Настоящий покойник - Александр Днепров

— Спокойнее, Влад, — не оборачиваясь, ответил он. — Уже подъезжаем.

И действительно, вскоре Петр остановил машину.

Мы быстро вылезли из нее. Петр снова взял на руки Дучу и рванул в указанный Стасом подъезд.

Доктор жил на пятом этаже. Скорее всего он не спал.

— Кто там? — раздался из-за двери тоненький голосок в ответ на звонок Стаса.

— Мартин Михайлович, это Стас. Помощь нужна. Срочно.

— А-а-а, сию секундочку.

Защелкали отпираемые замки, затем дверь отворилась, и я увидел низенького худенького старикашку с густой седой шевелюрой.

Стас отодвинулся в сторону, пропуская вперед Петра, державшего Дучу.

Надо отдать должное старичку — увидев, в каком состоянии его новоиспеченный пациент, он тотчас посторонился.

— Давайте-ка сюда, мил дружочек. — Он семенил, едва поспевая за Петром, из-за могучей спины которого пытался корректировать направление: — Сюда, сюда. Та-ак. Теперь направо. Кладите, кладите его на стол.

Без лишних вопросов он первым делом осмотрел Дучину руку, затем повернулся ко мне — не к Стасу, не к Петру, который, кстати говоря, куда-то испарился, а именно ко мне и проговорил, готовя инструменты:

— Мне понадобится мой ассистент.

— Если его ждать долго, то я могу.

— Нет, увы, миленький мой, тут очень серьезно. Тем более что ассистент — моя жена.

— Тогда зовите.

— Есть одна проблемочка… — замялся он.

— В оплате, что ли? — догадался я.

Мартин Михайлович мне улыбнулся.

— Сколько? — проговорил я, всем своим видом давая ему понять, чтобы он поторопился.

— Ну, понимаете ли, милочка… — Я оскалился, он заметил мой оскал и, откашлявшись, продолжил уже другим тоном: — Понимаете ли, любезный, работа очень сложная, опять же я рискую… закон, понимаете ли… к тому же вашему другу придется полежать у меня дней несколько… Опять же…

— Короче, Склифосовский, цену говори, — не выдержав, прервал я его.

— Операция по соточке на каждого, и каждый день по семьдесят пять. Все, естественно, в долларах.

Я в уме произвел подсчет. После чего полез в свою сумочку и отсчитал из хранившихся в ней денег четыреста пятьдесят долларов.

— Вот, — протягивая ему деньги, сказал я, — это за операцию и за три дня. Если мой друг задержится у вас дольше, я добавлю.

— Извините… Кхе-кхе-кхе. — Глазки этого Айболита забегали по комнате. — А если, извините, вы не сможете заплатить, что тогда?

— Как это — не смогу? — не понял я вопроса.

— Ну, вас убьют, к примеру… извините.

— Типун тебе на язык! — рыкнул я на него.

— Ну а все-таки?.. — не унимался этот доходяга.

— Выгонишь его на улицу.

— Заметьте, это вы предложили, а не я.

— Зови свою жену… — Я еле сдержался, чтобы не высказать этому… доктору все, что я о нем думаю. — Зови!

Доктор обернулся к двери, ведущей в соседнюю комнату, и не очень громко крикнул:

— Ванюлечка!

Дверь открылась, и в комнату вошел… вошла… вошло… Короче, то, что вошло, выглядело мужчиной, но было одето в женский шелковый халат и двигалось явно не по-мужски.

Мне сложно описать, как я выглядел в этот момент, но, судя по хитрой ухмылке Стаса, на моем лице были написаны все мои мысли.

— Дорогуша, готовься, предстоит сложная операция, — проворковал доктор. И мне: — Вы можете идти, и ни о чем не волнуйтесь. С вашим другом все будет в порядке.

— У него еще с ногой что-то, — вмешался Стас, так как понял, что под впечатлением увиденного я могу забыть о Дучиной ноге.

— Идите, идите, мы сами во всем разберемся.

Я покидал квартиру как под гипнозом. Не скажу, что мне не доводилось встречать в жизни подобных (извините за выражение) мужчин, но чтобы вот так… Слишком много на меня свалилось за эти несколько дней.

— Ты, блин, куда меня привел? — накинулся я на Стаса, как только за нами захлопнулась дверь.

— Ты не шуми, — не дал он мне разойтись. — Какая тебе разница, как они живут? Этот дедок — талантливейший хирург, а все таланты с какими-нибудь прибамбасами. Сказать честно, мне глубоко наплевать, какие там они: голубые, розовые или серо-буро-малиновые. Пусть живут, как хотят, это их дело.

Так разговаривая, мы вышли из подъезда. Рассвет уже наступил.

Возле машины стоял Петр. Его брови сошлись у переносицы — с момента нашего с ним знакомства это был первый случай, когда я увидел его чем-то озабоченным.

— Какие-то проблемы? — спросил я.

Петр кивнул и полез в карман джинсов, откуда с загадочным видом достал металлическую коробочку размером со спичечный коробок.

— Вот, под бампером нашел. Могу поклясться, что эта запчасть не от моего автомобиля.

Я взял из его рук коробок. Не надо быть большим специалистом, чтобы понять, что это маяк. Теперь мне стало ясно, как маньяк смог выйти на квартиру Виктории.

— Япона мать!.. Наверняка они где-нибудь сейчас затихарились и, похихикивая, за нами наблюдают. Кстати, как ты эту фигню обнаружил?

— Совершенно случайно, — простодушно ответил Петр. — Я в багажнике порядок наводил, и у меня «лимонка» выпала и под машину закатилась. Я за ней полез и увидел эту мутату.

Как я уже говорил, Стас обладал отменной выдержкой, но сейчас даже он не смог удержаться от удивления:

— «Лимонка», говоришь, закатилась?

— Ага, под машину, — подтвердил Петр.

— Ну-ну… — задумчиво проговорил Стас. Затем встрепенулся, точно что-то вспомнил. — Я сейчас, — сказал он и кинулся обратно в подъезд.

Через пару минут он вернулся.

— Надо было старика предупредить, — объяснил он свое неожиданное исчезновение.

— Ну и что? — Я чувствовал, что снова придется лезть в сумочку, а мои руки уже ее расстегивали.

— Да, в принципе, ничего страшного. Пятьсот сверху таксы. Естественно, баксов и притом сейчас.

Сумочка у меня из очень мягкой кожи, но не резиновая. Денег не жалко, но я боялся, что их может не хватить на «производственные» нужды.

Отсчитав нужную сумму, я протянул деньги Стасу. Взяв их, он снова исчез. Вернувшись, молча открыл переднюю дверцу и вопросительно взглянул на нас.

— Ну, так мы едем?

— Конечно, — ответил Петр, обходя машину и садясь за руль.

Я устроился на заднем сиденье возле сумки с оружием, которую предусмотрительный Петр переместил из багажника в салон. Дождавшись, когда я захлопну дверцу, Петр тронулся с места, сразу набирая скорость.