Комбат. Олимпийский характер - Андрей Воронин

– Не где-то там в Москве, а у меня в подъезде! – покачал головой Комбат.

– Да ты что?! – искренне удивился Пышкин.

– Мы с этой журналисткой, которую мне теперь спасать нужно, ради этого дела сюда прилетели.

– И что? Что-нибудь уже накопали?

– Я же только прилетел. А вот что ты по этому поводу думаешь?

– Нас хотят мощно подставить.

– А кто раньше владел этим заводиком?

– Кто-то из местных. Но мне кажется, за каждым местным стоит солидный московский, как бы сказать, куратор, который набивает себе карман с процентов.

– Возможно. Но в чем резон подставлять, если продаешь заводик. Его же никто не купит.

– Да в том-то и дело, что уже купили, только бумаги не оформлены. А если Варкина взяли под стражу, мне этим делом заниматься придется. Еще одна мне головная боль.

– Да ладно, завтра поедем вместе и посмотрим, что там к чему, – попытался подбодрить его Комбат.

– Да, вызвоню Кравчинского, и поедем. Ты хоть разбираешься в выпуске водки?

– Ну, самогонный аппарат в юности в деревне видел, наблюдал процесс, – пожал плечами Комбат.

– А как паленая водка получается? Как ее от качественной отличить?

– Это, брат, уже только на вкус, – с улыбкой пожал плечами Комбат.

И тут Пышкину позвонили на мобильный.

– Але, – сказал он и, услышав ответ, сразу напрягся и чуть изменился в лице.

– Майор Пышкин? Это Тигр.

Комбат, как и Пышкин, сразу понял, кто звонит. Тигр – это была кличка одного из очень высокопоставленных генералов ГРУ. Он когда-то курировал несколько их с Комбатом операций.

– Слушаю вас, товарищ генерал.

– Ты теперь там бизнесом занялся, – не спросил, а констатировал он.

– Что-то вроде того.

– Да знаю я, знаю. Так вот, к тебе там местные могут обратиться с просьбой продать им заводик водочный. Так ты им не отказывай. Они хорошие деньги предложат. Бери.

– Не понял. Мы же еще сами документы не оформили. И Варкин…

– Варкин теперь тебе лет на пять точно не указ. А документы дооформлены будут завтра в считаные часы.

– Но я так не могу. Ведь я даже не видел, что и как там производят.

– Тебя это теперь абсолютно не касается. Этот заводик нужен нам для проведения одной секретной операции.

– А местные здесь при чем? – не понял Пышкин.

– А местные – наши денежные мешки. Они платят, мы заказываем музыку.

– Но… – начал было Пышкин.

– Пышкин, это приказ. А приказы не обсуждаются! – в буквальном смысле гаркнул генерал и положил трубку.

– Слышал? – спросил Пышкин, не скрывая возмущения.

Комбат кивнул.

– И что ты по этому поводу думаешь?

– Думаю, что генерал играет свою партию.

– Или ведет двойную игру, – в задумчивости проговорил Пышкин.

– И что ты будешь делать?

– А ты как думаешь?

– Думаю, стоит проникнуть на территорию завода и посмотреть, что там к чему…

– Но это надо сделать до утра.

– Значит, у нас с тобой появится еще одно задание.

– Ты будешь смеяться, я не знаю адреса этого завода. Все дела вел Кравчинский.

– Так позвони ему!

– Сам не знаю почему, но мне не хочется ему сейчас звонить. И вообще говорить о том, что завод нужно будет перепродать местным, тоже не хочется.

– Ты ему не доверяешь?

– Не то чтобы не доверяю… Но знаешь, он как-то слишком быстро все прибрал к своим рукам. Контроль, бумаги… Но больше всего меня смущает то, что слишком уж много денег идет на строительство. Я даже приглашал человека, чтобы он проверил финансовую отчетность. И он тоже сказал, что внешне вроде все в порядке, но денег и материалов идет едва ли не в два раза больше, чем обычно на подобные работы.

– А откуда у тебя взялся этот пан Кравчинский?

– Да когда купил я тут, в Сочи, кусок земли, он как-то сам вдруг нарисовался. У него деньги, связи со строительными фирмами. В общем, незаменимый человек.

– И ты вот так отдал ему управление всем своим бизнесом? – удивился Комбат.

– Ну почему «всем»? Частью. Ну вот сейчас «Нью Сочи» вместе ведем…

– Ладно, разберемся. Но адрес-то поищи.

Пышкин подумал, затем, встав с кресла, подошел к стене и, нажав на какую-то потайную кнопку, открыл дверцу сейфа, которая практически сливалась со стеной. Он переложил какие-то папки. Наконец вынул одну и, перелистывая вложенные в файлы документы, вернулся к столику.

– Ну вот, написано «Красная, 5».

– Но там руины, – со знанием дела проговорил Комбат.

– Не знаю… По правде, я там ни разу не был… – проговорил Пышкин.

– Думаю, завод расположен рядом, по адресу Красная, 7, там, где, я тебе рассказывал, надежная ограда и видеонаблюдение. И дрожжами оттуда тянет.

– Ладно. Посмотрим, – сказал Пышкин и спрятал бумаги назад в сейф.

– Думаю, что детское время кончилось и нам можно идти, – сказал Комбат, который, собрав всю свою выдержку, едва сдерживался, чтобы не рвануть туда, где должна была, надо понимать, находиться Сойкина. Теперь, когда рядом с ним, как когда-то много лет назад, в годы их боевой молодости, был Пышкин, ему была не страшна никакая охрана. Вдвоем они могли сделать кого угодно.

Пышкин нажал еще на одну кнопку, и в стене появился довольно большой проем величиной в человеческий рост.

– Ого! – присвистнул Комбат. – И что у тебя там?

– Гардеробная и арсенал в одном, как говорится, флаконе, – объяснил Пышкин. – Здесь у меня камуфляж, маски, ну и оружие. Выбирай, что подойдет.

Через несколько минут они оба стояли в полном боевом снаряжении. В руках были автоматы.

– Можно было поехать на «харлее», но нам же девчонку нужно будет как-то транспортировать, так что берем джип.