Знайте русских! - Сергей Зверев

– Выстройтесь в цепочку и гоните дым к воздуховоду, – приказал Александр Владимирович, – не давайте ему расползаться по всему помещению!

Действительно, удушливый дым и вонь от резака расползались по всей боцманской подсобке, и, прежде чем в переборке была бы прорезана дыра, пленным морякам грозила смерть от удушения. Демьянков понимал, что гнать тельниками к воздуховоду дым – это то же самое, что стрелять из пушки по воробьям, но морякам надо было найти хоть какое-то занятие и отвлечь их от мысли о близком конце.

Неожиданно рычаг задрайки задергался и медленно пополз вверх.

– Всем замереть! – гаркнул командир и стал пробираться ближе к выходу. Если пираты заподозрят попытку к побегу, то наверняка сделают ответный шаг – расстреляют для острастки пару-тройку человек. А поскольку инициатором бегства был он, командир российского малого десантного судна Александр Владимирович Демьянков, то и первой жертвой должен был стать он. Командир не сомневался в том, что морские разбойники унюхали карбидную вонь и теперь пришли для расправы. А для чего же еще? Три дня не вспоминали, смогли без помощи экипажа вывести корабль в море, а тут вдруг понадобились? Нестыковочка…

Дверь распахнулась, и в коридор вырвались клубы дыма, окончательно выдав бандитам планы россиян.

– Выходят шестеро: трое морских пехотинцев и трое моряков, – приказал голос извне, и Александр Владимирович, заложив руки за голову, шагнул в проем первым. – Назад, – ближайший охранник толкнул командира в грудь стволом автомата, – офицеров приказано не брать.

Капитан третьего ранга послушно вернулся в боцманский склад.

– Добровольцы есть? – тихо поинтересовался командир, опустив глаза.

– Так точно, – с десяток моряков вызвалось пойти с головорезами.

– Нужно шестеро, – командир поднял глаза, – ближайшие к выходу – вперед.

Моряки вышли, и дверь за ними с лязгом захлопнулась.

– Как думаешь, Александр Владимирович, они догадались? – с тревогой поинтересовался старший помощник, едва только экипаж снова оказался взаперти. Очевидно, в голове капитан-лейтенанта роились те же мысли, что и у командира.

– Не знаю, Иван Валентинович, – Демьянков пожал плечами, – вроде бы, когда я вышел, особой ненависти у них на лицах не было. Да и если бы что-то заподозрили, наверняка выгнали бы нас и осмотрели подсобку… В любом случае, – командир повысил голос, – продолжаем работать. Все по местам! – И резак снова стал методично вгрызаться в стальную переборку. – Иван Валентинович, – обратился Демьянков к старшему помощнику, – я попрошу вас: постойте у задрайки и послушайте. Нам больше нельзя рисковать.

– Сделаю, товарищ командир, – пообещал Кузавко и стал пробираться на свой новый пост.

– Тихо! – приказал старший помощник минут через двадцать, когда работа уже подходила к концу. – Тихо!

Вся команда моментально затаила дыхание.

– Что случилось, Иван Валентинович? – спросил командир, пробираясь ближе к посту старпома.

– Слышите? – ответил Кузавко вопросом на вопрос и задрал голову вверх. Почти все моряки инстинктивно повторили жест капитан-лейтенанта и прислушались. – Слышите? – повторил свой вопрос старший помощник.

– Вроде бы стреляют… – высказал предположение кто-то из моряков.

И верно. Даже сквозь шум работающих неподалеку турбин было слышно, что где-то наверху идет хаотичная и частая стрельба.

– Уж не ребят ли?.. – тихо спросил командир, с тревогой глядя на старшего помощника.

– Вряд ли, Александр Владимирович, – Кузавко с сомнением покачал головой. – Я уже минут пять слышу эти звуки. На шестерых человек столько времени не надо, – привел свои доводы капитан-лейтенант.

– А что тогда? Не по банкам же консервным они стреляют…

– Может, это за нами пришли? – выдвинул смелое предположение кто-то из команды. Офицеры хоть и разговаривали тихо, но в баталерке было так тесно, что скрыть секреты было невозможно.

– Возможно, – громко сказал командир, взяв инициативу в свои руки. К чему скрываться, раз уж шило в мешке утаить не удалось? – Мне бы очень хотелось надеяться, что это спасательная группа захвата атакует «Резвый». Но опасаюсь худшего. Как бы пираты не использовали наш корабль для гнусного нападения на какое-нибудь гражданское судно. – Александр Владимирович сделал паузу, давая понять, что, скорее всего, так оно и есть на самом деле. – Моряки! – командир повысил голос. – Я знаю, что вам тяжко. Знаю, что каждый надеется на помощь. Но помощи извне можно и не дождаться. Спасти себя мы можем только сами. Если наверху идет бой, значит, пиратам сейчас не до нас. Надо продолжать работу, выбраться отсюда и самим – слышите, моряки? – самим добыть себе свободу и вернуть честь. – Командир замолчал, ожидая, когда его слова проникнут в душу каждого члена экипажа. – Может быть, кто-то из нас погибнет. Наверняка погибнет. Но погибнет с честью, борясь за свою жизнь и жизнь своих товарищей, а не будет ждать, когда эти головорезы выведут его на корму и пристрелят, как… – Александр Владимирович запнулся, подыскивая нужное слово, и, так и не найдя, зычно приказал: – За работу!