Проклятие чужого золота - Борис Бабкин

– Почему Рука сделал это сегодня? – резко перебил его Ташкент. – Ведь он должен был взять их завтра и Горца завалить там. А он…

– Ты Элеонору спроси, – кивнул на окно Гуськов, – она все это замутила. И зачем?

– Все испортили, – процедил Ташкент. – Кажется, надо сваливать отсюда, – пробормотал он.

– Что? – спросил Гуськов.

– Свободен, – кивнул Ташкент.

– Да какая-то хренотень началась, – усмехнулся Дровосек. – Азиат свободно загуливает в российском городе, а все молчат, как будто так и надо. Кстати, за этим Ташкентом…

– Во-первых, он не азиат, – перебил его низкорослый мужчина. – Просто у него фамилия такая и имя. Он русский. Во-вторых, не он этим заправляет. В основном все под Марксистом ходят, он балом правит. Наркота и все остальное под ним. К тому же у него крыша есть и в столице, и тут. Мы так, по мелочевке, берем. А если загрузишь, то или менты ласты повяжут, или шлепнут. Сейчас кто имеет большой бизнес, тот и парадом командует. Бабки вроде законно получает и налоги платит. Так что ничего тут нам не сделать. Кроме того, мы не отморозки, предъявить Ташкенту нечего. Базар идет, что есть к нему предъява, но конкретно ничего не известно. К тому же Марксист предупредил, что Ташкент его человек, и трогать не советовал. Кто против Марксиста дернется, жмуром быстро становится. А ты чего вдруг против Ташкента мутить надумал? Ты вроде вообще никогда ни во что не ввязывался.

– Да я и сейчас сам на сам, – сказал Дровосек. – Просто интересно стало, от чего вы все притихли вдруг. Неужели Ташкента боитесь?

– Ты за языком следи! – рявкнул мужчина в наколках. – А то запросто и ответить можно.

– А какого хрена вы не спрашиваете с того же Ташкента?! – заорал Дровосек. – Его шакалы Витьку Сокола поломали, мужик в больнице сейчас и инвалидом останется. И Леху Домушника тоже не вспоминаете, его же нашли переломанным. А взяли на хате одного нового русского. И кто взял? Парни Ташкента. Похоже, вы ничего про это не знаете.

– Да мы-то знаем. Думаешь, мне в кайф давать на общак парням Ташкента? Хренушки! А даю. Как менты Игрока хапнули, все и началось. А больше законников тут нет. Вот и ходим мы под прессом Ташкента.

– Ладно, – кивнул Дровосек, – завяжем на этом. Просто мне надо узнать, кто в столице с Ташкентом в контакте. Кто-то оттуда мутит воду.

– Да это Мухомор, – вздохнул мужик с татуировками. – Мне кент один о нем базарил. Он видел его с Ташкентом, да и с Лоркой видел. Они оба перед ним как шавки крутились. И еще кто-то там имеется, но кто, я не в курсе. Насчет Мухомора – точно. Я запомнил кликуху по сериалу про ментов. Вот и кент говорил, что тот вроде как мент бывший. Он и есть мафиози.

– А с чего ты вдруг начал в этом копаться? – поинтересовался низкорослый. – Ведь запросто могут базарок пустить, что на ментов пашешь…

– Знаешь, почему я тебе череп не проломил? – ухмыльнулся Дровосек.

– Да ты что? – Низкорослый отодвинулся вместе со стулом. – Я просто…

– И просто не надо, Скрипка. Я тебя давно знаю и поэтому забуду. Но больше так базарить не советую. Это всех касается, – по-прежнему улыбаясь, предупредил Дровосек.

– А ты вроде и не поддавши, – удивленно посмотрел на вошедшего Рябого дядя Матвей.

– Не до этого сейчас, – отмахнулся тот. – Где Горец?

– Етишкин кот и маманя котиха, – рассмеялся старик, – какой господин стал, ну прям мистер Твистер! Сейчас придет Горец. – Он закурил. – Я как фильм смотрю про Горца, Витальку вспоминаю. Вот Горец бессмертный был. Но видал, как у них там? Ежели другой бессмертный башку тебе отхватит, все ему передается. Вот и мочили они друг дружку. А нет бы деньги в кружку и мирно жить. Правили бы миром. Ведь им все нипочем, даже ядерная война по хрену. Только чтоб башку не отрезали. А вот и наш Горец, – увидел он вошедшего Виталия.

– Ну? – взглянул тот на Рябого.

– Сделал, как ты велел. Ксиву ему подбросил в тачку.

– Он вышел из кабака, – говорил по телефону черноволосый. – Идет к машине. Видно, не зря нас ему на хвост посадили. Я зашел в кабак, этот милиционер заказал так, будто он по крайней мере замминистра МВД. И музыку свою. Но не ту – наша служба и опасна, и трудна, – рассмеялся он, – а кое-что из западной…

– Работай, Алик, – строго оборвал его крепкий. – Его подхватит Валентин.

– Понял, шеф. А вопрос можно?

– Валяй.

– Где этот, который за Гуськовым слежку устроил, бабки возьмет для расчета? Получится весьма круглая сумма.

– Не волнуйся, Алик, ты свои кровные получишь.

– Очень на это надеюсь.

Отключив телефон, Алик сразу набрал новый номер.

– Клиент тронулся. Кстати, очень нервничает. Бери его на выезде.

– Он мой, – отозвался мужчина.

– Да все путем, – зло говорил в сотовый, держа руль левой рукой, Гуськов. – Ледяной сидит. Конечно, в отдельной камере. Но я думаю, Порова и его подмастерье надо убрать. И банщика-массажиста тоже. Если на них надавят, они расколются.

– Все в свое время, – ответил Лоров. – Они никому ничего не скажут. А вот их гибель может навести ментов на верный след. Не торопи события, Гуськов. Где женушка твоя сейчас?

– А что? Ведь ты говорил…

– Ко мне обращаются на вы, – усмехнулся Олег Викторович, – и никак иначе. А ты, кстати, пару раз позволил себе вольность, назвав меня Лорой.

– Да я это, – перепугался Александр, – случайно…

– В общем, так, похоже, нам придется кое-кем пожертвовать. Как ты смотришь на то, чтобы стать законным владельцем всего, что есть у твоей тещи?

– Это с чего Элеонорка мне все оставит? Даже если она вдруг умрет, чего, думаю, не будет еще лет двадцать самое малое, у нее есть…

– А как ты смотришь на то, чтобы остаться вдовцом? Разумеется, после смерти Элеоноры Давыдовны. Надеюсь, ты очень не будешь переживать по поводу ее безвременной кончины?

– Конечно, нет, – рассмеялся Гуськов. – И скоро ее безвременная кончина наступит?

– Очень скоро. А где сейчас твоя женушка?

– В Москве. Она в последнее время дома бывает очень редко. Все больше у отца или…

– А где находится господин Богатов?

– В доме отдыха около Березовки.

– Точно?

– Конечно, точно, – кивнул Гуськов и, выматерившись, остановил машину. – Ты что? – Он вышел. – Куда прешь?!

– Извини, мужик, – виновато отозвался, выбираясь из «Оки» невысокий мужчина. – Я виноват.

– Короче, так, – Гуськов вытащил удостоверение, – следуй за мной. Хотя нет, – он достал сотовый, – я сейчас вызову…

– Замер, – услышал он сзади тихий голос и почувствовал прикосновение чего-то твердого под левой лопаткой. – Пикнуть не успеешь, как получишь пулю. Вперед, в машину! – приказал стоявший сзади человек.