Огненное ущелье - Александр Тамоников

— Конечно, притащит. Он же не идиот…

— А вот это сомнительное утверждение… Хотя ты прав: он, конечно, подлец, но не идиот. Интересно, Дрейк думает сбрасывать нам информацию по каравану? Я имею в виду уточненную информацию?

— Должен. Вопрос, когда он это сделает…

— И сделает ли вообще. Похоже, ваша разведка не имеет нужных нам данных.

— Так караван только вышел на марш…

— Но до этого он формировался в Пешаваре, где у вас весьма сильная и разветвленная разведывательная сеть.

— Которая не идет ни в какое сравнение с вашей.

— Ладно, попытаюсь через Крымова заполучить необходимую информацию.

— Это гораздо лучше, чем ждать данных от Дрейка.

— Нам надо решить, кто будет реально руководить операцией. Формально — командир отряда…

— Ну о чем здесь может идти разговор? — прервал Тимохина Дак. — Плевать на все формальности. Командуй, Алекс. И не подумай, что я боюсь ответственности. За результаты операции в любом случае отвечать мне. И я готов ответить. А вот взять на себя руководство всей операцией — нет. Тем более что основную работу предстоит делать «Ориону», а «Ирбису», по сути, — лишь прикрывать ее.

— Но Дрейк об этом знать не должен.

— Само собой!

— Тогда не будем терять время. Вызывай разведчика и отправляй его по хребту на восток и далее за поворот. Пусть пройдет как можно дальше — естественно, не подходя к Багдезу, — и определит место организации поста раннего обнаружения противника. Ты сам выбери место, где посадишь подгруппу прикрытия, чтобы она могла быстро спуститься вниз и занять позиции. А я вызову своего человека и еще раз осмотрю хребты — посмотрю, где и кого выставлять. Ну, и прикину, откуда поддерживать при необходимости подгруппу Рифа.

— Это можно сделать и завтра, Алекс.

— А сегодня чем будешь заниматься? До отупения изучать карты? Или ждать, когда Дрейк сбросит информацию по каравану? Нет, Джон, работаем сегодня. Кто знает, не изменят ли «духи» график движения каравана. А то выйдут к нам с утра послезавтра, а мы в «зеленке»… И пропустим караван, не в силах что-либо предпринять. Поэтому…

— Я все понял, Алекс! Работаем сегодня. Представляю, как будет суетиться Стоун! Он же должен информировать Дрейка обо всем происходящем в отряде. А тут образуется, как вы говорите, непонятка…

— Вот о ком я меньше всего думаю, так это о твоем гребаном Стоуне.

— Он не мой, Алекс, он человек Дрейка!

— Да хоть самого Обамы. Мне до него нет никакого дела. А то, что он не в состоянии контролировать ситуацию, так это его проблемы. Пусть с Дрейком разбирается.

— Бригадный генерал может вмешаться и запретить наши совместные действия.

— С какого перепугу? Нет, Джон, Дрейк в наши дела вмешиваться не станет. Потому как в случае провала операции ему головы не сносить. Он сейчас будет стараться как можно меньше влиять на нашу подготовку, чтобы потом иметь возможность обвинить в провале тебя, ну а с тобой — и меня. Так что, Джон, никто нам здесь мешать не будет.

— И вновь ты прав… Ну, что, расходимся? Я вызову разведчика.

— Давай ступай к повороту. А мне работать сначала здесь.

Полковник Дак направился на восток, а Тимохин по радиостанции малого радиуса действия вызвал связиста «Ориона» старшего лейтенанта Колданова:

— Восьмой, ответь Первому!

— На связи, — ответил офицер.

— Ты в курсе, где я нахожусь?

— Так точно.

— Бери «Орбиту», и ко мне!

— Есть!

В 11.07 Колданов подошел к Тимохину:

— Товарищ полковник…

— Отставить, — прервал доклад подчиненного командир «Ориона». — Канаву справа видишь?.. Давай туда, разворачивай спутниковую станцию и срочно набирай мне Крымова. Да не забудь выставить помехи — Стоун наверняка попытается послушать разговор.

— Это точно, — занимаясь аппаратурой, сказал Колданов, — кажется, что капитан, как леший, в лесу повсюду. Только я собрался сюда — и он тут как тут. Куда это вы, спрашивает, мистер Колданов? Я ему: до ущелья прогуляться. Он: зачем? Ну, я не выдержал: не твое, говорю, собачье дело. А он даже не обиделся: только посмотрел недобро и ушел.

— «Сигму» свою настраивать поскакал… Ну и черт с ним! Что у нас с Крымовым?

— Есть связь, товарищ полковник!

Тимохин забрал трубку:

— Крым? Это «Орион».

— Рад тебя слышать, Саня, привет! Что у тебя?

— Ты с Ревуновым не пытался связь наладить?

— Не только пытался, но и наладил. Он тебе нужен?

— Мне нужна точная информация по каравану.

— По моим данным, он сейчас — вернее, на 11.00 — находится в десяти километрах от кишлака Урзун, своей первой ночной остановки. Границу прошел спокойно — талибы позаботились о «коридоре».

— Мне нужна другая информация. Сколько точно в караване животных, погонщиков, охранников; в каком порядке он идет, выставлено ли охранение. Если выставлено, то как. Чем вооружены «духи», имеют ли технику и средства связи, особенно спутниковые. Всё, Крым, понимаешь?

— Понимаю. На момент связи Реви находился на совещании в Пакистане. Сейчас должен быть на пути в Кабул. Я пытался связаться с ним буквально полчаса назад, но безуспешно. Связь не устанавливается — видимо, Сержант находится в районе, где спутники не обеспечивают устойчивую связь.

— Я понял тебя. Попробуй еще раз вызвать его. Запроси Феофанова; может, наша разведка имеет что по каравану… Без точных данных мне будет сложно спланировать молниеносную и гарантированно успешную операцию с безопасной эвакуацией в район дальнейшего применения.

— Я сделаю все возможное. Если у Ревунова есть информация по каравану или он может ее добыть, то как ему поступить — передать данные через меня или самому выйти на тебя?

— Пусть выйдет на связь сам. И не забудет о помехах. Мистер Стоун, внедренный в отряд Дрейком, очень внимательно отслеживает все действия «Ориона», а мои — особенно.

— Так пристрели его к чертовой матери.

— Это хорошо, что у тебя приподнятое настроение и ты можешь шутить. А вот мне, честно говоря, не до шуток.

— Ты нервничаешь, Саня? — удивился Крымов.

— Да, нервничаю.

— А в чем, собственно, дело? Первый раз, что ли, выходишь на караван? И не такие громили. Без американцев, кстати…

— Я бы и сейчас предпочел работать с нашими ребятами; ну, еще с парнями Дака, как исключение…

— У тебя проблемы с пополнением?

— У меня, Крым, вообще такое предчувствие, что после каравана «Орион» ждут крупные неприятности.