Оперативный захват - Сергей Соболев

Зоц заметил, как взгляд охранника моментально стал злым… Как он весь напрягся и собрался в один комок мускулов и нервов…

Мужик, экипированный в темно-серую, с разводами, униформу навалился на дверь с одной стороны, ну а Димон – с другой, не давая ее запереть…

«Чоповец», придерживая дверь правым плечом, потянулся рукой в нагрудный карман бушлата… там у него портативная рация!

Мешкать более нельзя – ни секунды!

Зоц выдернул из-под полы «марголин»…

И через дверной проем – подоспевший вовремя Рябой тоже налег на дверь с его стороны… вовремя подсобил! – всадил в охранника две пули: одна попала в живот, вторая угодила, кажется, в бедро…

Мальцев, наблюдавший за происходящим из-под арочного проема, напрягся: как-то все пошло не так, как они первоначально планировали…

Щелкнул выстрел… еще один!

Мальцев увидел, как два его земляка навалились на дверь… Первым вломился в «модуль» Димон, за ним – Рябой!

Он перевел взгляд на «смуглявого», который шел от обменника в сторону прохода к павильонам. Парень был уже почти у самого прохода, как вдруг остановился… Потом обернулся на шум – услышал-таки, наверное, щелчки «марголина»…

Несколько секунд, показавшихся наблюдавшему за ним Мальцеву бесконечностью, он смотрел в сторону ряда минимаркетов, откуда, собственно, он и шел к одному из рыночных павильонов. Потом повернулся. И с той же скоростью, что и прежде, зашагал в нужном его направлении: то ли не врубился, что это за звуки, то ли решил, что происходящее возле минимаркетов, – что бы там ни было – его совершенно не касается.

Из «сторожки», рядом с которой находится шлагбаум, – до нее от «модуля» не менее полусотни метров – показался какой-то мужик в форме охранника. Он покрутил головой, как будто хотел понять, послышались ли ему подозрительные звуки… Нет, не «просек», не встревожился – постояв немного у полосатого шлагбаума, направился наискосок через небольшую стоянку к грузовым фургонам, возле которых копошатся какие-то темные фигурки…

Мальцев, хотя и стоял на стреме, не участвуя непосредственно в «эксе», весь покрылся липкой испариной.

Ну и чего, спрашивается, землячки так надолго зависли в этом гребанном обменнике?!

Димон, переступив через скорчившегося на полу охранника, первым оказался в «тамбуре». Резко, вкруговую, повязал нижнюю часть лица шарфом, сверху – поверх кепки – набросил капюшон. И тут же, не обращая внимания на раненного «чоповца», метнулся через крохотный коридорчик к окошку кассы…

– Быстро деньги сюда!!! – гаркнул он в окошко. – Выкатывай все бабки, кому сказано!.. А то – мочкану!!!

В проеме, через стекло, какое-то время было видно – не всю, а голову и верхнюю часть туловища – полногрудую круглолицую женщину. Определенно, она слышала и выстрелы, прозвучавшие всего в нескольких шагах, и громкие стоны, которые доносились из предбанника… Несколько секунд она была в шоке, и, кажется, не врубалась, чего от нее хотят…

– Отпирай свою каморку, сука!! – рявкнул Димон. – Не отдашь деньги, прибью нах!!!! А если отдашь… то оставлю жизнь… обещаю!!!!!

Рябой закрыл за собой дверь обменника. Наклонившись к лежащему на полу охраннику, выцарпал из его руки «переговорник» – тот так и не успел воспользоваться своей рацией… На боку у «чоповца» имелась кобура с «ижаком»; Толян – как и его партнеры, он был в перчатках – вытащил пистолет из кобуры и отбросил его в сторону. Взял охранника одной рукой за ворот бушлата, другой – за руку… Потащил его волоком по полу в коридорчик, где стоял его партнер: другого места, другого закутка, чтобы спрятать «подранка», чтобы убрать его с виду, здесь, в тесноватом модуле, попросту не было. Метнулся обратно к двери, запер ее и тут же перевернул табличку – «ЗАКРЫТО»…

– Ша, мужик… замри… а то – пристрелю! – Зоц посмотрел сверху вниз на скорчившегося у его ног в позе эмбриона подраненного охранника. – И шоб ни звука! – Он вновь постучался рукоятью «марголина» в окошко кассы. – Слушай сюда, женщина!! В последний раз говорю тебе: давай бабки сюда… по-хорошему!!!!!

Не дождавшись ответа, Димон сдал, насколько позволяло тесное пространство, назад… Прижался лопатками к противоположной стенке, и… выстрелил в стекло!

Но при этом целился не в саму кассиршу, а в верхнюю часть не зарешеченного проема: во-первых, убивать кассиршу в их планы не входило, а во-вторых, если он ее «мочканет» через это гребанное окошко, то как тогда взять «бабло»?!

Женщина, и без того, кажется, напуганная до смерти, сделала вдруг то, чего от нее – когда планировали «экс» – ну никак не ожидали: она сползла со своего стула и забилась под стол…

На котором, кстати говоря, – Димон видел это совершенно отчетливо – были разложены пачки денег: отдельно «зеленые», рассортированные по номиналу в сто, пятьдесят и двадцать долларов, отдельно – пачки с рублевыми «пятисотками» и «тысячными»…

– Ну чё там?! – крикнул из тамбура Рябой. – Бери бабки… и сваливаем!!!

«Ага… легко сказать, – промелькнуло в голове у Зоца. – А если эта пышногрудная телка предпочтет героически сдохнуть на своем посту? Или, допустим, стекло не удастся высадить… похоже, бля, стекло-то армированное – а вот на это-то расчета и не было!..»

Он выстрелил еще раз – прямо по центру окошка, в ту часть, которая не была дополнительно прикрыта металлической решеткой. Ударило по барабанным перепонкам, кисло запахло пороховыми газами…

В стекле появилась еще одна «метка» с расходящимися в сторону – длиной не более четырех-пяти сантиметров – трещинками… После третьего выстрела у Зоца окончательно заложило уши…

Он выщелкнул обойму, опустил ее в карман куртки, а на место вставил запаску. И тут же врубился, что действует глупо, как сущий идиот. «Марголин» хорош в ближнем бою, а это вот стекло, оказавшееся неожиданно прочным, при помощи пальбы из мелкокалиберного пистолета ну никак не сокрушить… Мало того, из маломощной «пукалки» вряд ли получится растрелять и дверной замок.

А это именно то, что он собирался сейчас сделать. Поскольку иного варианта, как, каким еще способом можно проникнуть в «денежную каморку» и загрести все сложенные на столе – как будто специально для них приготовили – деньги, он сейчас попросту не видел.

Зоц пнул охранника носком ботинка. Тот еще минутой ранее отполз в угол, – крови было на полу лишь чуть – и теперь сидел, схватившись руками за живот… Пульки у «марголина» хоть и мелкие, да жалят больно.

– Эй, ты! Как зовут вашу кассиршу?! Имя?!! Быстро, мать твою!!!

Он прицелился в голову охраннику.

– Н-не убивайте…

– Имя!! Быстро!!!!!

– Марина…

Димон принялся колотить рукоятью «марголина» в покрывшееся трещинками, но никак не желающее поддаваться, стекло:

– Слышь ты… Марина?! Открой, бля!!! А то гранатой вскрою… как консервную банку!!!