«Громоотвод» - Энтони Горовиц

Три, два, один…

В конце концов враг не выдержал. Он был меньше чем в пяти метрах, так близко, что Алекс видел даже пот, выступивший у него на лбу. Когда показалось, что столкновение уже неизбежно, он резко повернул руль и свернул с тропы вверх, на бугор. Одновременно он попытался выстрелить, но было уже слишком поздно. Квадроцикл наклонился, встав на два колеса, и пуля ушла в «молоко». Мотоциклист закричал. Выстрелив, он потерял всякий контроль над машиной. Он изо всех сил боролся с квадроциклом, пытаясь снова поставить его на четыре колеса, но тут одно из них налетело на камень, и машина взлетела в воздух. Приземлившись на тропу, она снова отскочила и полетела вниз с обрыва.

Алекс почувствовал, как квадроцикл пронёсся мимо, но увидел лишь размытое пятно. Он резко затормозил и оглянулся – как раз вовремя, чтобы увидеть, как другая машина взлетела в воздух. Мотоциклист, по-прежнему крича, всё же успел спрыгнуть с квадроцикла в падении, но о воду они ударились одновременно. Квадроцикл затонул несколькими секундами раньше, чем его седок.

Кто его отправил? Погулять предложила Надя Фоль, но вот как он уходил, видели только охранник и мистер Грин. Именно мистер Грин отдал этот приказ – Алекс был совершенно уверен.

Алекс доехал на квадроцикле до конца пешеходной тропы. Солнце всё ещё светило, когда он спустился в маленькую рыбацкую деревню, но оно уже не радовало. Он злился на себя, потому что наделал слишком много ошибок.

Его уже должны были убить, и он это отлично понимал. Лишь удача и низковольтный электрифицированный забор спасли ему жизнь.

Рудник Дозмери

Добравшись до Порт-Теллона, Алекс пошёл по мощёной улочке мимо паба «Руки рыбака», в сторону библиотеки. Ещё даже вечер не наступил, но деревня, казалось, спала: лодки покачивались в гавани, улицы и тротуары были совершенно пусты. Несколько чаек лениво сидели на крышах, как всегда, что-то скорбно крича. В воздухе пахло солью и мёртвой рыбой.

Библиотека из красного кирпича, построенная, не исключено, ещё во времена королевы Виктории, горделиво восседала на вершине холма. Алекс открыл тяжёлую дверь и прошёл в зал, выложенный плиткой в шахматном порядке. От столика администратора в разных направлениях расходилось примерно полсотни полок. В читальном зале сидели шесть или семь человек, занимаясь своими делами. Человек в толстом вязаном свитере читал «Рыбацкий еженедельник». Алекс прошёл к столику библиотекаря, над которым, конечно же, висела табличка «СОБЛЮДАЙТЕ ТИШИНУ». Под табличкой сидела улыбчивая круглолицая женщина, читавшая «Преступление и наказание».

– Я могу вам помочь?

Несмотря на табличку, голос у неё был таким громким, что, услышав вопрос, все присутствующие невольно подняли головы.

– Да…

Алекс пришёл именно сюда, потому что вспомнил фразу, брошенную Иродом Сейли, когда тот говорил о Яне Райдере. «Половину всего времени проводил в деревне. В порту, на почте, в библиотеке». Алекс уже видел почтовое отделение – ещё одно старомодное здание неподалёку от порта. Вряд ли там удастся узнать что-нибудь ценное. Но вот библиотека… Может быть, дядя приходил сюда в поисках информации? Вдруг библиотекарша его помнит?

– Один мой друг останавливался в этой деревне, – сказал Алекс. – Мне интересно, сюда он не заходил? Его зовут Ян Райдер.

– Райдер через I или через Y? По-моему, у нас тут вообще нет никаких Райдеров. – Библиотекарша нажала несколько кнопок на компьютере и покачала головой. – Нет.

– Он жил на фабрике «Сейли Энтерпрайзис», – сказал Алекс. – Лет около сорока, худой, светлые волосы. Ездил на БМВ.

– О, да, – улыбнулась библиотекарша. – Заходил такой пару раз. Хороший человек. Очень вежливый. Я знала, что он не отсюда. Он искал книгу…

– Помните, что за книга?

– Конечно, помню. Я не всегда запоминаю лица, но вот книги – обязательно. Его интересовали вирусы.

– Вирусы?

– Да, именно. Он хотел найти информацию…

Компьютерный вирус! Это может изменить всё. Компьютерный вирус – идеальное средство саботажа: невидимое и мгновенное. Достаточно вписать в программу несколько лишних строк кода, и всю информацию на «Громоотводе» можно будет уничтожить в любой момент. Но Ирод Сейли вряд ли хотел повредить собственное творение. В этом нет никакого смысла. Так что, может быть, Алекс всё-таки ошибался в нём. Может быть, Сейли и сам не представляет, что здесь происходит.

– К сожалению, я не смогла ему помочь, – продолжила библиотекарша. – Библиотека у нас маленькая, а финансирование сокращают уже третий год подряд. – Она вздохнула. – В общем, он сказал, что ему пришлют несколько книг из Лондона. У него есть абонентский ящик на почте…

Тоже вполне логично. Ян Райдер вряд ли хотел, чтобы ему что-то присылали прямо на адрес «Сейли Энтерпрайзис», где посылку могут перехватить и вскрыть.

– Это была ваша последняя встреча? – спросил Алекс.

– Нет. Он вернулся где-то неделю спустя. Должно быть, ему прислали всё необходимое, потому что на этот раз он искал книги не о вирусах. Его больше интересовали местные дела.

– Что за местные дела?

– История Корнуолла. Стеллаж CL. – Она показала пальцем. – Он несколько часов просидел, изучая одну из книг, а потом ушёл. С тех пор больше не возвращался – очень жаль. Я так надеялась, что он запишется в библиотеку. Новые читатели – всегда приятно.

Местная история. Это ему не поможет. Алекс поблагодарил библиотекаршу и направился к выходу. Он уже протянул руку к дверной ручке и тут вдруг вспомнил.

CL 475/19.

Сунув руку в карман, он достал бумажный квадратик, который нашёл в спальне. Да, в самом деле, те же буквы. CL. Это не обозначение координатной сетки. CL – это номер библиотечной книги!

Алекс прошёл к стеллажу, указанному библиотекаршей. Если книги не читать, они быстро стареют, а те, что стояли здесь, уже давно прошли срок списания и устало опирались друг на друга, чтобы не упасть. Книга CL 475/19 – этот номер был напечатан на корешке – называлась «Дозмери: история самого старого рудника в Корнуолле».

Алекс сел за свободный стол, открыл книгу и быстро пролистал. Зачем Ян Райдер интересовался историей корнуолльского олова? История в книге казалась знакомой.

На протяжении одиннадцати поколений рудником владела семья Дозмери. В девятнадцатом веке в Корнуолле было четыреста шахт. К началу девяностых годов двадцатого века их осталось всего три, в том числе и «Дозмери». Цена на олово резко снизилась, а сам рудник был практически полностью выработан, но никакой другой работы в этом регионе не было, так что семья упорно отказывалась