Жесткая блокировка - Сергей Кулаков

– Направо, – сказала Марта.

Роман послушно свернул направо. Далее она говорила «направо», «налево», «прямо», и он четко выполнял ее указания. Он нарочно целиком доверился ей, преследуя сразу две цели: вывести ее из оцепенения, в котором она пребывала; и дать ей возможность поруководить им, человеком, убившим на ее глазах кучу народу, чтобы возникший перед ним страх – вполне естественный – уменьшился и большей частью пропал. Совсем чтобы пропадал не надо, пусть маленько побаивается, так ею легче управлять. Но и ужас не нужен, им предстоит провести в обществе друг друга еще несколько дней, и видеть перед собой трясущееся от каждого его взгляда существо – небольшое удовольствие.

Сам он тоже был в состоянии, далеком от победного, и испытывал чувства, схожие с посткоитальными: печаль и легкое отвращение. Убивать ему приходилась по роду службы не раз и не десять, к этому он давно привык и никакими такими угрызениями совести не мучился. Но убийство четверых человек, которых он не знал и которые ничего лично ему плохого не сделали… И эта окровавленная девушка. Да, у нее было в руках оружие, и она открыла огонь на поражение, даже не пытаясь вступить в переговоры. Но все же, все же. Не оплошай он, и этих трупов могло бы не быть…

– Приехали, – сказала Марта.

Они находились на одной из узких улочек в северной части Парижа. Роман из машины осмотрел дом. Мрачная постройка в пять этажей, вдоль тротуара – дешевые, подержанные автомобили. Здесь жил средний класс, зарабатывающий на жизнь тяжелым трудом. Сияние Елисейских Полей и Больших бульваров было отсюда столь же далеко, как сияние Полярной звезды.

– Ну что, идем? – повернулся Роман к Марте.

Та настороженно разглядывала улицу. Оно и понятно, в этих трущобах запросто можно нарваться на шайку грабителей.

Роман открыл дверь, вышел на мостовую. Марта – делать нечего – вышла следом, захватив с собой чемодан. Молча они двинулись к подъезду. Марта везла чемодан на колесиках – проявляла самостоятельность.

Консьерж, сморщенный маленький человек с живыми глазками, отдал им ключи сразу же, только услыхав, что они от Мишеля. Роман подумал, что, помимо Мулена, провалит Мишелю и надежную конспиративную квартиру, и это тоже не прибавило настроения.

– А где лифт?! – услыхал Роман гневный возглас Марты.

О, знакомые интонации проклюнулись.

– Пешком, сударыня, – склонившись за конторкой, сказал консьерж. – Лифта нет.

Марта фыркнула, но Роман ухватил ее за руку и потащил на лестницу. Квартира располагалась на пятом этаже, и понять возмущение Марты было нетрудно. Но Роману меньше всего хотелось подымать шум из-за такого пустяка, как отсутствие лифта, поэтому он отобрал чемодан у Марты и бодро двинулся наверх.

– Вы все-таки потише, – сказал он вполголоса.

– Ах, оставьте ваши поучения, – огрызнулась Марта, цокая каблуками на весь дом.

Быстро же она пришла в себя. Это от усталости и нервного потрясения, решил Роман.

Восхождение по крутым, бесконечным ступенькам умотало обоих. Как будто не пять этажей одолели, а все пятнадцать. Марта рухнула на тахту, не обращая внимания на обстановку. Роман опустился в кресло, повел ноющей шеей. Квартирка скромная, но жить можно. И даже со всеми удобствами. Хорошо бы, чтобы это был последний на сегодня приют.

– Что-нибудь выпьете?

– Водки, – сказала Марта, не поворачивая головы.

Выбор был мужественный. Роман отправился искать бар и нашел его в кухне, в холодильнике. Налив водки Марте и себе, вернулся в гостиную. Марта все еще лежала, бессильно вытянув ноги.

– Крепко не будет? – спросил Роман, ставя стакан на столик при тахте.

Марта молча спустила ноги, взяла стакан, залпом выпила и тут же повалилась обратно.

Судя по выражению лица, к разговорам она была не расположена.

– Поесть хотите? – тем не менее осведомился Роман.

– Идите к черту.

Они снова перешли на «вы», и пропасть, разделяющая их, – Роман это почувствовал – стала еще большей. Но он тоже устал, и вникать в настроения Марты Свирепой ему как-то не хотелось. Ну ее к богу в рай, и без нее проблем хватает.

Он с наслаждением выпил водки и, подумав, отправился в кухню за второй порцией.

Марта, похоже, задремала, поэтому он прикрыл за собой двери и закурил, возмещая этой поздней единоличной компанией веселые парижские похождения, которые намечались еще в Москве и которые, увы, оказались очередной химерой. За то и выпил – за разбитые надежды. Выпил и еще раз – за то же самое. Стало чуть веселее.

Послышалось шлепанье босых ног. В кухню вошла Марта, села на табурет, положив ногу на ногу, оперлась локтем на стол.

– Дайте сигарету.

Роман дал ей сигарету, чиркнул зажигалкой.

– Благодарю.

Марта несколько раз глубоко затянулась, обнаруживая привычки и навыки бывалого курильщика.

– Ну, налейте даме, чего же вы стоите?

– Пожалуйста.

Роман налил ей водки, косясь на узкое загорелое колено, далеко торчащее из-под короткой юбки.

– Благодарю.

Марта коротко глянула на него и без всяких чоканий выпила. И даже не поморщилась.

– Ну, а вы?

Роман кивнул и тоже выпил. Скромная вечеринка обещала превратиться в серьезную попойку.

– А вы ничего, Роман, – сказала Марта, откидываясь на спинку стула. – Я думала, прислали какого-то франта… Только чтобы от меня отвязаться. А вы – о-о! – Она покачала головой и погрозила ему пальцем. – Когда вы их убивали, у вас было такое лицо, как будто вы чинили часы… Вы никогда не чинили часы?

– Как-то не довелось.

– А мой дедушка любил чинить часы. Говорил, это его успокаивает. И когда он чинил часы, у него было лицо такое же, как сегодня у вас…

– Давайте лучше еще выпьем, – сказал Роман.

– Вы хотите меня напоить? – прищурилась Марта.

– Я хочу, чтобы вы хорошо поспали.

– Ладно, – согласилась Марта, пододвигая стакан.

Роман налил ей сразу полстакана, не обидел и себя. Пить так пить, чего уж там зря водкой разливаться.

– Я вам нравлюсь, Роман? – спросила Марта.

– Нравитесь, Марта.

Она улыбнулась, отсалютовала ему стаканом и выпила водку, как воду.

Роман уже не удивлялся и последовал ее примеру. Если она захочет устроить состязание, в холодильнике есть еще бутылка водки. Ну, и по мелочи, вроде хереса и столового вина.

В гостиной зазвонил телефон.

– Извините, Марта, я должен отлучиться.

– Пожалуйста.

Она, заметно опьянев, стала прикуривать сигарету, сердито чиркая колесиком. Роман хотел ей помочь, но подумал, что в этой ситуации заставлять Мишеля ждать – свинство, и отправился в гостиную. Дверь он прикрыл, но не плотно, чтобы не обижать Марту.