Дело на пол-Европы - Александр Шувалов

Несколько дней спустя.

Социализм это учет и контроль. В отличие от капитализма, который то же самое по сути. Вот до недавнего времени я скрупулезно вникал в каждую мелкую мелочь собственного бизнеса и постоянно порывался все и сразу проконтролировать. И результат не замедлил сказаться: весь мой бизнес в Словении (отель и ресторан) стремительно летел под откос подобно железнодорожному составу оккупантов в результате знакомства с питомцами полковника Старинова, лучшего диверсанта Второй мировой. Первой, поняв неизбежность краха, от меня сбежала бухгалтер…

– Отчет по результатам работы ресторана за время вашего отсутствия, – протянула мне файл Теа.

– Ммм, – удовлетворенно промычал я. – Недурно, недурно.

– Деньги из России, как вы и говорили, поступили во время и в полном объеме. Браво, шеф.

Я зарделся от похвалы.

– Это было нетрудно.

За несколько дней до моего отъезда депутат областного законодательного собрания с Урала, руководитель комитета по противодействию коррупции, несколько перебрал в ресторане со спиртным и принялся вести себя так, как привык. То есть вполне по-скотски.

На следующее утро я лично навестил еще не донца проспавшегося его. И выкатил счет: столько-то за побитые зеркала и посуду, разбитый нос официанта и порванную блузку барменши. И вдвое большую сумму в качестве компенсации морального ущерба.

– А не пойти ли тебе, – весело, вполне по-дружески спросил народный избранник и тут же конкретно пояснил куда. – Ни гроша с меня не получишь. Свободен.

– Как скажете, – я раскрыл принесенный с собой ноутбук и нажал на клавишу. – Не угодно ли взглянуть?

А посмотреть было очень даже на что: много действий и масса слов. Смысл последних в переводе с матерного на русский заключался в том, что: А. Наш герой круто поднялся на борьбе с коррупцией и Б. Быдло и нищеброды, то есть те, кто бабла не имеет, могут смело проследовать в… и на…

– Ну, взглянул, – буркнул тот. – И что?

– Да то, – я отключил ноутбук, – что если в течение недели искомая сумма не будет в полном объеме переведена на указанный мной счет, кино уйдет в интернет.

– И хрен бы с ней, – борец за народное дело то ли не слишком испугался, то ли не до конца протрезвел.

– А еще в законодательное собрание области, политсовет вашей партии. Ну, и в прессу, конечно.

– Испугал ежа, – молвил тот и тут же пояснил, чем конкретно.

– Всего вам доброго, – я откланялся.

Как и следовало ожидать, народный избранник, как только обрел способность соображать, тут же прикинул одну часть тела к другой и решил, что откупиться дешевле. А потраченное бабло он легко и быстро отобьет методом противодействия коррупции и борьбы за справедливость и народное благо.

– Теперь цифры по гостинице, – и я очень постарался не растечься в умильной улыбке.

Господи, какой же я был молодец и умница, что принял именно ее на работу. Первую и, как позже выяснилось, единственную, кто откликнулся на мое объявление и соблазнился более чем скромной зарплатой труженика бухгалтерии. Через месяц я сделал ее управляющей, и вскоре падение моего бизнеса в пропасть сначала замедлилось, а потом и прекратилось. А месяца три назад мы вышли в плюс.

И какого, простите, черта она до сих пор у меня трудится? С такой внешностью (брюнетка с ярко-синими глазами – папа итальянец, мама словенка) Теа запросто могла бы украшать обложки глянцевых журналов. А с такими мозгами – успешно трудиться топ-менеджером транснациональной компании. С месячным окладом, превышающим годовую прибыль отеля и ресторана вместе взятых. И…

– Шеф?

– Да, – я вздрогнул и вернулся в реальность. – Извините.

– Я спросила, что делать с президентским номером?

– А что у нас с президентским номером?

– Недавно в нем проживал какой-то странный румын с двумя русскими девушками, явно сестрами. Перед отъездом он забронировал номер на неделю, начиная с завтрашнего дня. Вот только пока не прислал подтверждения.

– А как фамилия того румына?

– Кришан, Василе Кришан.

– Снимайте бронь.