Надейся только на себя - Сергей Кулаков

Ранним утром раздался телефонный звонок. Это портье вежливо напомнил, что Роман просил разбудить его в половине седьмого. Роман поблагодарил, заказал в номер кофе и легкий завтрак и сразу полез под душ.

Обдавшись прохладной водой и почувствовав себя достаточно свежим после крепкого пятичасового сна, он, помня о своем обещании Джону Лейтону, первым делом взялся за мобильный телефон.

Однако сразу же вышла загвоздка. Номер-то телефона Дика Робертса Джон сообщил, а вот код Далласа впопыхах назвать забыл.

Пришлось прибегнуть к сложному способу: звонить в московский центр телефонной связи и спрашивать код Далласа. Узнав код, Роман набрал номер Робертса и принялся ждать. В номер тем временем принесли поднос с кофейником, свежими пирожками, сыром и фруктами. Роман знаком показал оставить поднос на столе. Трубку все не брали. Роман начал терять терпение, когда трубку наконец взяли и раздраженный мужской голос спросил:

– Что надо?

Техас есть Техас, подумал Роман. Там что адвокаты, что президенты – все ковбои. Похоже, мистера Робертса все-таки разбудили – и он очень недоволен этим обстоятельством. А когда ему нужно звонить? В десять утра? В одиннадцать? Или вообще ближе к обеду, чтобы он успел позавтракать? Нет уж, когда позвонили, тогда позвонили. Как-нибудь переживет.

– Простите за беспокойство. Это Дик Робертс?

– Да, мистер, это Дик Робертс. А вы кто такой?

– Я звоню вам по поручению Джона Лейтона…

– Какого черта? – рявкнул Робертс. – Джон сам не мог мне позвонить? Кто бы вы ни были, мистер, но передайте ему, что мне это не нравится. Я сто раз ему повторял, чтобы не звонил мне в это время! Наверное, он опять набрался виски и не в состоянии говорить…

– Послушайте, мистер! – потеряв терпение, резко перебил его Роман. – Джон был тяжело ранен взрывом бомбы. Сейчас он находится в больнице, возможно, при смерти. Я его друг. Он попросил меня передать вам важную информацию. Если вы намерены продолжать разговор в прежнем тоне, я положу трубку и больше не буду вас беспокоить.

– Джон ранен? – сразу присмирел Робертс. – Простите, сэр, я не знал… Теперь понятно, почему вы звоните. Он выживет?

– Был жив, когда забрали в больницу. Как он сейчас, я пока не знаю. Думаю, у вас есть возможность самостоятельно выяснить этот вопрос.

– Да-да, я обязательно позвоню ему…

– Пока Джон был в сознании, он просил передать вам… – покосившись на часы, снова прервал его Роман.

– Да, я внимательно слушаю, – собрался Робертс.

– Немедленно продавайте акции компании «Сибгаз».

– Продавать акции «Сибгаза»? – удивился Робертс. – Это точно?

– Слово в слово то, что мне говорил Джон. Он сказал, информация последняя и самая достоверная.

– Хм, о’кей. А какое количество акций? – деловито уточнил Робертс.

– Джон сказал, все акции. Все, – повторил Роман. – «Сибгаз» на днях распадается, и нужно как можно быстрее избавляться от его акций.

– Вот как? Интересный поворот. Хорошо, передайте Джону… Ах да. Я все понял и сделаю так, как он сказал.

– Тогда всего хорошего, мистер Робертс.

– До свидания. Простите, сэр, как вас зовут?

– Меня зовут Роман.

– Thank you, Роман.

– Welcome, Дик.

Нажав кнопку отбоя, Роман тут же набрал номер Лени. Просьба Джона исполнена, пора позаботиться и о себе, тем более что удача сама плывет в руки. Джону ущерба от этого никакого, его интересы соблюдены по всем правилам, информация передана в точности, и все зависит лишь от оборотистости Дика Робертса.

И теперь – как справедливая награда за все эти хлопоты – нужно довести все сказанное до сведения Лени. А уж как там полученной информацией распорядится Леня – это его дело. Но верилось, что распорядится, как всегда, очень правильно.

Леня взял трубку после первого же сигнала.

– Алло, Леня, не разбудил?

– Кто рано встает, тому бог дает, – ответствовал без тени раздражения Леня.

– Ну, это не обо мне, – засмеялся Роман.

– К чему сей радостный смех? – осведомился Леня. – Надеюсь, к добрым вестям?

– Пока не знаю. Но думаю, что ты разберешься.

– Выкладывай.

Роман быстренько пересказал всю историю с Джоном Лейтоном.

Леня слушал очень внимательно, за весь рассказ лишь один раз одобрительно хмыкнул и один раз уточнил название компании.

– Ну что, – сказал он в завершение. – Эти сведения во многом совпадают с тем, что я слышал. Теперь я почти уверен, что «Сибгазу» крышка. И времени осталось совсем немного… Что ж, начинаю действовать. Ты на какую сумму включаешься в игру?

– Как это на какую? Как обычно, на всю.

– А если прогорим?

– А если прогорим, пойду к тебе на содержание.

– У меня и без тебя ртов хватает.

– Но у тебя же доброе сердце.

– Доброе-то доброе, но… Ладно, будем надеяться, что твоя командировка себя окупит. Не пропадай надолго и возвращайся быстрее, живым и здоровым.

– Постараюсь.

– Всего…

Леня дал отбой. Судя по тону его последних слов, он уже говорил их машинально, целиком погружаясь в то, что ему предстояло сделать в ближайшие день-два.

Что будет происходить на бирже, Роман хорошенько не знал, да и никогда не стремился узнать, ибо при всем своем тренированном в аналитических шарадах уме с трудом мог постичь механизм зарабатывания денег на таких, казалось бы, простых операциях, как покупка и продажа акций. Там требовался некий совершенно особый мыслительный уровень плюс дерзость и холодная расчетливость, осторожность и азарт, знание слабостей человеческого сердца и ничем не прикрытая бессердечность, глубокая информированность о тайнах внешнего мира и исключительное знание сложнейшей внутренней конструкции, на которой покоились все биржевые спекуляции, от самых мелких до самых крупных, и, конечно, удачливость в игре, без которой в царство больших денег не стоило и заглядывать. Да, и самое главное: любовь к деньгам, чистая и пламенная, ибо деньги ищут своих избранников только по взаимной любви. И обмануть их невозможно.