Против лома нет приема - Леонид Влодавец

— А вы, как благородные рыцари, собрались избавить меня от неприятностей? — иронически спросила Аня.

— Мы пытаемся сохранить вам жизнь. Между прочим, сегодня, Анечка, я сам был, выражаясь языком дедушки Ленина, в «архитрудном положении». Менты, которых на нас навели наши лучшие друзья после Гитлера, меня продали этим друзьям. Не отходя от кассы. И они пихнули меня в «Волгу», приставили пистолет к голове и заставили вести телефонные переговоры с Юрой. Можно было отказаться, упереться — и где бы я сейчас был? Не хочу говорить при даме грубых слов. Попробуйте и вы пойти на компромисс с совестью. Иногда эта сделка приносит ощутимые выгоды…

— К Кольцевой подъезжаем, — вклинился Таран.

— Выруливай на МКАД и жми по кольцу против часовой стрелки. То есть вправо,

— распорядился Коля. — Я скажу, где дальше поворачивать будем.

— А что вы, собственно, от меня ждете? Конкретно? — продолжила Аня прерванный разговор.

— Извините, но это «конкретно» вам будут рассказывать другие. Я человек небольшой и малознающий. Мне просто приказали руководить вашей доставкой.

Некоторое время ехали молча.

— Ярославка по курсу, — доложил Юрка.

— Мимо едем, — отмахнулся Коля, — наш поворот на Ленинградке. Все прочие проезжаем.

До Ленинградки тоже добирались без разговоров, и, когда подкатили к развязке, Коля объяснил очень коротко, чтоб Таран нужный «лепесток» выбрал:

— От Москвы поедем.

От Москвы так от Москвы. Сейчас, после всех этих передряг, Таран был готов хоть на Северный полюс ехать. Тем более если за бензин и дальше будет платить Коля.

Однако по Ленинградскому шоссе проехали не так уж и далеко. Когда миновали поворот на Шереметьево, Коля велел сворачивать, и далее Юрка под его командой петлял по дорогам где-то в районе между Ленинградским и Дмитровским шоссе. Тем не менее бензина вполне хватило, чтоб доехать до какого-то дачного поселка. Он был чем-то похож на тот, из которого полчаса назад они смотались. Может быть, дачи только постарше возрастом. Более основательные, бревенчатые, непохожие ни на новорусские виллы с гектарной территорией, ни на пролетарские скворечники, прилагавшиеся к шестисоточным участкам. Поселок скорее всего строило какое-то солидное научно-промышленное ведомство в блаженной памяти 50-е.

Вот к воротам одной из таких дач и подкатила «девятка», управляемая Тараном. Внешне дача выглядела совсем неухоженной и даже заброшенной. И располагалась она очень необычно, в тупичке.

Две асфальтированные улицы пересекались буквой Т. «Девятка» ехала, условно говоря, по «ножке» этой буквы. Юрка думал, будто Коля прикажет сворачивать налево или направо, но он велел ехать прямо. То есть в неасфальтированный и заросший крапивой промежуток между двумя высокими деревянными заборами. В нем и трех метров ширины не было, а впереди тоже просматривался какой-то забор, маячили непроглядные кусты и деревья — явный тупик, из которого на первый взгляд проехать куда-то дальше было невозможно. Разве только пешком пройти, если там, в дальнем заборе, какая-то дырка имеется.

На самом деле тупичок имел форму буквы Г, и «девятка», шелестя бортами по крапиве, смогла свернуть направо, а затем проехать еще метров двадцать. Вот тут-то и обнаркились ворота с калиткой, за которыми, однако, кроме буйной растительности, ничего нельзя было рассмотреть.

— Посидите немного, — сказал Коля, вылезая из машины.

— Я скоро.

Он подошел к воротам, нажал кнопку звонка, и минут через пять за калиткой послышались шаги. Открыли не сразу,» похоже, здешние жители гостей не ждали и изучали обстановку. Тем не менее, должно быть, ничего угрожающего не нашли. Калитка так и не открылась, но зато лязгнул стальной засов и распахнулись узкие створки, которые придерживали два внушительных мужичка.

— Заезжай, — махнул рукой Коля.

Тарану пришлось напрячься, чтобы не царапнуть бортами об эти прочные сварные, но очень узкие ворота. По его разумению, машина покрупнее в них и вовсе не протиснулась бы.

Миновав ворота, «девятка» оказалась на маленькой, засыпанной гравием площадочке. Справа, если смотреть от ворот, находился деревянный, обитый ржавой жестью гараж на три машины, а слева, в глубине двора, сквозь кусты и деревья с трудом просматривалась рубленая двухэтажная дача. Сложена она была из серых от времени бревен, штукатурка на кирпичном фундаменте заметно пооблупилась, крыша выглядела скорее ржавой, чем крашенной суриком, рамы и наличники белили лет двадцать назад, а резное крылечко просто-напросто покосилось.

Овчарка здесь тоже имелась, но сидела на цепи и на приезжих гавкать не стала. Только оскалилась на Тарана с Аней и зарычала: мол, попробуйте отсюда стрекача задать! Живо цапну, если что!

— Все, приехали! — весело сказал Коля. — Топайте за мной. Юрик, отдай ребятам ключи, они машину поставят.

Таран, конечно, спорить не стал. Он понимал, что теперь эта «девятка» должна исчезнуть отсюда как можно быстрее. Что с ней дальше будут делать перекрашивать и перебивать номера, разбирать на запчасти, топить в реке, бросать где-нибудь, а потом заявлять в угон, как утверждал Коля в начале операции, — Юрку интересовать не должно. Ему сейчас самое главное — побыстрее домой вернуться. Конечно, не мешало бы и пожрать. Все-таки он не настолько плотно днем у тещи пообедал, чтоб к вечеру не проголодаться.

Некоторые мрачноватые мыслишки, однако, не давали Юрке расслабиться. Хотя вроде бы все получилось более-менее прилично, но все же вовсе не так, как замышлялось. Почему и отчего — это знает Коля, да и то не в полном объеме. Стрельба, два трупа минимум, не считая собаки, два усыпленных жлоба, которые, проснувшись, могут рассказать своему шефу о деталях разборки, — все это не здорово. Поставив себя на место Колиного шефа. Таран подумал, что вопросов к ответственному исполнителю будет до фига и больше. Собственная судьба Юрки тоже просматривалась очень туманно. Вполне могло быть так, что и Коля, и Юрка, после того как Аня окажется под контролем здешнего «крестного», должны будут исчезнуть… Здешняя дачка очень к тому располагает.

Тем не менее Таран решил не поддаваться этим нехорошим предчувствиям и не делать поспешных выводов. Именно поэтому он послушно пошел следом за Колей и Аней по узкой тропинке, ведущей к крыльцу.