем к Хайрабу.

Полковник Дак подозвал к себе лейтенанта Кроша:

— Арчи, обеспечь-ка мне связь по спутнику с генералом Дрейком.

— Слушаюсь, сэр!

После доклада Дака командиры групп определили маршрут выдвижения к Хайрабскому ущелью, и отряд, разделившийся надвое, в 17.30 начал десятикилометровый марш.