«Громоотвод» - Энтони Горовиц

Его дети закрыли рудник и продали землю над ним «Сейли Энтерпрайзис». Сами шахты запечатали, а некоторые туннели уже затопило.

В книге было много старых чёрно-белых фотографий: шахтные пони, старомодные лампы. Группы шахтёров с кирками и коробками с обедом. Теперь все они уже наверняка мертвы. Перелистывая страницы, Алекс нашёл карту, изображавшую расположение туннелей незадолго до закрытия шахты.

Масштабы прикинуть было довольно сложно, но лабиринт шахт, штреков и рельсовых путей тянулся на несколько миль под землёй. Спустись в полную темноту подземелья, и мгновенно потеряешься. Ян Райдер что, побывал в руднике Дозмери? Если да, то что он там нашёл?

Алекс вспомнил коридор у подножия металлической лестницы. Тёмно-коричневые, недоделанные стены и лампы, висящие на потолке, напомнили ему что-то, и теперь он вдруг понял, что именно. Этот коридор – должно быть, один из туннелей старой шахты! Предположим, Ян Райдер тоже спускался по этой лестнице. Как и Алекс, он наткнулся на запертую металлическую дверь и решил во что бы то ни стало пробраться на другую сторону. Но он понял, что́ это за коридор – и поэтому снова вернулся в библиотеку. Он нашёл книгу о шахте Дозмери – вот эту самую книгу. Карта показала ему, как попасть по ту сторону двери.

И он оставил об этом записку!

Алекс достал диаграмму, нарисованную Яном Райдером, и выложил её на страницу, поверх распечатанной карты. А потом поднёс к лампе и просветил оба листа насквозь.

И он увидел карту-схему, а под ней уже знакомую ему подпись —

Линии, нарисованные Райдером на листке. Они в точности соответствовали шахтам и штрекам рудника, указывая дорогу. Алекс был в этом совершенно уверен. Если он сможет найти вход в рудник Дозмери, то, ориентируясь по карте, дойдёт до комнаты, в которую вела та металлическая дверь.

Через десять минут он ушёл из библиотеки с ксерокопией страницы. Спустившись к заливу, он нашёл один из тех моряцких магазинов, где продаётся вообще всё. Там он купил мощный фонарик, свитер, длинную верёвку и коробку мелков.

А потом поднялся обратно на холм.

Снова сев на квадроцикл, Алекс понёсся по вершине скалы; на западе уже заходило солнце. Впереди он видел дымовую трубу и полуразвалившуюся башню, которая, как он надеялся, обозначает вход в шахту Керневек, названную в честь древнего языка Корнуолла. Если верить карте, начинать нужно отсюда. Квадроцикл, по крайней мере, немного облегчил ему жизнь. Пешком бы он туда добирался не меньше часа.

Времени было всё меньше, и он это знал. «Громоотводы» уже начали вывозить с фабрики, и меньше чем через сутки премьер-министр их активирует. Если программа действительно заражена каким-то вирусом, что может произойти? Что-нибудь унизительное и для Сейли, и для британского правительства? Или ещё хуже?

А как компьютерная болезнь связана с тем, что он видел прошлой ночью? Что бы ни доставляла подводная лодка на той пристани, это явно никак не связано с компьютерами. Серебристые коробки с вакуумными печатями похожи скорее на что-то из «Звёздных войн». Да и людей вообще-то не убивают за то, что они уронят жёсткий диск.

Алекс припарковал квадроцикл рядом с башней и прошёл в дверь с аркой. Поначалу он подумал, что ошибся. Здание больше напоминало разрушенную церковь, чем вход в шахту. До него здесь бывали и другие. На полу валялись смятые пивные банки и пакеты из-под чипсов, а стены, как обычно, были разрисованы. «ЗДЕСЬ БЫЛ ДЖОН». «НИК ЛЮБИТ КЭСС». Те, кто был здесь, проявляли себя с самой худшей стороны – ещё и используя для этого флуоресцентную краску.

Сделав очередной шаг, он услышал лязг, посмотрел вниз и увидел, что стоит на металлическом люке, вделанном в бетонный пол. По краям люка проросла трава и сорняки, но, коснувшись рукой трещины, он почувствовал слабое дуновение. Похоже, это и есть вход в шахту.

Люк был закрыт на тяжёлый амбарный замок толщиной в несколько сантиметров. Алекс выругался про себя. Он оставил крем от прыщей в комнате. Этот крем прожёг бы замок за секунды, но он не может просто вернуться в «Сейли Энтерпрайзис» и забрать его. Он опустился на колени и раздражённо дёрнул замок. К его удивлению, он легко открылся. Кто-то побывал здесь до него. Ян Райдер – кто ещё это мог быть? Должно быть, он сумел его вскрыть и не стал полностью закрывать на случай, если ему доведётся снова сюда вернуться.

Алекс снял замок и схватился за крышку люка. Чтобы поднять его, ему пришлось напрячь все силы, и ему в лицо сразу же ударил поток холодного воздуха. Крышка люка с лязгом упала на пол, и он заглянул в тёмный провал, уходивший в глубину, куда даже не доставал солнечный свет. Алекс посветил в дыру фонариком. Луч ушёл вниз метров на пятьдесят, но шахта тянулась ещё ниже. Он поднял с земли камешек и бросил в отверстие. Камешек обо что-то стукнулся лишь секунд через десять.

По стенке шахты вниз шла ржавая лестница. Алекс на всякий случай оглянулся на квадроцикл, затем повесил верёвку на плечо, а фонарик – на пояс. Ему совсем не хотелось лезть в дыру. Металлические ступеньки обжигали руки холодом; едва он опустился ниже уровня земли, свет совсем исчез – его словно засосало в такую полную темноту, что он даже усомнился, есть ли у него ещё глаза. Но он не мог одновременно и лезть, и держать фонарик. Приходилось действовать на ощупь – сначала руками, потом ногами; он спускался всё ниже и ниже, и вот наконец его нога коснулась земли. Он стоял на дне шахты Керневек.

Он поднял голову. Вход, через который он сюда попал, едва виднелся наверху – короткий, круглый, далёкий словно луна. Тяжело дыша и борясь с чувством клаустрофобии, Алекс достал фонарик и включил его. Луч показал дорогу вперёд и осветил чистым белым светом окружающее пространство. Алекс стоял в начале длинного туннеля; деревянные балки удерживали неровные стены и потолок. Пол был сырым, а в воздухе стоял запах солёной воды. В шахте было холодно. Он предполагал, что так и будет; прежде чем пойти дальше, он натянул купленный свитер и нарисовал мелом на стене большой крест. Это тоже хорошая идея. Что бы ни случилось дальше, он хотел убедиться, что найдёт