Лезгинка по-русски - Сергей Самаров

– Давай. Сколько требуется на полную зарядку?

– Около четырех часов.

– Ладно, сколько ни зарядим, все хорошо будет…

Снайпер отложил винтовку, снял с плеч рюкзак и вытащил из кармашка зарядное устройство с уже вставленными туда тремя аккумуляторами нестандартного размера. Подполковник ушел в дом и вскоре вернулся вместе с Абали Дидиговым. Тот недолго повозился под навесом, несколько раз дернул шнур пускового устройства, и генератор ровно и слишком громко для ночной горной тишины затарахтел. Слыша такой звук со стороны, можно было бы подумать, что здесь работает трактор. Подполковник вернулся к снайперу, присел перед ним, занявшим лежачую позицию, и раскрыл ладонь. На ладони лежали три почти таких же нестандартных аккумулятора. Отличались новые от старых только цветом.

– Пойдут?

– Должны пойти…

– Это запасные от радиостанции. Там их шесть штук было. Если что, можно будет взять еще комплект. Можешь не экономить.

Старший лейтенант тут же переставил аккумуляторы в блоке питания прицела винтовки. Посмотрел, пощелкал переключателем, проверяя все режимы наблюдения.

– Другое дело! Со свеженькими, как днем… Готов до скончания ночи смотреть.

– Товарищ подполковник, – позвал капитан Ёлкин.

Занадворов обернулся и принял в руки документы одного из пленников.

– Грузинский офицер, подполковник. Удостоверение подписано Гелой Бежуашвили. Можно проверить по данным подписавшего, что за служба.

– Хороший выпал нам улов! – улыбнулся Сергей Палыч. – Знаешь, кто это такой? Который подписывал.

– Бежуашвили? Где-то слышал…

– Руководитель специальной службы внешней разведки Грузии. Диверсанты, террористы, провокаторы и прочее аналогичное. Это хуже, чем ЦРУ, потому что работают одновременно и на американцев и воруют одинаково у своей службы и у ЦРУ. Воруют и тут же продают. Это система, которую Саакашвили никогда не истребит… Впрочем, такая же система у них везде – и в правительстве, и в армии, и в каждой администрации. Хочешь жить – умей делиться. Это который из них?

– Первый. Который был с американской винтовкой.

– Тогда понятно, откуда винтовка… Не успел еще продать. Ладно. С пленными закончил?

– Закрыл связанных в сарае. Осмотрел. Острых предметов там нет, наручники не снимут, сбежать не смогут.

– Хорошо. Помогай бруствер ставить. Мне пока позвонить нужно. Начальство обрадовать…

Но до того, как позвонить полковнику Самокатову, Занадворов прислушался к редким автоматным очередям и вызвал на связь своего пулеметчика:

– Шиш, я – Дворовой. Что у тебя?

– Отхожу по тропе.

– А кто стреляет?

– Они мою скалу обстреливают. С разных мест, чтобы я не высунулся. Несколько человек, думаю, внимание отвлекают, а остальные стороной обходят, чтобы захватить.

– Нормально. Поторопись.

– Подхожу к повороту.

– А я на повороте, – вмешался в разговор майор Тихомиров. – Раскрыл объятия. Ага… Вижу тебя. Страхую со спины. Все нормально, командир, у нас спокойно!

– Шиш, прикинь, с каким успехом стрелял?

– Кажется, человека три-четыре положил. Точно не скажу, темно было. Потом гранаты бросал. Надеюсь, еще столько же. Я навесом сверху бросал, вслепую. Знал, что они там идут. Результата не видел, в меня в это время стреляли…

– Ладно. Возвращайтесь быстрее.

Занадворов отодвинул ото рта поводок микрофона и вытащил трубку спутникового телефона. Номер был в памяти трубки последним, и искать его не пришлось. По времени выходило, что полковник Самокатов давно должен уже был прилететь на место уничтожения части банды Амади Дидигова.

– Ну, наконец-то, Сергей Палыч! Я уж не чаял дождаться, – начал разговор полковник Самокатов. – Как обстановка?

– Напряженная. Мы захватили бандитов, двое из них ранены, требуется медицинская помощь. Один из раненых – подполковник специальной службы внешней разведки Грузии. У всех троих в рюкзаках обозначенный ранее груз.

– Утром вертолет вышлем.

– До утра нам еще необходимо дожить, товарищ полковник…

– Осложнения?

– Основательные. Не так чтобы категорично сложные, но непростые. Банда, численностью до трех десятков боевиков, возможно, две банды или даже три, как мы предполагаем, объединенные для совместного выхода в Грузию, по пути вышли к зданию метеостанции – вероятно, для кратковременного отдыха. Сейчас темно, ориентироваться нам сложно, но бандиты не пожелают, думаю, оставлять у себя за спиной какие-то силы, способные преследовать их и ударить при удобном случае в тыл. Все выходы за границу обычно осуществляются скрытно, а если банда засвечена, на границе ее встретят пулеметами…

– Откуда данные о направлении движения? – спросил Самокатов.

– Данных, Георгий Игоревич, у нас нет. Есть только мнение метеоролога, который знает местную обстановку и направление, которым шли бандиты. Вдоль хребта по старой тропе, вдалеке от обжитых мест, чтобы никто их не видел. Такие маршруты, сложные в прохождении, случайно не выбираются. Они выбираются тогда, когда бандиты не хотят, чтобы кто-то случайно заметил их. Метеостанция считалась нерабочей, и потому бандиты надеялись и здесь пройти незамеченными. Не получилось, и теперь они будут вынуждены атаковать нас. Если не атакуют, я сниму свое утверждение, что они идут к границе. В этом случае я выхожу в преследование…

– Я понял. Но возникает попутный вопрос: если вы со своей группой уйдете в преследование, как быть с пленниками? Я смогу прислать вертолет только утром, может быть, и сам прилечу. Вы же знаете, у нас только официально объявляется, что современные вертолеты могут летать круглосуточно. Но я с афганских времен не помню, чтобы вертолеты по ночам работали. Ну если бы еще какие-то чрезвычайные и звучные обстоятельства, а за пленниками… Никто мне транспорт не выделит.

– В крайнем случае, товарищ полковник, здесь есть метеоролог, который будет их охранять. Мы его вооружим…

– Это надежно?

– Он стрелял в одного из них. Из дробовика… К счастью, бронежилет спас. Его зовут Абали Дидигов. Он родственник Амади Дидигова, но, как я слышал, не пускает Амади в свой дом. Нет, это надежный вариант. Кстати, одного из бандитов ранил его сын – топором…

– Хорошо. Держите меня в курсе дела, Сергей Палыч. Как что-то будет ясно, я имею в виду направление банды, сразу сообщите. На всякий случай я поищу группу вам в поддержку. Хотя бы команду «краповых» смогу найти. Они могут пройти по тропе – если их, конечно, правильно направлять. Как я понял, тропа не слишком утоптана?

– И не просто не утоптана. Там в одном месте еще «растяжка» стоит. «Краповые» в темноте могут нарваться…

– Ладно, звоните, мы решим, что делать.