Сын Гидры - Xisc

Конечно то что половину от всей армии живых в Винтерфелле составляли безупречные, давало большое преимущество для обороны, ведь эти войны почти забыли страх и их сломленные сути просто были не способны испытывать отчаяние, но в то же время нельзя было заполонить бойцами Бурерождённой все стены замка, шедшие за Эйгоном войны не только бы этого не поняли, но и могли продемонстрировать в ряде случаев намного более эффективную тактику сражения, ведь как бы не расхваливали безупречных, но тот же прошедший битву бастардов северянин и одичалый стоил троих освобождённых элитных рабов, ведь каждый из них имел своё подобие стиля боя и что не маловажно опыт в битве с немного похожим по накалу безумием событий.

Разделённая на время армия Короля ночи, казалось не замечая потери части войска всё так же с безумной жаждой жатвы, продолжала свой бег в сторону стен древнего замка и когда на время отрезанный от подкрепления авангард нежити врезался в заграждение, всю округу огласил крик полный боли и страданий, что казалось просто невозможно было услышать из пасти давно частично разложившегося трупа на службе сил тьмы.

В тот момент когда первые сотни вихтов насадились на преграду, а их собратья по незавидной участи вечного рабства хладу взобрались на их спины, вся своеобразная и знакомая Раину по прошлому миру рогатка окружающая стены замка, вспыхнула огнём. Это пламя не только разрушало напитанную старой и мощной магией тело рабов Короля ночи, но так же и почти мгновенно изгоняла души бедолаг, павших и поднятых на службу хладу белыми ходоками.

Поскольку сами командиры армии шли всегда в арьергарде и показывались лишь в критические для войска моменты, никто не мог отдать почти лишённой разума нежити команду остановиться из-за чего сотни, а вскоре и тысячи солдат мёртвой армии буквально расталкивая друг друга рвались на костёр для самосожжения.

Но были и те кто всё же заметил оставленные и объятые смертельно опасным пламенем туннели, в которые устремилась малая часть первой волны нежити. Этих мертвецов встретили одичалые и северяне, которые с лёгкостью кромсали обсидиановым оружием тела неспособных увернуться от их атак вихтов. На помощь им пришли лучники со стен крепости и данная картина возвращала надежду и уничтожала страх перед врагом, обхвативший сердца обычных вояк и простых крестьянских мужей, которые встали на защиту своих семей, откликнувшись на зов Короля севера, ставшего обратно лордом, а потом внезапно Королём всех семи королевств.

Ещё больше надежды в сердца армии живых вселил рык монстра, стоящего посреди двора замка, и полубога сотворившего непонятное заклятие, которое буквально открыло окно посреди поля боя, заметив которое мертвецы на несколько секунд даже стушевались, не зная что делать дальше но быстро сбросив с себя ступор, вновь бросились на очаги жизни находящиеся так близко к ним, что было огромной ошибкой.

Спустя мгновение после первого шага вихта к порталу, оттуда раздался голос Одинсона.

— Давай, как мы тренировались днём, Дракарис! — Хлопнув большую и зажатую в присутствии полубога рептилию по шее с такой силой, что та даже немного дёрнулась от боли, произнёс Бранд.

Спустя мгновение после этой фразы из портала на армию мёртвых полился поток огня, вновь создающий прорехи в новой части строя противника. Но это было лишь начало. Спустя несколько секунд, Пирс сотворил перед порталом ещё пятеро новых, но более миниатюрных, открывшихся в совершенно разных местах равнины и принявших в себя поток драконьего пламени, распространяя дыхание Рейгаля на огромную часть орды живых мертвецов.

Каждую минуту эти порталы меняли своё положение и открывались уже в новых местах, из-за чего решившие наконец показаться белые ходоки просто не понимали, что происходит, ведь они никогда не сталкивались с такими способностями врага, а знания переданные их создателем и повелителем, просто не имели в себе аналогов происходящего.

Эта атака могла привести к крайне печальным последствиям для армии мёртвых, ведь даже молодой дракон мог выдыхать огонь в течении часа, но в дело решил вмешаться, так и не обнаруживший ожидаемых им драконьих всадников, Король ночи.

Применив сильнейшую в его распоряжении погодную магию, он вновь вернул в сердца армии живых страх и ростки отчаяния, в чем нельзя было винить слабую волю солдат и храбрых мужей, вступивших в битву со смертью, ведь не один человек в этом мире не остался бы равнодушным увидев как на него надвигается ужасающий снежный буран в высоту с небоскрёб из современного мира, который поглощает в себя всё на своём пути и уже готовится вцепиться своим хладными объятиями в тебя и точно не способные хоть как-то защитить от его сил стены Винтерфела.

Благо среди всех в замке был тот, кто мог противостоять казалось непреодолимым силам природы.

— Ну что малыш, полетаем? — Спросил Бранд, запрыгивая на дракона и видя, как магический буран становится всё ближе и ближе.

В ответ на слова старшего существа, которое перестав подавлять, начало вызывать у юного Рейгаля некоторое дружественное чувство, тот издал радостный рык. После этого все находящиеся вокруг воины стали отходить от дракона, а Пирс разгибая и сгибая пальцы, немного хрустел телом, которое начало обращаться в форму духа мщения, сразу же начавшего передавать свои силы дракону.

Получивший покров адского пламени, представитель сильнейшего вида небесных хищников на этой планете, начал становиться в несколько раз опаснее. Его шипы на спине и когти стали быстро увеличиваться и покрываться пламенем, пасть частично просела вниз, из-за чего казалось, что она была повреждена, но начавшая собираться в ней ярко оранжевая слюна, которая капая из пасти, буквально прожигала землю под Рейгалем, говорило что это идеальное дополнение новой силы дракона. Глаза же преображённого ребёнка Дейнерис, так же претерпели изменения и стали как будто пылать изнутри, что идеально гармонировало с сидящем на нём всадником из ада, нагоняющим на окружающих страха не меньше, чем армия приближающихся к стене вихтов.

Стоящие рядом с местом точечного выжигания армии нежити солдаты, побледнев отступили на несколько шагов от и так не вызывающей доверия рептилии, которая стала в десятки раз страшнее. На данный момент лишь самые смелые личности, которых за всю историю этого материка насчитывалось не больше пары десятков, могли бы без страха взглянуть в глаза чудовища, которого оседлал Одинсон.

Взмахнув своими только начинающими загораться крыльями, летающий монстр понёс