Второй выстрел - Зоэ Шарп

Симона призналась Лукасу, что она инженер по специальности, и рассказала о своем расставании с Мэттом. Она благоразумно списала размолвку на ветреный характер Мэтта и все изложила таким образом, как будто сейчас он остался для нее не более чем далеким воспоминанием. Элла чуть было не выдала мать в этот момент, громко воскликнув:

— Но, мамочка, вы ведь с папой еще и из-за денег ссорились, правда?

Симона залилась краской до корней волос и торопливо объяснила, что Мэтт зарабатывал меньше, чем она, и это вызвало некоторые трения.

Лукас, покосившись на меня, прокомментировал:

— Что ж, должно быть, ты прилично зарабатываешь, раз можешь себе позволить круглосуточную няню для Эллы.

Симона услышала только отцовскую гордость в его голосе, мне же в нем почудилась еле уловимая подозрительность. Трудно сказать, чье впечатление больше соответствовало истине.

Все же я старалась относиться к отцу Симоны без предубеждения. Лукас, без сомнения, изо всех сил старался нас развлечь. Устроил нам экскурсию по Бостону и сводил на ранний ужин в ресторан на пятьдесят втором этаже комплекса «Пруденшл-Сентер», откуда открывался потрясающий вид на город. И все же я не могла избавиться от ощущения, что ему нельзя доверять полностью.

И когда Лукас пригласил нас погостить в его доме в Нью-Хэмпшире, Симона приняла его предложение, едва дав ему закончить фразу. Подозреваю, отчасти для того, чтобы я не встревала. Симона подождала, пока Лукас отошел в туалет, и только тогда, не повышая голоса, набросилась на меня, раздраженная моей непримиримостью.

— Весь смысл этой поездки заключался для меня в том, чтобы найти отца, и я потратила столько времени и сил не для того, чтобы ты его отпугнула! — произнесла она злым шепотом. — Прошу тебя, Чарли, не выступай!

— Я всего лишь стараюсь обеспечить твою безопасность, — напомнила я, насилу сдерживая собственное возмущение.

— Что ж, это прекрасно, — ответила Симона, сердито глядя на меня. — Только не мешай мне делать то, что я хочу, или я поеду без тебя.

Я позвонила Нигли, чтобы спросить, какое впечатление на нее произвел Лукас, но попала на автоответчик. Оставила сообщение, попросив срочно мне перезвонить, затем позвонила Шону, чтобы посоветоваться, но он мне не очень-то помог.

— У тебя первоклассный инстинкт, Чарли, — сухо сказал Шон, — но ты не можешь помешать Симоне видеться с этим типом, если только не предоставишь ей более веские основания, чем твоя к нему антипатия.

— Знаю, — вздохнула я. — Но что-то в этой ситуации меня беспокоит. Просто не могу пока определить, что именно.

— Ну вот и катайся с ними, пока не определишь. Я потороплю Мадлен со сбором информации о Лукасе, посмотрим, что из этого выйдет, но чудес не жди.

— Нигли, по-моему, выяснила довольно много, — проворчала я.

— Не спорю, но она нашла то, что было в открытом доступе. Да, Лукас служил в спецназе, и, похоже, темперамент у него был взрывной, но нам нужно нечто большее. Выудить что-либо у Министерства обороны — это сущий кошмар, а уж когда дело касается 22-го полка, они становятся особенно несговорчивы. Просто не зевай, и все будет в порядке.

Я нажала «отбой» с мрачным предчувствием. Военные не были такими уж скрытными, когда допустили утечку информации о моем провале, так почему же они так упорно держатся за подробности биографии Грега Лукаса, который уже почти четверть века в отставке?

Впрочем, вынуждена признать, что моя история была другой. Начнем с того, что армейское начальство не хотело, чтобы я прошла отбор. Когда я и еще две девушки остались на курсе и приступили к тренировкам, это вызвало известное недовольство.

Женщина физически не приспособлена к этой работе; женщина поставит операцию под удар, если будет убита, ранена или захвачена в плен; женщина психологически не готова убить человека в упор. Я сто раз выслушивала все традиционные аргументы плюс еще кучу дополнительных.

И пожалуй, на тот момент они были правы. Когда четверым моим сокурсникам по пьяни ударил в голову тестостерон и они решили доказать, что женщины действительно слабый пол, у меня не получилось извлечь из глубин подсознания жизненно важный инстинкт убийцы.

Он дал о себе знать гораздо позже.

В течение поездки на север мне выпала задача развлекать Эллу, и это оказалось не так-то просто. С таким смышленым и любопытным ребенком, как она, приходилось все время быть начеку. Элла сразу понимала, если на какой-либо из ее постоянных вопросов я отвечала автоматически, и за полчаса общения успела изрядно меня вымотать.

Я гадала про себя, как же Симона с ней справляется изо дня в день, но потом вспомнила, что до того, как ее мама выиграла в лотерею, Элла обычно проводила будние дни в детском саду. Так у меня появилась еще одна тема для разговора, и в следующие двадцать минут я узнала все о любимой воспитательнице Эллы, выучила имена ее лучших подруг и уяснила, что больше всего ей нравилось рисовать пальцами и лепить животных из пластилина.

Мы даже стали играть в слова, но Элла все время забывала, что нужно подбирать слова именно на ту букву, которую она выбрала изначально. К тому же мы проезжали через огромные лесистые пространства, которые не подсказывали никаких новых идей.

В какой-то момент мы проехали мимо огромного рекламного щита с информацией о том, что в тотализаторе Нью-Хэмпшира можно теперь выиграть до 365 миллионов долларов. Я увидела, как Симона повернула голову, чтобы прочитать текст, и ее губы тронула мимолетная усмешка.

Симона и Лукас разговаривали на переднем сиденье, и их голоса звучали слишком тихо, так что я могла следить за ходом беседы, только наклонившись вперед, но Элла моментально догадывалась, что взрослые перестали обращать на нее внимание, и поднимала шум. В конце концов я рассталась с надеждой что-либо подслушать и целиком переключилась на Эллу, что ее устроило как нельзя лучше.

Когда примерно через полтора часа Лукас предложил сделать остановку на границе штата Нью-Хэмпшир, я его чуть не расцеловала. Но тут же занервничала, подозревая, что именно мне придется вести Эллу в туалет. К счастью, Элла настояла на том, чтобы ее отвела мама.

Я, разумеется, отправилась с ними. В присутствии Эллы Симона сказала мне только, что ей очень приятно общаться с Лукасом. Я прикусила язык, чтобы не ляпнуть, что в его же интересах устанавливать с ней добрые отношения, и просто кивнула. По выражению лица Симоны было заметно, что она не удовлетворена моей реакцией.

Мы находились посреди заснеженной парковки на пути к машине, когда зазвонил мой мобильный. Я остановилась, чтобы выудить его из внутреннего кармана, наблюдая, как Симона и Элла направляются к «ренджроверу». Торчать на улице было слишком холодно, даже если бы они и захотели меня подождать.

— Чарли? Это Фрэнсис Нигли. Ты хотела со мной поговорить?

— Да, спасибо, что перезвонила, — ответила я, не спеша продолжать — отчасти чтобы дать моим клиенткам уйти подальше вперед, где им не будет меня слышно, отчасти потому, что не знала толком, с чего начать. — Так, значит, ты отказалась от услуг телохранителя?