Оперативный захват - Сергей Соболев

– В Новогиреево… почти напротив станции метро.

– Езжайте дальше по Фрязевской…

– Как-как вы сказали… по Фрязевской?

– Да, по Фрязевской, – в механическом голосе, как ей показалось, прозвучали какие-то странные нотки. – До платформы «Перово»… Ясно вам? Тогда выполняйте.

В микродинамике «гарнитуры», которая была прикреплена к ее ушной раковине, послышались частые гудки – опять отключился… осторожничает.

Когда она свернула на нужную магистраль, ей вдруг подумалось, что этот DET, возможно, неспроста выбрал улицу с названием того населенного пункта, неподалеку от которого и пропал двадцать девятого декабря ее приятель Макс. Может быть, специально подобрал так маршрут, чтобы расставить перед ней что-то вроде меток, тайных знаков, понятных лишь им двоим. Хотя, с другой стороны, нельзя исключить и случайных совпадений: ведь она десятки раз ездила этим маршрутом в Москву и обратно, с Максом и без оного…

Еще один звонок – корректировка курса. И еще один, когда она свернула сначала на Плеханова, а потом на Перовскую.

– Добро, – прозвучал в наушнике измененный синтезатором голос. – Припарковались? Перейдите через двор, там выход к гипермаркету сети «Billa»… Вывеску сразу увидите. Понятно?

– Да. Где мы с вами там встретимся?

– Нигде.

– Что? Как вас понимать?

– Буквально. Нам не нужно встречаться. Оставите конверт с деньгами в бардачке… в перчаточном ящике. Столько, сколько договаривались. Алло… вы слышите меня?

– Да, продолжайте.

– Конверт положили?

Лола вытащила из сумочки конверт с пачкой долларов. После секундного колебания открыла перчаточный ящик и положила туда деньги.

– Да, деньги на месте. Что дальше? Как я получу от вас…

– Получите! – перебил ее «голос». – Пакет найдете там же, куда вы только что положили деньги…

– Но… где гарантии…

– Хватит валять дурака! Мне нет смысла обманывать вас. Вы ведь не знаете и никогда не узнаете – кто я такой! Я просто делаю работу, за которую мне было заплачено. Ну так что?!

– Да-да, – она заторопилась, потому что ей показалось, что этот субъект может вообще свернуть переговоры. – Так мне что… выходить?

– Сделайте одолжение! Машину не закрывайте… понятно?! И последнее: в супермаркете вы пробудете сорок минут! После чего – засекайте время – можете возвращаться к машине…

Она бессмысленно шаталась по проходам супермаркета «Билла-Перовская» – ровно сорок минут, как ей и было велено. Бросила на кассе пустую грузовую тележку, едва ли не трусцой пересекла двор…

Увидев «муссо» на прежнем месте, там где его оставила, Лола облегченно вздохнула: она бы не сильно удивилась, если ее нынешняя авантюра закончилась бы не только потерей десяти «кусков», но и угоном внедорожника.

В салоне – ничего подозрительного. Огляделась украдкой: не наблюдает ли кто за ней со стороны… «DET» отключил связь, так что сейчас она могла лишь уповать на то, что этот человек – хотя она и не исключала, что имеет дело не с одиночкой, а с группой лиц – ее не «кинул», не оставил с носом.

Села в джип; потянулась к перчаточному ящику, пошарила вслепую рукой… Есть… Какой-то конверт – вроде того, что она достала чуть ранее из почтового ящика.

Когда вытаскивала оттуда снимки, руки у нее ходили ходуном: она даже выронила несколько черно-белых снимков себе на колени… Там же – в конверте, на котором отсутствуют надписи – нашлась «сидюшка». Ее она сможет просмотреть – если там что-то есть, на этой CD – лишь когда вернется в Реутово, на съемную квартиру.

Вытащила – наугад – один из снимков.

Двое мужчин – качество изображения довольно среднее, но рассмотреть детали все же позволяло – тащили за ноги и за руки к стоящему у самого обреза лесной опушки джипу третьего…

На котором было знакомое ей короткое серое пальто.

Показания таймера – 29.12./16.26.

Она просмотрела и остальные снимки.

Кто-то, скорее всего этот самый DET – возможно, сам не подозревая о том в момент скрытой съемки – заснял момент, когда двое мужчин вынесли из леска близ платформы «Металлург» тело молодого человека и уложили его в багажник своего джипа.

Несколько мгновений Лола сидела с застывшим, окаменевшим лицом.

Потом тонко, по-бабьи заскулила: она умом все еще не верила в случившееся, но на душе у нее сделалось черным черно, как на адском пожарище…