Фраера - Валерий Горшков

Доложив Герцу об удачном похищении, Клим приехал обратно к гаражу в отличном настроении.

Собственно, чего ему не радоваться? Бригадир остался доволен работой и сказал, что в скором времени приедет, чтобы лично побеседовать с девчонкой. Обещал завтра же представить их с Макароном братве и отправить на рабочую стрелку с группировкой «чехов».

Мечты сбывались, и Клим был счастлив.

Он быстро открыл замок на массивных дверях гаража, потянул их на себя… А потом, едва в полумрак помещения ворвался поток дневного света, молниеносно схватился за рот обеими руками, выронил тяжёлый замок на землю, и его стошнило прямо на ботинки.

Бледный, весь перепачканный в крови Макарон старательно вырезал на теле девушки какой-то рисунок, крепко зажав пальцами правой руки зелёный осколок стекла.

В губах его дымился окурок сигареты, волосы были мокрыми и взлохмаченными, на лице застыло выражение вдохновенного скульптора, превращающего безликую породу в произведение искусства.

Он стоял на карачках со спущенными штанами, и было видно, как дьявольская работа возбуждает его.

– Ты что, охренел, скотина! – закричал во все горло Клим, с трудом подавляя очередной приступ тошноты. – Переста-а-ань!..

Он подлетел к наркоману и изо всех сил ударил его ногой в челюсть.

Тот неловко запрокинул голову, колени его оторвались от пола, окурок сигареты и осколок стекла разлетелись в стороны. Макарон повалился на землю, прямо возле ног обезображенной девушки, и завыл, как побитая собака.

Клим ударил его ещё несколько раз, но посчитал, что этого слишком мало, и, слегка передохнув, стал лупить наркомана до тех пор, пока не устал.

К тому времени извращенец уже перестал реагировать на удары, отвечая на них лишь чавканьем превращённого в свежий бифштекс тела.

– Что же ты натворил, скотина?! – в бессильной злобе задыхался Клим. – Зачем ты порезал её, идиот?!

Но Макарон, кульком валяющийся на буром от крови полу, молчал, не подавая признаков жизни. И лишь когда уставший махать руками и ногами «гвардеец» опустился в изнеможении на тахту рядом с подвешенной Ириной, наркоман тихо застонал.

Сколько времени они находились в таком состоянии, Клим не знал. Может, пятнадцать минут, а может, и сорок пять. Но, когда загудел двигатель быстро приближающейся автомашины, Олег пришёл в себя, поднял с пола осколок бутылки и перерезал капроновый шнур, на котором полувисела перекинутая через тахту Ира.

Девушка застонала и сползла вниз, оставляя на выкрашенной белой краской стене размазанный красный след.

– Жива, сучка… – прошептал Клим и стал судорожно нащупывать сигареты. Пачка оказалась пуста, и он со злостью отшвырнул её в сторону.

Появившийся в проёме Герц секунду смотрел на представшее перед ним месиво, а потом привалился плечом к холодному камню. Нервы его оказались несколько крепче, чем у кандидата в боевики, но вот желудок – нет.

Покончив с неприятной процедурой, он, шатаясь, приблизился к месту трагедии и хрипло прокаркал, обращаясь к Климу:

– Ну… рассказывай…

– Я… пока звонил тебе… он… – «Гвардеец» с отвращением взглянул на начинающего шевелиться и даже пытающегося встать на ноги Макарона, – он сошёл с ума…

– Это я и без тебя вижу! – Герц наклонился, поднял наркомана за шиворот легко, как котёнка, а потом неожиданно для Клима сильно бросил о кирпичную стенку.

Макарон влетел в неё точно лбом. Раздался хруст треснувшей кости, свист вырвавшегося из сдавленных судорогой лёгких воздуха, и садист рухнул на землю.

– Значит, так. – Герц ткнул пальцем в дрожащего от страха быка. – Остаёшься здесь и приводишь все в порядок. Чтобы ни одна ментовская овчарка не смогла унюхать даже запах крови, не то что заметить её! Потом, когда сделаешь, закроешь замок… – Михаил задумался. – Нет. Останешься здесь! И будешь ждать меня. Ясно?

– Да, – закивал головой насмерть перепуганный Клим. – Все сделаю. Сейчас пойду за водой… Только… что с ними делать? – спросил он, но тут же замолчал, когда увидел, как Герц вернулся к машине, открыл багажник, затем схватил Макарона за ногу и поволок к дверям.

– Помоги, чего вылупился!.. – рявкнул бригадир, и Клим немедленно бросился на помощь.

Вдвоём они быстро погрузили в объёмистый багажник «мерседеса» окровавленные тела.

Герц захлопнул крышку и умчался, а Клим, отыскав в куче мусора почти не дырявое ведро, направился к находящемуся неподалёку пруду.