Придворные отморозки - Александр Тамоников

— В пятницу ночью, часам к двум!

— Заметано! В два «УАЗ» будет у твоего шлагбаума.

— Еще раз спасибо!

— Веселой тебе прогулки, Дима!

— Вернусь — гульнем!

— Это обязательно. Ну пока, дела тут у меня, совещание собираю.

— Ты еще и работаешь?

— А ты как думал?

— Тогда до свидания!

— Счастливо!

Жилин отключил связь. Все срослось, Никитин не подвел, и послезавтра… послезавтра он покинет эти края навсегда!

В пятницу к обеду грязный милицейский «уазик» высадил Жилина у здания прокуратуры. Развернулся и отправился на стоянку местного ОВД. Водителю необходимо было отдохнуть перед обратной дорогой.

Проводив взглядом машину, Дмитрий Сергеевич пошел от здания прокуратуры. Путь его лежал на улицу Пушкина, которая располагалась в частном секторе, почти на берегу Аллы. В дом № 16/2, купленный им еще лет восемь назад, когда он только стал начальником прииска. Сюда Дмитрий Сергеевич наведывался редко, оттого сад густо зарос диким кустарником. Дом, обнесенный местами поваленным забором, находился в полном запустении и, судя по некоторым признакам, был излюбленным местом игр местных пацанов.

Жилин вошел в дом. Его окружила своим ароматом атмосфера медленного умирания. Но это было неважно. Главное погреб, а в погребе, под одной из небольших бетонных плит, которыми выложен пол, тайник.

Дмитрий Сергеевич спустился в погреб, включил свет. Вытащил штырь в углу, открывая нехитрое запорное приспособление, и поднял нужную плиту. Внутри, в объемной яме — пять брезентовых пакетов. Открыл один — золото. Другой — то же самое. Проверив таким образом остальные пакеты и убедившись, что Сулема сделал все точно, не позарившись на общее богатство, закрыл тайник. Поднялся наверх, подготовил постель, лег и тут же уснул. Ночная дорога вымотала и его.

Утром, в шесть часов, его разбудил Сулема, явившийся первым.

Он был с большой спортивной сумкой.

— Прошел незаметно?

— Как положено, шеф!

— Открывай сумку!

В нее пересыпали полтора пакета. Получилось около двадцати килограммов. Ноша вполне подъемная, особенно если нести на плече.

Позднее, с промежутком в два часа подошли Алим с Филиппом. Золото равномерно распределили на всех. Жилин приказал:

— Сулема, давай на вокзал, возьми билеты и возвращайся. Остальные располагайтесь где кто захочет. До 18.00 будем находиться здесь!

— А если в одно купе билетов не будет? — спросил Сулема.

— Ты что, не знаешь, как с кассиршей разговаривать? Подбрось ей четвертной, она тебе все и сделает!

— Посмотрим!

— Никаких «посмотрим»! Все четверо должны ехать в одном купе. Крутись там на вокзале как хочешь! Задачу понял?

— Понял.

Вернулся Сулема через два часа. Довольный.

— Все нормально, шеф! — Он бросил на стол билеты. — Вагон № 5, третье купе! Отправление в 19.00 с первого пути.

— Молодец, — похвалил его Жилин и добавил: — Мне нужно тут, в Верхотурске, кое с кем проститься, я на часок выйду, вы тут смотрите — никакой водки! Сулема, отвечаешь за порядок! Тронемся — обмоем!

Жилин вышел из дома, прошел до переговорного пункта, попросил телефонистку соединить его по номеру с Москвой. Пришлось полчаса ждать, пока женский голос через динамик не пригласил его в третью кабину.

— Рудаков слушает!

— Николай Степанович? Это Дмитрий!

— А! Здравствуй, дорогой! Чем обрадуешь?

— В 19.00 выезжаем на Москву, пятый вагон.

— Загрузился полностью?

— Да!

— Это очень хорошо! Тогда слушай! Решишь проблему с нерусскими попутчиками, выйдешь с тем, кого подобрал в напарники, на последней остановке перед столицей. Это будет Рязань. Там тебя встретит капитан милиции, да, да, не удивляйся. Это мой человек! Поезд будет в Рязани ночью, в три часа по расписанию, он обеспечит тебе безопасность от местной милиции и привезет на машине ко мне на дачу. По дороге сами решите, где сбросить балласт. Все понял?

— Понял, Николай Степанович!

— До встречи, Дима, удачи тебе, дорогой!

— До свидания!

Садились в поезд поодиночке, как бы не зная друг друга. И только когда поезд тронулся, Жилин достал литр водки, вареную курицу из буфета, с десяток яиц и хлеб с зеленью.

— Ну что, ребятки, обмоем успех нашего дела?

— Какой базар, начальник? — ответили подельники.

Выпили. Пошел оживленный разговор. Чеченцы достали нарды, сели на полке Сулемы кидать шеш-беш. Жилин подал знак Филиппу выйти.

Они прошли в тамбур. Жилин протянул Филиппу сигарету:

— Кури, Саня, и слушай меня внимательно.

Филипп закурил, Дмитрий Сергеевич заговорил:

— Как ты думаешь, Саня, стоит с чеченами золотом делиться?

— Не понял?

— Ребята они хорошие, слов нет, дело свое сделали, деньги заслужили, базара нет! Но уж очень они горячи и до баб охочи, а нам сначала притихнуть надо. Не получится так, что мы им бабки, а они в кабак? Спалятся по пьянке! У ментов к ним вопрос — откуда столько денег? Что они ответят?

— Придумают что-нибудь! Не знаю!

— С такими бабками, Саша, ничего не придумаешь. Вот менты и расколют их, как орехи грецкие. Да там и раскалывать, по большому счету, нечего. Откуда прибыли? Из Верхотурска. Что там делали? На прииске золотодобывающем работали! А там три года назад вертолет с «рыжьем» бандюганы приземлили. Семь трупов и исчезновение шестидесяти килограммов золота… Дальше продолжать объяснять? Через них и мы влетим! Ты хочешь на зону? Если не к стенке?

— Да, — задумался Филипп, не замечая, как пепел падает ему прямо на грудь, — такой расклад возможен! У них, особенно после дури, башку напрочь сносит! Это точно, и бабками они могут начать сорить, не думая! В принципе, ты прав, Дмитрий Сергеевич!

— От них надо избавляться, Саня! Согласен?

— Согласен!

— Короче, так! В следующую ночь, на подъезде к Рязани, ровно в час, кончаем их. Ты берешь на себя Алима, я — Сулему! Валим заточками, они у меня с собой. Чтобы крови не было. Пересыпаем золото в свои сумки, их долю делим поровну, сумки, с которыми они садились в поезд, оставляем на месте. Мало ли проводник решит проверить, выходить ведь будем раньше?

— Раньше?

— Да! В три часа, в Рязани. Нас встретят. И отвезут куда надо!

— Ладно!

Филипп на минуту задумался.

— А ведь ты с самого начала планировал убрать чеченцев, Жилин?