Направление главного удара - Михаил Нестеров

Весельчак шел параллельно железной дороге, «ветвившейся» на два направления. Во дворе дома, походившего на дом Рут Небенфюр, он увидел приличную тачку — серебристый «Лексус-GS», а рядом с ним — спортивного телосложения парня.

Веселовский перепрыгнул через забор и прямиком направился к хозяину машины, механически определяя его параметры: метр девяносто, порядка ста килограммов. Он в очередной раз удивился какой-то безмятежности голландцев. Вот сейчас на одного из них прет такой же здоровенный незнакомец, не скрывая своих намерений, а тот поджидает его, чуть склонив голову, мнет в руках салфетку, которой он протирал лобовое стекло своего «Лексуса». И один в один походит на свою машину — саму безмятежность и невероятное спокойствие.

Голландец донельзя упростил работу Веселовского, вопросительно приподняв крепкий подбородок: «Чем могу помочь?» Весельчак свалил его размашистым боковым в челюсть.

Обойдя машину спереди, он опустил дворник, потом занял место в салоне. Повернув ключ зажигания и чуть утопив педаль газа, Веселовский едва различил работу двигателя. Включив передачу, он резко тронул машину с места и протаранил хлипкие въездные ворота.

* * *

От удара рукояткой пистолета каленое стекло входной двери разлетелось на мелкие куски, брызнувшие при свете светильника всеми цветами радуги. Лолка успела наклонить голову, и град острых осколков осыпался на ее волосы. Тряхнув головой, она приковала взгляд к образовавшейся бреши. Одна секунда, другая, и девушка увидела руку полицейского. Он мгновенно нащупал головку замка и открыл его. Еще одна короткая пауза, и дверь резко распахнулась. Один за другим в прихожую, низко пригибаясь, ворвались вооруженные пистолетами полицейские.

Лолка распахнула глаза, почти не имитируя испуг, и они едва не выскочили из орбит, как у сломанной куклы. Работать в реальных боевых условиях ей приходилось впервые. Она отдалась ознобу, захватившему ее тело. Она сидела на полу, прислонившись к шкафу, пряча руки за спиной.

Она вдруг отчетливо поняла, что Джеб совершил ошибку, не связав ее. Сейчас полицейский сорвет пластырь с ее рта, чтобы услышать ответ на свой вопрос: «Где они?» Или в единственном числе, не важно. Дальше ему нужно будет развязать ее. Или требовательным жестом убрать ее из дома. В голове полицейского тотчас зародится подозрение, едва он взглянет на ее свободные руки.

Лолка понимала, что перегрузилась мелочами, и не брала в расчет тот факт, что Джеб едва успел заклеить ей рот и выбежать из прихожей в гостиную. Когда он поравнялся с лестницей, полицейские уже затаились у двери. Он давал ей ровно тот шанс, на который они могли рассчитывать.

Полицейский протянул руку к лицу девушки. Голова Лолиты закачалась в протестующем режиме: «Осторожно!» Девушка глазами и кивком указала направление: «Они там, наверху».

Сверху тотчас пришло подтверждение: звон разбитого окна.

«Молодец, Джеб, — похвалила парня Лолита, — вовремя ты расколотил окошко».

Полицейский резко сорвал пластырь левой рукой, а правую с пистолетом направил в сторону гостиной.

— Выходите из дома! Бегите к полицейской машине!

Она кивнула, мысленно торопя полицейского: «Давай, пошел, пошел!»

Его напарник уже оставил прихожую и натолкнулся на два трупа. Именно он поторопил товарища, взволнованно вскрикнув:

— Черт меня возьми!..

Лолита встала и, стараясь не делать резких движений, вышла на крыльцо. И — сорвалась с места, словно действительно решила воспользоваться советом полицейского и найти убежище в его машине.

Уже через пять минут она вышла к вокзальной площади и направилась к такси.

— В Амстердам, пожалуйста.

До столицы Нидерландов было меньше пятнадцати километров. Лолита легко вычислила, что окажется у часовой башни задолго до того, когда дороги из Харлема будут перекрыты.

* * *

Джеб поравнялся со спальней Рут и остановился, увидев на краю кровати небольшую дорожную сумку. В комнате царил беспорядок, говоривший о спешке, с которой девушка собиралась в дорогу. Блинков бросил в сумку пакет с документами, застегнул «молнию» и продел руки в петли широких лямок на манер походного ранца. Подхватив банкетку, он швырнул ее в окно и выбежал в коридор. В середине его, на потолке, виднелась дверца люка, ведущего на чердак. Джеб потянул за шнур, и дверца разложилась в лестницу. Снизу раздался выкрик полицейского.

Блинков поднялся по ступеням. Выбрав слуховое окно, выходящее на улицу, он выбил его ногой и ступил на покатую крышу. Отсюда двор был как на ладони. Джеб рассмотрел и парковую скамейку, с которой «вел репортаж» Веселовский. Глянул вправо, влево, в надежде увидеть машину, несущуюся с огромной скоростью и обгоняющую степенно движущиеся по дороге авто.