Расстрельная сага - Александр Тамоников

Сергей покачал седой головой:

— Теперь вроде ясно! В плане общей задачи. Но необходимо еще знать порядок связи с вэвэшниками и пилотами, их позывные, режим работы в эфире! Определить пути отхода после завершения операции и порядок эвакуации взвода в полк!

Рогачев указал кивком на начальника штаба:

— С ним все до конца и решишь! Можете быть свободны. Голодец, останься!

Начальник штаба с начальником разведки прошли в отсек Колотова — решать все вопросы по предстоящему боевому применению.

Вышли из ангара через полчаса, устроились в курилке. Колотов, прикурив сигарету, сказал:

— Вот так, Сергей… Что брать с собой — не мне тебя учить, а вот бойца одного тебе лучше оставить в части.

Солоухов удивленно взглянул на начальника штаба:

— И о ком это ты так заботишься, Андрюша?

— Сам не въезжаешь?

— О Капустине?

— О нем!

— И почему я должен отстранить его от рейда?

Колотов вздохнул:

— Да ничего ты не должен, но было бы лучше для всех нас, если Капустин останется в части.

— Андрей, еще раз и, пожалуйста, по-русски!

— Ну чего ты придуриваешься? Не знаешь, кто его родители?

— Да мне плевать на это! Он боец второго взвода, который запланирован на боевой выход.

— Плевать-то ты, конечно, можешь, но послушай: до меня дошла информация, что пахана твоего рядового Капустина повысили. Сейчас он генерал-майор, начальник какого-то серьезного управления ФСБ. Скорее всего, я так думаю, сына попытаются перевести поближе к себе. А тут рейд, и никто не даст гарантии, что этот сынок вернется из него живым. Понимаешь, о чем я?

Солоухов ответил:

— Не понимаю и не хочу понимать! Для меня все подчиненные равны, но Капустина я заменю. Только не потому, что он генеральский сын, а потому, что не обстрелян, опыта боевого еще не имеет.

Начальник штаба произнес:

— Ну, вот и ладненько! Карту ты взял, иди, готовь личный состав и готовься сам. Завтра, если у тебя не возникнут ко мне вопросы раньше, встретимся у «вертушки»!

Солоухов затушил в закопанной в землю бочке с водой окурок, встал и направился к палаткам расположения разведывательной роты. Стоявший под грибком у телефона внутриполковой связи дневальный подал команду:

— Дежурный по роте, на выход!

Вместе с сержантом из палатки вышел и командир роты капитан Бугров. Он поднял ладонь к виску под фуражкой:

— Здравия желаю, товарищ майор!

— Здорово, Володя, как дела?

— Нормально! Рота занимается по распорядку дня.

Капитан взглянул на часы:

— Сейчас взвода должны подойти!

Солоухов предложил:

— Пройдем-ка к тебе в канцелярию!

Бугров указал на тамбур палатки:

— Прошу!

Офицеры прошли в отсек, служащий командиру роты временной канцелярией. Майор довел до капитана поставленную командованием полка задачу по банде Дервиша. Ротный, внимательно выслушав, спросил:

— Меня с собой берете?

— А зачем там ты, Вова? Обойдемся со взводным Рыковым. Ты только обеспечь полноценную подготовку второго взвода к выходу. Пусть возьмут побольше боеприпасов. На воде не экономить, а паек можно урезать, патроны нам будут нужны гораздо больше галет с тушенкой!

— Понял! Сделаю! Оружие штатное? Или усилить взвод дополнительным вооружением?

Недолго подумав, майор произнес:

— Нет! Дополнительного ничего не надо, оружие штатное.

— Ясно!

— Да, и замени рядового Капустина стрелком из любого другого взвода!

Капитан усмехнулся:

— Ясно! Одного не пойму: на какой черт его тогда прислали к нам, если мы должны за ним, как за телком необлизанным, ухаживать?

Майор строго взглянул на Бугрова:

— Никто за ним ухаживать не собирается и опекать тоже, но он, насколько знаю, во втором взводе один из тех, кто еще ни разу настоящих «духов» в глаза не видел. Сначала обкатаешь его на сопровождении колонн, потом на горные посты выставишь. Как адаптируется, так и будем использовать в полной мере, а пока он не готов к рейду и станет лишь ненужной обузой взводу! Ну, ладно, работай! Второму взводу отбой на пару часов раньше, пусть ребята выспятся. Я у себя, в штабном модуле. Возникнут проблемы, звони! Если ничего не изменится, завтра встретимся здесь же в 6.00 на подъеме!

Командир роты проводил начальника разведки полка, и Солоухов направился к себе в штаб.

Удобно устроившись за столом в небольшом отсеке, приятно охлаждающемся старым, еще бакинским, кондиционером БК-1500, майор наклонился над картой, начав внимательно, миллиметр за миллиметром, изучать район предстоящего боевого применения, оценивая поставленную задачу и просчитывая варианты решения, одному из которых уже завтра утром предстояло отвести статус боевого приказа.

Размышлениям начальника разведки помешал стук в дверь. Начальство стучать не будет, да и офицеры тоже. Значит, или посыльный, или…

— Да?

На пороге появился Капустин.

Вот уж кого не ждал Солоухов.

Капустин вошел, прикрыв за собой дверь, представился, хотя в этом не было никакой необходимости:

— Рядовой Капустин!

— Вижу, что Капустин! И что ты хотел, Капустин?

— Я по поводу своего отстранения от боевого выхода взвода.

Сергей протянул:

— Та-а-к! Ты, Артем, оказывается, устав плохо знаешь. Приказ начальника не обсуждается!

— Я знаю это, но пришел к вам поговорить как с человеком, а не только как со старшим офицером! Если, естественно, подобное возможно.

— Ты продолжаешь удивлять меня. Ну что ж, коли ты так ставишь вопрос, проходи, присаживайся, поговорим!

Капустин присел на стул напротив начальника разведки.

Сергей перевернул карту.

— Слушаю тебя.

— Я хотел бы узнать причину того, почему вы отстранили меня от участия в боевой операции.

— Угу! Ты хотел бы узнать? Ладно, узнавай! Я считаю, что рядовой Капустин не готов к выполнению той задачи, которая поставлена перед вторым взводом. Я считаю, что рядовому Капустину пока рано принимать участие в рейдах повышенного риска. Я считаю, что рядовому Капустину еще следует пройти несколько предварительных этапов перед тем, как быть привлеченным к сложным заданиям! Этого тебе достаточно?

Солдат отрицательно покачал головой:

— Ответьте, пожалуйста. Я нахожусь в штате учебного или боевого подразделения?