Ярость возмездия - Александр Тамоников

– Шершня жалко. Сколько вместе прошли, пережили.

– Я выполнил приказ босса.

– Знаю.

Безродько, которого в банде звали Дикобраз из-за его упрямого характера, выбросил окурок:

– Я развернусь, и давай за мной.

– Далеко ехать?

– Нет! Тут рядом.

Ступак повел «Тойоту» за «Хондой». Они въехали в лес, пройдя примерно километр, свернули на узкую асфальтированную дорогу, приведшую их к массивным воротам высокого забора, за которым в окружении сосен стоял особняк. При появлении машин ворота плавно ушли в сторону. Остановились машины на площадке сбоку от парадного входа в большой двухэтажный коттедж, напоминавший миниатюрный феодальный замок.

Дикобраз вышел из машины. То же самое сделал Ступак.

– Тачки оставим здесь. Пацана несем в дом, – сказал Безродько.

Они перенесли спящего Эдика Гронского в холл, где уложили на кожаный диван. Спустившийся к ним телохранитель Шерхана сковал руки парня наручниками, ноги перетянул бечевкой и взглянул на Ступака:

– Ну, идем, Тихий, в кабинет хозяина. Он ждет тебя.

В сопровождении телохранителя Ступак поднялся на второй этаж и прошел коридором к кабинету. Данаев открыл дверь и доложил:

– Хозяин! Тихий!

– Проходи, Тихий, – вышел из-за стола Караханов. – Ты славно поработал, теперь можешь расслабиться. Выпить хочешь?

– Да, водки граммов двести.

– Принеси, – повернулся к телохранителю Шерхан.

Выпив содержимое бокала, Ступак выдохнул:

– Хорошо! Даже не верится, что все позади.

– Позади, Тихий, только сбор денег. Главная работа еще впереди.

– Один вопрос разреши?

– Давай!

– За работу всей банды была обещана сумма в триста тысяч евро…

– Не продолжай, – прервал его Шерхан. – Что было обещано, то и заплачу. Ты остался один из бригады, значит, все триста тысяч евро твои.

– Благодарю.

– За что, Тихий? Это я должен благодарить тебя. На первом этаже для тебя приготовлена гостевая комната. Душевая напротив. В комнате бар. Пойло, закуска. Отдыхай, Тихий!

В кабинет вдруг вошел Кокиа.

– Привет, Тихий!

– Привет, Арчил!

– Поздравляю!

– Благодарю.

Караханов кивнул Ступаку:

– Иди, Тихий, Руслан покажет тебе, где гостевая.

Оставшись с Арчилом, Караханов поинтересовался:

– У тебя все готово?

– Да, Шерхан.

– Канал связи точно надежно защищен?

– Шерхан! Ты же знаешь, как я работаю.

– ФСБ и ментовка тоже работают неплохо, и аппаратура у них не хуже нашей.

– Ты все же допускаешь вариант обращения Гронского в полицию?

– Как маловероятный, но в принципе возможный.

– За ту сумму, что мы выставим, он не станет рисковать. Те же, кого мы отработали до этого, не обращались. А один из них был покруче Гронского, со связями в ФСБ. Но… решил закрыть вопрос по-тихому. И поднял шум только тогда, когда понял, что его банально обманули. Так и Гронский. Он не станет никуда обращаться, пока не узнает, что сын его мертв.

– Посмотрим! Но страховка никогда лишней не бывает.

– Согласен. Поэтому принял все необходимые меры. Наши переговоры с Гронским не запеленгуют. А мы узнаем, пытался кто-то пробить нас или нет. И тогда разговор с Гронским можно будет переводить в жесткий режим.

Караханов посмотрел на часы:

– 14.10. Где-то через час мамаша Эдуарда начнет волноваться и сообщит мужу, что сын с охранником не вернулись из города. Значит, сеанс связи проведем в 15.15. Будь под рукой.

– Я у себя.

– Хоп! В три часа я зайду к тебе!