Свинцовая точность - Сергей Самаров

– Поехали!

Звук полета первой мины был слышен куда лучше, чем сам выстрел. Все присутствующие машинально пошевелили руками, словно собирались заткнуть уши, но оборвали это свое движение в самом начале. Люди вспомнили, что в данном случае можно этого не делать.

Только один капитан-минометчик закрывал уши всегда и обязательно. Он еще несколько дней назад сказал, что не желает приобретать дурную привычку. А то окажется потом рядом со своими стодвадцатимиллиметровыми минометами и забудет прикрыть уши. Это может обернуться бедой. Волкодавам же такая привычка была без надобности, поскольку они постоянно с минометами не работали.

Все услышали отдаленный грохот взрыва. Кравченко и Редька не стали дожидаться, когда дым рассеется и Иващенко с Суматохой сумеют разобрать, куда попала мина. Редька подсветил в записи фонариком, а Кравченко стал выставлять прицел заново, потому что миномет благодаря сильной отдаче в опорную плиту подпрыгнул и заметно сдвинулся с прежнего места.

Это заняло больше времени, чем потребовалось Иващенко с Суматохой для определения результата первого выстрела. Они сразу озвучили все то, что увидели на своих мониторах.

– Как рукой положил! – заявил Иващенко, не скрывая своего одобрения.

– Полностью согласен с предыдущим оратором, – выдал Суматоха.

– Я так точно из винтовки не сумею попасть, – проговорил Величко, отойдя от своего миномета и взглянув на монитор.

Все знали, что Величко когда-то покинул службу в спецназе ГРУ и провел какое-то время в местах не столь отдаленных, за колючей проволокой. Но он не растерял былых навыков и остался снайпером самой высокой квалификации. В спецназе часто ставили в пример его умение проводить скоростные действия, уничтожать противника так, словно он стрелял очередями. Все это на предельно дальней дистанции.

– Готов! – сказал Кравченко.

– А я здесь при чем? – вроде бы удивился Лесничий. – Если ты готов, то ты и работай.

– Поехали!

Вторая мина полетела вслед за первой. Вскоре раздался взрыв.

Полковник Селиверстов молча снял с шеи командира боевой группы волкодавов бинокль с тепловизором и пошел к вершине холма. Он залег там, не особенно высовываясь, как делал бы на территории, занятой противником.

– На метр в сторону, – сообщил Иващенко.

– Но это не промах, – глядя в свой монитор, подсказал Суматоха. – Только пролом расширил. Теперь нужно внутрь попасть.

– Первые два выстрела идеальные, – сообщил сверху командир ЧВК.

– Я готов, – сообщил Величко. – Там уже все прогорело после первых мин. Поехали?

Ему никто не ответил.

– Поехали! – сам себе скомандовал снайпер и произвел выстрел.

Взрыв слышали все.

– Ничего в тепловизор не разгляжу, – пожаловался сверху полковник Селиверстов. – Сплошное пятно горения. Хотя бы стены-то должны быть видны. Или они так раскалились? Да и без тепловизора тоже ничего не разобрать.

– Посылаю вторую, – сообщил Величко и тут же выстрелил.

Грохнул новый взрыв.

– Еще сильнее полыхает, – сообщил полковник. – Тепловизор, кстати, от такой яркости не накроется?

– Ничего ему не будет, – успокоил командира Лесничий. – Я в него на пожар смотрел. Когда склад боеприпасов горел. Проверял. Нормально после этого работает. Там матрица сильная.

– Что дроны говорят? – спросил полковник.

– Тепловое облако, – доложил Иващенко. – Как пройдет, увидим. Или нет.

– Почему? – не понял полковник.

– Вакуумный взрыв, товарищ полковник. Распыленный газ соединился с кислородом и весь его выжег. Образовался вакуум. Стены вы, товарищ полковник, увидеть не можете. Они внутрь свалились. Все здание снесено, – объяснил Суматоха.

– Там стены из фундаментных блоков сложены. Чтобы их свалить, да еще внутрь!.. – усомнился Селиверстов.

– Нужен простой вакуумный взрыв, – спокойно, но авторитетно добавил Иващенко. – Все. Ветерок снова подул. Облако уходит. Смотрите в бинокль. Нам сверху только какую-то кучу блоков видно. Еще обломки плиты. Не берусь гарантировать, но мне думается, что там даже бетон оплавился. Арматура в плите прогнулась, раскалилась и провалилась. Через пару минут пойдем смотреть. Руками никому ничего трогать не рекомендую.

Пару минут в воздухе висело удивленное молчание. Кто мог, те наблюдали. Остальные просто молча ждали, когда кто-то расскажет о том, что увидел.

– Можно идти. Пока дойдем, облако тепла будет далеко. Его в сторону уносит. Левее от нас.

Первым двинулся вперед Лесничий. За ним полковник Селиверстов и все остальные. Последним шел капитан-минометчик. Он уже многократно наблюдал последствия взрывов термобарических снарядов и мин, поэтому считал, что его удивить будет нечем.

Но капитан наблюдал действие подобных зарядов только на открытых местах или в обширных помещениях. Здесь же оно было маленьким. Пламени развернуться оказалось негде. Вся его мощь бушевала в тесном пространстве, поэтому пожирала то, что было доступно, с усиленным аппетитом. Потрескались и развалились мощные фундаментные блоки. Внутри бетона оплавилась арматура. Плита перекрытия и стены свалились внутрь.

– А это что такое? – спросил полковник, показывая пальцем на что-то непонятное, криво торчащее из развалин.

Иващенко усмехнулся и ответил:

– Еще одно замкнутое пространство. Раньше, как я понимаю, это было бетономешалкой. А что теперь из нее получилось, я сказать затрудняюсь.

– Какое замкнутое пространство? – спросил Редька, расширенными глазами глядя на то, что наделали мины. – Откуда здесь какое-то пространство?

– Я так думаю, что мина угодила в емкость бетономешалки, собрала ее внутрь, спаяла между собой стенки. Вот и образовался шарик.

– Я вообще не понимаю, как здесь можно бетономешалку-то узнать, – сказал Величко, весьма довольный результатом собственной работы.

– Нормально отработали. Теперь дело за малым, – сделал вывод из увиденного полковник Селиверстов. – Отстреляться на операции с таким же результатом. Чтобы укропы не смогли понять, что и где у них стояло.

– Главное, чтобы внутри помещения рабочих не было, которые собирают беспилотники, – сделал свой вывод Величко.

– Две мины, как я и рассчитывал, остались для командировки. В дополнение к тем десяти, которые уже, наверное, привезли или вот-вот доставят, – проговорил Сергей Ильич. – Если и на месте они будут нам лишними, то оставим их ополченцам. Им такие штуки наверняка сгодятся.