«Каскад» на связь не вышел - Игорь Срибный

Седой тут же отказался от этого пути как бесперспективного и кивком головы подозвал к себе капитана Калиниченко и старшего лейтенанта Гладкова.

Командиры уселись вокруг ящика с РПГ и разложили карты, чтобы еще раз проработать маршруты. С рассветом они должны были уйти каждый со своей группой своим маршрутом. Для каждой группы был выбран оптимальный вариант передвижения, в который «духи», разумеется, могли внести свои корректировки. Детально проработав маршруты и задачи, офицеры разобрали комплекты флагов, которые предстояло водрузить над резиденцией Дудаева, и разошлись, чтобы поставить задачи разведчикам, которые утром пойдут с ними в бой.

Собрав свою группу, в которую преимущественно входили его спецназовцы, Седой коротко проинструктировал их и на карте показал маршрут движения. Большего не требовалось, поскольку воевали вместе они уже давно, каждый знал в бою свою задачу и свое место, и инструктаж больше предназначался приданным в группу «морпехам».

Около 22 часов возвратилась смена разведчиков, которые стояли в заслоне на параллельной улице. Костян, который был у них старшим, доложил, что во дворе одного из домов они обнаружили покинутую экипажем командно-штабную БМП без видимых следов повреждений. Седой приказал утром, как только рассветет, зачистить этот квартал; возможно, экипаж боевой машины прячется где-то в развалинах. Затем, чувствуя навалившуюся разом усталость, расстелил на полу складной коврик из плотного поролона, обшитый камуфлированной тканью, называемый на солдатском сленге «поджопником», и мгновенно уснул.

На рассвете он отправил две группы по пять человек обследовать район обнаружения БМП, остальным приказал готовиться к выходу. Чтобы не выходить из района дислокации толпой, которую легко обнаружить, экипировал группы Калиниченко и Гладкова трофейными радиостанциями и отправил по маршрутам с разрывом в 15 минут. А со своей группой остался ждать результатов работы поисковых групп.

Вскоре из наушника «Моторолы» Седой услышал голос Костяна:

– Командир, у нас нештатная ситуация. Вам бы нужно прибыть сюда. Я вышлю вам навстречу Тимоху с Кожемяком, они проводят до места.

Седой взял с собой троих разведчиков и вышел на улицу.

С утра слегка подморозило. Прекратилась мелкая морось, которая несколько дней подряд сыпалась с небес. Еще не совсем рассвело, и по фундаментам домов слоями струились клочья тумана. Почти не стреляли…

Разведчики быстро миновали забаррикадированный перекресток и вышли на соседнюю улицу. Из подъезда одного из домов вышел Тимоха и, махнув им рукой, снова скрылся в темном дверном проеме. Они добежали до подъезда и вошли в него. Подъезд оказался проходным, и Тимоха, проведя их через двор, молча показал рукой на расчищенную от мусора дверь подвального помещения, обитую жестью. Седой открыл дверь, и разведчики один за другим спустились вниз по бетонным ступеням.

В подвале горела «летучая мышь», тускло освещая закопченные кирпичные стены. На полу ревела синим пламенем паяльная лампа. Увиденная картина вызвала в сердце Седого щемящую боль: вдоль стен ютились, кто на чем, безмолвные тени, похожие на людей. Было много детей – маленьких и побольше, притихших, словно воробушки. Большинство народа были чеченцы, но попадались и русские, и армяне. В углу на разложенном картонном коробке сидели двое русских солдат, которые что-то рассказывали сидящему рядом на корточках Костяну. Седой подошел к ним. Костя поднялся ему навстречу и доложил:

– Заместитель командира Майкопской бригады и водитель БМП. Встали здесь без «горючки» в ночь прорыва остатков бригады с железнодорожного вокзала. Все это время вот эти чеченцы, – Костя обвел рукой темные своды подвала, – прятали их здесь от боевиков. Что будем делать, командир? Мы же не оставим их здесь?

Седой опустился на корточки около майкопцев, которые выглядели в тусклом свете керосиновой лампы как два дедушки лет семидесяти от роду, и спросил:

– Как вы себя чувствуете? Сможете идти с нами или вам необходима медицинская помощь?

Старший из них пожевал губами и произнес:

– Мы все это время, как и все остальные, питались в основном соленьями, которые люди обычно хранят в подвалах, и вареньем. Сейчас мы очень ослаблены и будем вам только обузой. Ваш товарищ сказал нам, что вы пойдете в центр города – нам не дойти туда вместе с вами. Тем более что вы будете прорываться с боями…

Седой повернул голову к разведчикам и, найдя взглядом Тимоху, сказал:

– Возьми с собой двоих и бегом к нашим. Заберите там все, что есть из продуктов, и тащите сюда. Термос с чаем захватите обязательно и наши портативные горелки. Выполняйте!

Он положил руку на колено офицера и, помолчав какое-то время, глухим голосом произнес:

– Я понимаю, как вам сейчас тяжело, но вынужден оставить вас здесь. У меня нет возможности вынести вас к своим, поскольку каждый человек на счету. Но обещаю – я сейчас же свяжусь со штабом операции и потребую для вас немедленной эвакуации. Да! Принесут продукты – ешьте маленькими порциями, иначе все упадете!

– Командир, неужели ничего нельзя для них сделать? – спросил Костя. – Если их здесь обнаружат боевики, им же конец!

– Костя, мы не можем им помочь. Если даже попробуем вынести их – нет никакой гарантии, что группа эвакуации сможет прорваться. Ты пойми, их придется тащить на носилках; какова будет мобильность такой группы? Они не смогут оторваться в случае обнаружения их противником. Вся группа будет обречена, понимаешь? Кроме того – и это главное, – мы не выполним приказ командования…

Седой тяжело поднялся и кивком головы позвал разведчиков за собой. Подавленные случившимся, покидали они подвал, где горе сблизило и породнило людей разных национальностей – врагов наверху и близких, как родня, в липкой темноте подземелья. Лишь после окончания операции Седой узнал, что на его радиограмму отреагировали: уже через 2–3 дня после их ухода майкопцев разыскали и вывели в тыл разведчики 19-й МСД.

Разведчики перебежками добрались до места дислокации, где все уже были готовы начать движение по забитому боевиками городу к Белому дому. Быстро отдав необходимые распоряжения и построив группу в боевой порядок, Седой скомандовал «вперед», и разведчики растворились в утреннем тумане…

* * *

Двигаясь к центру, прошли несколько кварталов, не встретив ни одной живой души, хотя слышно было, что где-то неподалеку разгорается бой. Как выяснилось значительно позже, это десантники сводного батальона 98-й гвардейской ВДД завязали упорные бои за овладение зданием Совмина ЧР, которые продолжались 13–14 января и закончились поражением дудаевцев. Но пока разведчики двигались своим маршрутом в полном неведении об окружающей их обстановке и дислокации противоборствующих сил.

Вскоре вышли к библиотеке на улице Чехова, где обнаружили БТР с десантными эмблемами на броне и самих десантников, занявших оборону в двухэтажном здании напротив. Как оказалось, им сутки назад была поставлена такая же задача, как и им, но выполняли они ее силами одной разведгруппы. Командир десантников, молодой совсем майор, рассказал, что добрались они до места, где встретили группу Седого, со стороны Черноречья. По улице Сайханова прорвались к центру, а потом, уходя от наскоков многочисленных групп боевиков, потеряли ориентацию. На улицу Чехова, где впервые увидели на доме табличку с названием улицы, попали чисто случайно. Здесь их БТР встал и дальше ехать не хотел – заклинило один из двигателей. По пути в ходе боестолкновений уничтожили снайпера и двух гранатометчиков. Вчера попытались пешим порядком пройти дальше к центру, но напоролись на кольцо обороны «духов» и отошли.