Всё включено. Пули тоже - Олег Асфаров

– Ну, да, это я…

– Вот как хорошо! – искренне восхитился парень и неестественно улыбнулся. Он снял вязаную шапочку, вытер ею лоб и выразительно крякнул.

– Надо же… – ухмыльнулся парень. – Нашли. Повезло…

Я хотел спросить, кому повезло, но передумал. Эти двое не были похожи на поисковую группу.

– Саня! – крикнул парень, обернувшись к своему напарнику – Нашли!

Он засмеялся и сел на камень.

– А вы кто будете, ребята? – негромко спросил я.

«Поисковик» перестал смеяться и повернулся ко мне.

– Да неважно, мент. Для тебя уже неважно, – ответил он, и глаза его недобро сощурились.

Я повернулся к Эдику.

– Ты его знаешь?

Эдик отрицательно качнул головой. Он уже почувствовал, что ситуация не располагает к объятиям и радостным восклицаниям, поэтому бросил на меня вопросительный и тревожный взгляд.

– Прячься, Эдик, – произнес я одними губами и кивнул в сторону огромного валуна.

Потом я развернулся к парню, улыбнулся, шевельнул плечами и сбросил рюкзак себе под ноги.

– Как жизнь на равнине? А то мы здесь совсем одичали, оторвались от мира. Что нового внизу?

Я надеялся, что улыбка у меня вышла искренняя. Произнося эти слова, я сделал к парню несколько шагов. Если я и усыпил его бдительность, то всего лишь на несколько мгновений. Парень вдруг шевельнулся, его правая рука нырнула за пазуху, но он не успел.

В два гигантских прыжка я преодолел разделяющее нас расстояние и оказался перед ним.

Мой противник все еще копался под мышкой, неловко отставив в сторону левую руку, и пытался вытащить «ствол». Должно быть, он судорожно рвал потными пальцами пистолет из кобуры под теплой толстой курткой, а проклятая застежка неожиданно заклинила.

Краем глаза он заметил мое приближение и автоматически вскинул руку, ставя классический блок карате.

Я ударил его слева. Нет, не кулаком. Кулаком бьют только в кино. Я напряг ладонь и впечатал ее прямо ему в висок. «Знакомый» Эдуарда Петровича слетел с камня и распластался под ногами. Звякнул о камни пистолет, который он успел все-таки вытащить.

Я нагнулся, схватил до боли знакомый «ПМ», большим пальцем сбросил флажок предохранителя, и передернул затвор. Неожиданно из выбрасывателя выскочил патрон и, мелькнув на солнце тусклой желтой искрой, улетел за валун.

Идиот, патрон в патроннике таскает…значит, осталось восемь в обойме. А это был девятый в стволе.

Я бросился в сторону, и оттолкнулся так сильно, что в момент толчка из-под ботинка вылетела пригорошня щебенки.

«Только бы не поскользнуться! – мелькнула мысль. – Это будет совсем не смешно!». Я перекатился через голову и распластался за камнем. Не успел я сориентироваться после прыжка, как грохнул выстрел, и пуля с жужжанием прошла от меня в паре метров. Второй «турист» правильно оценил ситуацию и решил действовать в классическом стиле американских боевиков. Я поднял голову.

* * *

Из каждой ситуации есть два выхода. Мне было что терять, поэтому я выбрал второй.

Стрелок находился от меня на расстоянии около полусотни метров. Предельная дистанция для «макара». Ждать помощи мне было неоткуда, и поэтому неторопливо постреливать, лежа за камнем, совсем не входило в мои планы. Нужно было как можно быстрее ликвидировать возникшую угрозу. А для этого требовалось просто «качнуть маятник». Интересно, знаком ли мой противник с подобным приемом пистолетного поединка? У меня был только один вариант, чтобы проверить свою догадку.

Ну что же? Рискнем, пожалуй…

Краем глаза я заметил, что фигура Эдика исчезла за камнями. Он поступил очень грамотно и своим своевременным исчезновением развязал мне руки.

Я резко выдохнул, вскочил и вылетел на открытое пространство.

Бах! Еще одна пуля, выпущенная второпях, прошла мимо. Она прошла мимо потому, что стрелок вел огонь с упреждением. Я, в свою очередь, понял, когда он выстрелит, и на мгновение притормозил. Игра в кошки-мышки началась. Парень увидел у меня в руках оружие и метнулся за большие валуны, вросшие в землю рядом друг с другом.

Время замедлилось, а окружающие предметы стремительно замелькали, слегка смазав свои очертания. Закружились перед глазами щебенка, камни, куски голубого неба, снова щебенка, мои ботинки и рука, держащая пистолет. Очень четко и резко я видел только своего врага, спрятавшегося за большим валуном. Адреналин бушевал в крови, помогая мышцам совершать невероятные усилия и выполняя задачу по выживанию организма.

Я прыгал, метался из стороны в сторону, бросался на землю, прятался за камни, вскакивал, стрелял и быстро сближался с моим противником.

Парень вел огонь из-за обломка скалы. Он удобно расположился в классической позе «стрельба с колена», и я постоянно ощущал, как он выжидает удобного момента, наблюдая за мной через прицел. Его выстрелы гремели непрестанно. Для того, чтобы он не думал, что находится на соревнованиях и выполняет упражнение «стрельба по бегущему кабану», я периодически и нечасто стрелял в ответ, главным образом для того, чтобы сбить у него прицел. Конечно, он пугался свистевших мимо пуль, мигал, пригибался и целился снова.

Стрелок, сначала полностью уверенный в том, что контролирует ситуацию, совсем не торопился, но потом начал нервничать. Я предугадывал каждый его выстрел и буквально чувствовал его состояние. На его месте можно было заволноваться, понимая, что патроны кончаются, а мишень вдруг начала непредсказуемо быстро двигаться и уворачиваться от поражения! Я бы не сказал, что десяток секунд подобного боя дались легко. Я вздохнул только один раз перед началом перестрелки, и запас кислорода в легких уже подходил к концу. Сердце гулко колотилось в груди, мыщцы рук и ног начали подрагивать после таких сверхинтенсивных сокращений, и мне срочно требовалось несколько мгновений, чтобы передохнуть. Я свалился за камни и сипло задышал, стремясь как можно лучше провентилировать легкие. Совсем некстати мелькнула мысль о вреде курения. Я торопливо вытер пот со лба, сплюнул, выпрямил корпус в упоре лежа, подогнул ноги и снова вскочил. Как я надеялся, достаточно быстро, чтобы не дать времени моему противнику хорошо прицелиться.

Бах! Опять мимо. Из упора лежа я сразу ушел перекатом влево, что всегда затрудняет стрельбу противнику, если огонь ведется с правой руки. Пару раз пальнув в направлении камней, я во весь дух понесся к ним по открытому пространству. Метров десять, не более… по моим подсчетам (а считает выстрелы любой уважающий себя турист), у парня уже кончились патроны. И времени на перезарядку я уже ему не дам.

Да, так и есть… мой противник уже поднимался мне навстречу. Затвор его пистолета в заднем крайнем положении показывал, что новая обойма еще не вставлена.

Я сжал зубы, прищурился, быстро вскинул оружие и потянул спусковой крючок.

Некрасиво? Подло? Возможно, но кто меня будет судить? Офицерский суд чести? Вряд ли. Любой боевой офицер оправдал бы мои действия, потому что сам поступал точно так же в подобной ситуации. Какая-нибудь комиссия по этике? Но ни одного популярного правозащитника в радиусе пятидесяти километров я не заметил. Поэтому… на войне, как на войне. Зачем мне оставлять в живых человека, который хотел меня убить? Я не видел в этом никакого смысла.