Боевое кредо - Андрей Загорцев

В связи с бурным развитием технического прогресса и не менее бурным, но весьма затяжным, реформированием наших доблестных Вооруженных сил в армейской среде начали появляться компьютеры (в основном используемые в качестве печатных машинок) и в еще большем количестве – офицеры-выпускники вузов (они же двухгодичники-двухгадюшники), тоже используемые в штабах в качестве «принеси – подай», «напечатай что-нибудь», «не мешайся под ногами» и «что ты натворил, дебил».

В одной доблестной бригаде спецназа, борющейся то ли за право называться спецназом, то ли за право называться бригадой, вышеперечисленные компоненты присутствовали в полной мере. Но однажды на КПП появился совершенно не вписывающийся в окружающую суровую действительность индивидум. Это был молодой человек, по всем признакам мужского пола. Хотя дежурный по КПП сперва принял его за девицу, прибывшую повидать какого-нибудь солдатика и одарить своего возлюбленного или домашними пирожками, или не менее домашней венерической болезнью. Так как на инструктаже суточного наряда заместитель начальника штаба бригады весьма доходчиво объяснил: «Петренко, не посмотрю, шо ты уже «контрабас»! Не дай бог, какие прошмандовки на КПП ошиваться будут, сгною в кочегарке!»

Поэтому сержант Петренко, увидев непонятное длинноволосое существо, с сережками в ушах и в закатанных до колен джинсах, недолго думая, рявкнул:

– А ну, мля, марш отсюдова, день посещений в субботу!

Человеческое существо подпрыгнуло на месте и обматерило сержанта грубым мужским басом. Сержант, решив, что на КПП напали трансвеститы, вызвал подмогу в лице своего помощника и, прикрыв тылы на всякий случай (да мало ли что, вдруг это непонятное существо – любитель мужественных сержантских задниц?), ринулся в атаку. Атака захлебнулась, когда неизвестный предъявил кучу документов, в том числе и предписание на прохождение службы в данной части. Неизвестного в списки вражеских шпионов зачислять не стали, позвонили в штаб и очень скоро, часа через три, все-таки сумели выйти на начальника строевой части и сообщить о новом офицере, страстно желающем проходить службу. Моложавый майор начальник строевой горестно вздохнул и попросил провести к нему вновь прибывшего. Процедура оформления долгого времени не заняла, и гражданский человек, внезапно ощутивший себя лейтенантом, был представлен командиру бригады. Комбригу при виде длинноволосого, с вытаращенными глазами подчиненного стало жутко весело, и он, с шутками и прибаутками, «нахваливая и воспевая оды» окружникам-кадровикам, впал в ступор и горестно махнул рукой.

Лейтенанта-двухгодичника поселили в офицерском общежитии, в комнату с двумя «кадровыми» лейтенантами, тоже недавно прибывшими в часть. Выпускники Рязанского и Новосибирского училищ благосклонно приняли появление нового соседа и принялись приводить «пиджака» к «нормальному бою». Паренек был обстрижен наголо, кольца-сережки вынуты из ушей и еще из всяких там мест. Процесс подшивания подворотничков был им усвоен на «отлично с плюсом», хотя и вызвал некоторые затруднения, особенно при подшивании зимнего бушлата. Ботинки с высоким берцем привели его в полнейший восторг; жаль, что вместо крутой банданы с черепами на голову напялили бесформенную камуфлированную кепку. Однако паренек оказался ухватистым и, подсмотрев некоторые секреты у своих «кадровых» друзей, с помощью проволоки и утюга привел кепчонку в более-менее сносный вид. Наличие военной кафедры в институте, выпустившем лейтенанта-двухгодичника, свидетельствовало о том, что данный товарищ был полным профаном в военном деле, особенно в строевой подготовке.

Лейтенанты объяснили, кому надо отдавать воинское приветствие, а кому и замечание сделать за неотдание оного. Причем, чуть-чуть покривив душой, они внесли небольшое изменение в устном изложении «Строевого Устава», и новенький лейтенант недели две отдавал воинское приветствие своим соседям по комнате, переходя на строевой шаг и звонко во весь голос приветствуя друзей. Потом, конечно, он обтерся и перестал удивлять окружающий люд криками типа «Здра жела. тыщ лейтенант СПЕЦНАЗА».

Соответственно, лейтенанты потренировали своего подопечного в проставлении за должность, за подъемные, за получение первой зарплаты и за многое другое. В результате вновь прибывший через месяц стал «своим в доску», перестал спрашивать в «чипке» гамбургеры и колу, а организм его, привыкший за годы студенческой жизни к пиву, перестроился на более крепкие напитки. Теперь молодой лейтенант вальяжно фланировал по части, спокойно заваливал порученные задачи, очень толково объяснял причину неудач и громко рыкал на военнослужащих по призыву: «Кудда-а-а преешь, абезьян?»

Молодой лейтенант прошел курс обучения, «смело и мужественно» совершил прыжок из вертолета, после приземления получил запаской по одному месту, и добился разрешения от своих соседей на ношение тельняшки и берета. На стрельбах увлеченно пострелял по мишеням и громогласно заявил после: «Халф-Лайф – отстой!» Все у него нормализовалось; остались некоторые пагубные привычки типа Интернета и сетевых игрушек, которые, однако, несению службы не мешали. Еще бы совсем немного, и он стал бы военным – обыкновенным, однако, по воле случая, шествуя по штабу с кучей каких-то документов, наткнулся на командира. Лейтенант знал, что при встрече с начальством лучше всего сделать тупое лицо и как можно быстрее сбежать. Выполнить он успел только процедуры с лицом. Комбриг, увидев «пиджака», ощерился и хотел за что-нибудь «отлюбить» бедолагу, однако почему-то передумал.

– Слышь, лейтенант, ты же у нас вроде с компьютерами дружишь?

– Никак нет, тщщщ… полковник, я с лейтенантами первого батальона дружу.

– Ты что, идиот?

– Так точно! Разрешите идти?

Комбриг рассвирепел и в двух словах объяснил лейтенанту, чего хочет от него. Все оказалось не так страшно – в бригаду каким-то чудом поступила партия компьютеров. А недавно на военном совете в штабе округа командующий благосклонно отозвался о радиотехнической бригаде, в которой на компьютерах не только играли в «Сапера» и считали должностные оклады, а еще занимались какой-то крайне полезной деятельностью.

Поначалу при виде упаковки компьютеров в голову спецназовского комбрига пришла мысль. «Ого, вот доча новому компу обрадуется!» А теперь, увидев лейтенанта-«пиджака», комбриг осенил сам себя идеей, что компьютеры можно не просто раздать по кабинетам начальников служб и отделений, а придумать что-нибудь стоящее. Тем более что через несколько месяцев на профессиональный праздник ожидались «высокие гости». Лейтенант сначала понял, что ему пытаются что-то объяснить, а потом понял – что именно. Не задумываясь, он ляпнул первое, что пришло в голову.

– А давайте я сеть сделаю, товарищ полковник!

– На что мне твоя сеть! Я охоту больше люблю! – возмутился командир.

Лейтенант в течение минут двадцати объяснял про компьютерную сеть и преимущества, которые могут заполучить штаб бригады и всяческие службы. Полковник наморщил лоб и постепенно понял, что документы в электронном виде можно будет кидать с компьютера на компьютер, править-проверять-сверять и т. д., и т. п. Да и много еще что можно сделать. Мысль командиру понравилась, и он, убыв в свой кабинет, немедленно вызвал к себе начальника штаба, начальника связи, начальника службы защиты всяческих, в том числе и государственных, тайн, особиста-контрразведчика, начфина и начальника столовой. Начальник столовой прибыл первым и вылупился на комбрига.