Черная смерть - Иван Стрельцов

Муса Максуров следил за происходящим с животным ужасом. Закрытие сети казино, возбуждение уголовных дел в принадлежащих ему автосалонах можно было бы расценивать как очередной выбрык власти, время от времени такое случалось. Даже арест счетов в банке не особо напугал магната. Не все так страшно, когда из тени льется золотой ручеек. Но вот ручеек перекрыли, вернее сказать, просто-напросто взорвали, ко всему еще напустили злобных псов-ищеек в поисках хозяев испарившегося ручейка. Глядя невидящими глазами на экран телевизора, Муса внезапно осознал, что его целенаправленно травят. И не просто травят, как волка, обложив веревкой с красными флажками, а окружив, как скорпиона, стеной огня. Оставался один выход.

Тяжело вздохнув, Муса снял трубку телефона и набрал номер своего человека в МВД. Этот человек был большой шишкой, генералом. Соответственно, даже его консультация стоила больших денег, но в сложившейся ситуации с затратами считаться не приходилось.

Генерал от встречи не отказался, только назначил рандеву в ресторане «Прага». Тем самым давая понять, что консультация обойдется недешево. Они встретились вечером того же дня. Муса, у которого была постоянная броня в этом ресторане, приехал ближе к вечеру. Лощеный метрдотель провел его в отдельный кабинет с дорогой кожаной мебелью. Через несколько минут в кабинете возникли двое дородных официантов и стали поспешно сервировать столик. Вскоре зеленая бархатная скатерть была заставлена приборами с изысканными закусками и деликатесами. Свое место в центре заняла высокая бутылка с серебряной инкрустацией, наполненная рубиновой настойкой рябины на коньяке. Уж больно уважал генерал этот напиток. Милицейский «крот» появился только через час, он был, как обычно, без формы. Дорогой темносиний костюм в косую полоску сидел как влитой на атлетической фигуре милиционера, в быстрых движениях чувствовалась мощь и динамика.

— Прошу простить за опоздание, — входя в кабинет, поздоровался гость. — Министр решил перед выходным устроить выволочку руководителям управлений.

— Прошу вас, присаживайтесь, угощайтесь. — Муса Максуров с восточным гостеприимством принялся угощать гостя. У него самого аппетит давно пропал.

Гостя дважды приглашать не пришлось. Усевшись напротив, он раскрыл льняную салфетку и сразу же налил полную рюмку настойки, опорожнив ее молниеносно. С удовольствием крякнул, после чего принялся за закуски, не обращая внимания на понурого Мусу.

— У меня неприятности, — не дожидаясь, пока гость утолит голод, заговорил первым магнат.

— Я знаю, — наполняя в очередной раз рюмку, ответил генерал. — Тяжелый поезд государственной машины. Едва взяли за холку ваши казино и автосалоны, я начал потихоньку узнавать, кому это надо.

— И что удалось узнать? — Муса уже был не в силах скрывать свое нетерпение.

— Ваше здоровье, — милиционер осушил рюмку, потом заговорил: — Большой политический заказ.

— Кто? — Максуров почувствовал, как от нервного напряжения пересохло во рту.

— Большие люди за красной крепостной стеной. Точнее сказать не могу, сам не знаю.

— Но почему?

— В предстоящих депутатских выборах Кремль решил поставить на Бахрама Джамбекова, и то, что с вами произошло, это всего лишь предупреждение.

— Как это понимать? — Муса машинально взял бутылку с минеральной водой, наполнил бокал доверху и с жадностью выпил.

— Очень просто. Казино, автосалоны закрыты, банковские счета арестованы. Даже водочный заводик сгорел, но при всем этом лично вас никто не трогает. А вот если вы попытаетесь добиться справедливости, ну, например, устроите что-то вроде пресс-конференции с публичными заявлениями, тут уж мало не покажется. Генеральная прокуратура мгновенно достанет из своих закромов многотомное уголовное дело, а дальше, как говорится, дело техники. Ордер на арест и сопровождение в Лефортово со всеми вытекающими последствиями.

— Так что же мне делать?

— Уйдите в тень. Переждите смутное время выборов, а когда все будет закончено — возвращайтесь обратно, и попробуем восстановить статус-кво, — бесстрастно проговорил генерал, продолжая жевать. — Вам есть где отсидеться?

Есть, — коротко произнес Муса. Поднявшись с кресла, он запустил руку в карман пиджака и извлек оттуда пухлый конверт, в который заранее положил десять тысяч долларов. Большего консультация не стоила. Опустив конверт на стол, он негромко произнес: — Вы кушайте, скоро подадут горячее, потом десерт. Здесь он просто сказочный. — Уже на выходе он обернулся и добавил: — Я потом с вами свяжусь.

— Угу, — последовал невнятный ответ жующего человека. Когда Муса Максуров вышел, генерал перестал жевать, тщательно промокнул губы салфеткой и небрежно бросил ее на стол. Еще минуту назад бесшабашные его глаза стали осмысленно серьезными.

Ни Муса, никто другой из тех, кто пользовался услугами ссученного милиционера, и понятия не имели, что «крот» был двойным агентом, который не только сливал дезинформацию, но еще и отслеживал, как именно поступает криминалитет с «дезой».

Биография «крота» началась двадцать лет назад, когда к власти пришел председатель КГБ Андропов, и первое, что он сделал, — заменил министра МВД Щелокова, благо у милиции было грехов, как блох на собаке. Естественно, новым министром стал выходец из госбезопасности генерал Федорчук, который заодно привел с собой команду спецов КГБ, им на новом месте отводилась роль инквизиторов. Но происходили не только легальные внедрения в систему МВД, под видом молодых сотрудников в милицию пришла большая группа выпускников высшей школы КГБ.

Среди этих внедренцев и оказался «крот». Многие впоследствии ушли со службы, кто-то, выполнив свою миссию вернулся в госбезопасность. «Крот» же продолжал служить в МВД, выполняя различные задания непосредсвенного начальства. В данный момент «крот» работал с группой Христофорова в операции «Разводной ключ», принцип которой «загнанный шакал и льва покусает».

Сидя в салоне своего «Мерседеса», Муса Максуров вытащил из внутреннего кармана трубку мобильного телефона. Ситуация осложнилась тем, что одному ему не справиться с навалившимися неприятностями. Следовало срочно связаться с Асламбеком, у среднего брата в подобных делах гораздо больше опыта…

Рабочий день подходил к концу, к зданию банка подъезжали инкассаторские машины, собиравшие выручку обменных пунктов.

С окончанием рабочего дня произошли изменения и в районе городских трущоб. Меньше стало микроавтобусов на конечной остановке, к месту своих ночевок потянулись обитавшие в развалинах бомжи, днем промышлявшие на центральном рынке, раскинувшемся в квартале от банка. Пробуждалась другая, теневая жизнь трущоб, когда выползало из своих щелей всякое отребье. Конченые наркоманы, опустившиеся на самое дно жизни алкоголики видавшие виды древние проститутки. В общем, все те, кто уже был не в состоянии зарабатывать своим трудом. Выбравшись наверх, они вылавливали более удачных своих собратьев в надежде разжиться сухарем, глотком политуры или одеколона, может, чем черт не шутит, и дозой «дури» — Груз получен, — сообщил в эфир Гуцул, наблюдая из здания морвокзала за разгрузкой пришвартовавшегося «Бриза».