Знайте русских! - Сергей Зверев

– Капитан, – на мостик английского сторожевого корабля, сопровождавшего сухогруз «Виктория», поднялся дежурный офицер, – наши сканеры засекли прямо по курсу в четырех милях неопознанное судно. На запросы не отвечает, на связь не выходит.

– Пираты? – насторожился командир.

– Вряд ли, сэр, – офицер с сомнением покачал головой, – классифицировать корабль пока не удалось, но размерами он не уступает нашему судну. Для пиратских нападений оно слишком громоздкое и тихоходное.

– Ваши предположения?

– Не знаю, сэр, – офицер растерянно пожал плечами, – может, потерпевший крушение рыбацкий баркас? Хотя для рыбацкой шхуны он маловат, да и рыбу в этих опасных зонах уже мало кто отваживается ловить.

– Пока следуем своим курсом, – распорядился командир. – Переведите изображение на мой монитор и вызовите на мостик старшего помощника.

– Есть, сэр, – офицер проворно отправился выполнять приказания.

Через минуту на капитанском дисплее появилась продолговатая красная точка.

– Разрешите? – на мостике появился старпом.

– Что ты об этом думаешь? – не теряя времени на объяснения, командир указал на компьютерную картинку. – О местоположении этого корабля, – пояснил командир. – В эфире они хранят полное молчание.

– По всей видимости, судно дрейфует, – откликнулся старший помощник. – Рискну предположить, что у них произошла какая-то аварийная ситуация или серьезная поломка. По последним полученным нами данным, в этом районе не должно находиться никаких судов.

– Во всяком случае – такого класса, – подтвердил командир, просматривая последнюю сводку, полученную из штаба по каналам спутниковой связи. – Получается, что этот корабль добрался сюда не своим ходом, а дрейфуя и без рации. Это же откуда и сколько времени его должно было относить?

– Так точно, сэр, – согласился старший помощник. – Своим ходом судно сюда вряд ли попало бы. Если учесть, что за последнюю неделю волнение не превышало двух баллов, то можно предположить, что, согласно карте течений и ветров, судно дрейфовало из района Мадагаскара.

– Сомалийское течение?

– Так точно, сэр.

– Это если предположить, что ход и связь они потеряли одновременно, – с сомнением покачал головой командир. – А если у них просто сначала вышла из строя радиосвязь, а уж потом встали двигатели?

– Вполне возможно, сэр, – согласился старший помощник. – Я бы подошел поближе и разобрался на месте, сэр, – выдал свои рекомендации старпом. – Вполне возможно, что корабль терпит бедствие и экипажу требуется экстренная помощь. Наш корабль в два раза быстрее сухогруза, так что, пока «Виктория» дойдет до заданной точки, мы вполне сможем снять экипаж или, во всяком случае, помочь ему.

– Так и сделаем, – согласился капитан. – Передайте на сухогруз, что в пяти милях терпящее бедствие судно. Мы идем к нему. Пусть «Виктория» следует своим курсом.

– Полный вперед, – скомандовал старпом машинному отделению, и британский сторожевик, набирая обороты, стал быстро уходить вперед.

– Сэр, прямо по носу дымы, – доложил вахтенный офицер.

– Вижу, – буркнул капитан, разглядывая в бинокль поднимающийся кверху редкий столб черного дыма. – По всей видимости, у ребят там действительно серьезные проблемы. Вот что, старпом, – командир обернулся к своему помощнику, – распорядись, чтобы аварийные и спасательные команды через двадцать минут были готовы и построились на верхней палубе.

– Есть, сэр.

– Возможно, потребуется срочная эвакуация экипажа, – продолжал капитан, – поэтому подготовьте медблок к приему раненых и сформируйте дополнительные спасательные команды.

– Есть, сэр, – немедленно отреагировал старший помощник.

– Странно, что в наших данных нет ни слова ни о каком подобного рода корабле, – пробормотал командир, неотрывно глядя в бинокль. – Или что-то прошляпили наши разведчики, или проворонили в штабе и забыли нам сообщить, что вполне допустимо.

– Сэр, – выслушав доклад и положив трубку, вахтенный офицер обратился к капитану, – судно классифицировано. Это малое десантное судно российского Военно-морского флота.

– Русские? – брови капитана поползли вверх от удивления.

– Так точно, сэр, – бесстрастно откликнулся офицер, – это «Резвый», один из кораблей, который русские прислали для конвоирования караванов. Он входит в состав международных сил противодействия пиратам.

– Черт подери, – негромко выругался командир, – что там у них произошло?

– Похоже, пожар, сэр, – отозвался старший помощник.

– Похоже на то, – согласился командир, разглядывая в оптику проступающие очертания дымящегося судна. С русского корабля вверх взлетело несколько сигнальных ракет. Значит, английский сторожевик заметили и просят о помощи.

С каждой минутой расстояние между кораблями стремительно сокращалось, и теперь даже невооруженным глазом было видно, что судно горит. Правда, языков пламени на верхней палубе видно не было, зато из задраенных переборок пробивались клубы дыма. Судно явно горело изнутри. И сильно.

– Пожарные расчеты – наверх, – распорядился командир, не отрываясь от бинокля. Уже можно было рассмотреть изможденные, закопченные лица шестерых членов экипажа, которые сгрудились у лееров на корме и махали руками, призывая на помощь.

– Сэр! Есть связь с русскими, – радостно сообщил старший помощник, – правда, сигнал очень слабый. Похоже, что у них остался только этот маломощный передатчик.

– Ну, хоть что-то, – облегченно вздохнул командир. – Запросите у них международные позывные и коды «свой-чужой». И спросите, что у них произошло и какая требуется помощь.

– Коды они подтвердили, – ответил через минуту старпом, – все позывные верны. Сомнений нет, сэр. Это русские.

– Я уж и сам вижу, что не сомалийцы, – отозвался командир. – Что там с ними стряслось?

– Как мы и предполагали – сильный пожар в машинном отделении, сэр, – доложил офицер, – корабль обездвижен и обесточен. Сильное задымление по всем палубам. Силовая установка выведена из строя. Судно передвигаться не может. Самостоятельно с пламенем экипаж справиться не в состоянии. На борту есть раненые и обожженные. Просят оказать помощь в тушении огня и эвакуировать к нам пострадавших.