Чертова дюжина - Иван Сербин

Она пошла вокруг микроавтобуса к пассажирской двери. Михаил последовал за ней.

Жилистый затопал к стоящему в оцеплении омоновцу, то и дело оглядываясь, словно боясь, что «рафик» рванет с места и начнет выписывать по площади сумасшедшие кренделя.

Как только Вероника обошла автобус, Михаил жарко зашептал:

— Я местечко присмотрел. Поднимемся на крышу восьмиэтажки. Или с чердака можно снять. Обзор — как на ладони, я уже прикинул.

— Знаю. Я тоже об этом подумала.

— Картинка будет — загляденье, — продолжал бормотать оператор.

Вероника потянулась к двери, и в этот момент непонятно откуда, словно материализовавшись из воздуха, перед ней выросла всклокоченная, перепачканная, серая от пыли фигура. Женщина вскрикнула от неожиданности и отступила на шаг. Незнакомец оказался мужчиной лет тридцати семи — сорока, коротко остриженным, одетым вроде бы и прилично, но с налетом той самой помятости, которая отличает людей, стоящих на грани между нищетой и окончательным падением в пропасть. И все же незнакомец не производил впечатления одичавшего дегенерата. Даже напротив, лицо его было живым, несмотря на заметную в глазах загнанность.

— Кто вы такой? — невольно выдохнула Вероника.

И тут же сбоку полез Михаил, загораживая ее узкой костлявой спиной:

— Че надо, отец?

В такие моменты Миша переходил на невероятно задиристый тон, свойственный асам уличных драк, к каковым оператора, уж точно, нельзя было причислить.

— Я вас знаю, — быстро вполголоса произнес человек, глядя Веронике в лицо и абсолютно не обращая внимания на лезущего грудью вперед Михаила. — Вы — телерепортер. Я вас несколько раз видел по «ящику».

— Ну, допустим, — кивнула Вероника. — И что дальше?

Страх ее испарился. В конце концов, рядом стоял Миша, в кабине «рафика» сидел Виктор, парень не из хилых, а за спиной, буквально в нескольких метрах, застыли омоновцы вперемежку с еще более «крутыми» спецназовцами.

— Моя фамилия Смирнов, — представился мужчина, глядя ей в глаза. — Прозвище Марафонец. Я принимал участие в налете на склад боеприпасов.

— Какой Марафонец? Какой склад? — Вероника нахмурилась.

— Тот самый, откуда были похищены пятнадцать тактических мин малой мощности. — Губы незнакомца, серые от пыли, были напряжены, и казалось, что каждое движение дается ему с трудом.

Вероника прищурилась. Похоже, удача сама шла ей в руки. Случившееся сегодня утром, конечно, было ужасно. События, в круговорот которых она оказалась втянута против собственной воли, нельзя назвать иначе, чем кошмарным бредом. Однако вот стоит перед ней человек, непосредственный участник происходящего, способный все толково и внятно объяснить. Подобный материал попадает в руки репортера раз в жизни. «Бомба».

— Это правда? — спросил она. — Вы действительно украли это ядерное оружие?

— Действительно, — кивнул мужчина. — Понимаю, в это трудно поверить, но я могу подробно рассказать вам о том, как осуществлялась операция. Поэтапно. Знаю, у вас уже возникли вопросы, но давайте отложим их на потом, хорошо? Сейчас надо убираться отсюда. И чем скорее, тем лучше.

— Как, вы сказали, вас зовут?

— Андрей. Андрей Денисович Смирнов.

— А прозвище?

— Марафонец. Так называли меня раньше в войсках. И так же называл меня Хорь.

— Как вы оказались здесь? Почему подошли именно ко мне?

— Давайте об этом потом. Сейчас нужно уходить, — настойчиво повторил он.

— Ладно, поехали. — Вероника оглянулась.

Жилистый уже спешил к «рафику», обеспокоенный тем, что машина до сих пор не тронулась с места.

— Полезайте в автобус, — кивнула девушка. — И быстрее. Иначе этот тип вас заметит.

Марафонец не заставил себя долго упрашивать, легко нырнул в жаркое нутро машины, заставленное сумками, бухтами шнуров, штативами. Двигался он ловко, по-своему даже грациозно.

— Сейчас, сейчас! — крикнула Вероника офицеру.

Стоящий у дверцы Миша обернулся и встретил первую атаку спецназовца грудью.

— Да ты чего, командир? Все, уже уезжаем. Видишь, дама каблук сломала. Это ж тебе не армейский сапог, а женская туфелька. Без каблука не побегаешь.

— Давайте быстро. Чтобы через три минуты я вас здесь не видел, — буркнул жилистый. — Пошевеливайтесь.

— Как скажешь, командир, как скажешь. — Миша примирительно поднял свободную левую руку. — Считай, что нас уже нет.

Он сложился пополам, чтобы пройти в низкий дверной проем, и мгновенно, прежде чем спецназовец успел заглянуть внутрь, захлопнул дверь.

Водитель Витя, не без удивления смотревший в зеркало на грязного потного Марафонца, спрашивать ни о чем не стал. У них, репортеров, свои пироги. Развернув микроавтобус на крохотном пятачке, он ударил по газам так, словно собирался выиграть «гран-при» в гонках на выживание. Движок завыл, выражая возмущение столь варварским отношением к себе, любимому, и Виктор тут же грохнул по тормозам, останавливая «РАФ» перед самой цепью солдат. Те оглянулись, расступились нехотя. Один постучал себя согнутым пальцем по виску, показывая: «Думать надо, валенок». Виктор повернулся к окошку и, беззвучно размыкая губы, отчетливо, чтобы спецназовец понял, выматерился. Тот понял и приподнял резиновую дубинку, чуть наклонив голову, будто интересуясь: «Не желаешь?» Виктор усмехнулся и покачал головой: «Нет, спасибо». В ответ солдат махнул рукой: мол, проваливай. Короткий и выразительный диалог жестов.

«Рафик» медленно пополз вперед, лавируя среди дремлющих «пожарок» и «Скорых». На первом же перекрестке автобус свернул направо, затем еще раз направо, пролетел пару кварталов и резко остановился.

Водитель обернулся.

— Все. Здесь дворами полминуты. Как раз перед вокзалом и окажетесь. Только осторожней. Я там этих пятнистых упырей приметил.

Вероника повернулась к Мише и кивнула:

— Пойдем?

— Сейчас. — Михаил полез в кофр, вынул новую кассету, хмыкнул: — К бою готов.

Девушка посмотрела на сидящего в кресле напряженного Марафонца.

— Вы пойдете с нами или останетесь здесь?

— С вами, — ответил тот. — Я тоже хочу посмотреть.

— Посмотреть на что? — быстро спросила Вероника.

— Вы знаете, на что.

— Вы имеете в виду взрыв?

— Именно, — кивнул Марафонец.

— А бомба действительно там?

— Действительно. И никто не сможет ее обезвредить.

— Почему вы так думаете?

— Потому что знаю. В команде Хоря только высококлассные специалисты. Поверьте мне, я в этом немного разбираюсь. Бомба не сработает только в одном случае: если они сами этого не захотят. Если же им нужно, чтобы взрыв произошел, — он произойдет.