Мастер ликвидаций - Сергей Зверев

На том и сошлись, что только психически неуравновешенный человек мог додуматься до такого – застрелить жертву, а потом аккуратно разрубить ее топориком и, упаковав останки в три спортивные сумки, во время вечерней прогулки поочередно вынести эти сумки в три разных контейнера с мусором. Потом вернуться домой, тщательно убрать квартиру, плотно поужинать и завалиться на диван перед телевизором… Именно поэтому в состав оперативно-следственной бригады включили капитана Бондаренко – «крупного спеца по маньякам». Два года назад ему практически в одиночку удалось вычислить некоего спортсмена, на счету которого было около двадцати жертв. Он убивал их отточенным ударом по шее – ломал шейные позвонки, а затем всегда вырезал печень и скармливал ее своей сиамской кошечке. Тогда капитану помог случай – страстный любитель животных, обычно весьма осторожный, обронил на месте преступления билет на матч московского «Спартака». На билете имелись кое-какие записи, которые и навели на след…

В то утро, когда обнаружили злосчастные сумки с останками, Бондаренко отрабатывал свой законный выходной на даче. Его сняли вечером прямо с электрички, привезли в управление, ознакомили со всеми протоколами и пообещали повысить в звании, если он раскроет это преступление.

Бондаренко, конечно же, упирался руками и ногами: на нем мертвым грузом висело еще несколько «горячих» дел. Взять хотя бы недавний «заказник», когда метким выстрелом из снайперской винтовки был убит Кузин – папа столичного рэкета. Ну, тут хотя бы все ясно – бандитские разборки. А вот кому понадобилось убивать красивую молодую бабу, а затем прятать ее останки в мусорных контейнерах?.. Но против начальства, как известно, не попрешь. Их дело – приказывать. Твое – выполнять приказы…

От предчувствия долгого и мучительного расследования, которое, скорее всего, зайдет в тупик, у Славы Бондаренко разболелась голова. Он знал, что ловить маньяков – дело неблагодарное. Эти сволочи, как правило, ничем не выделяются из толпы. Частенько у них достаточно развитый интеллект, безупречное поведение в быту – вывести таких на чистую воду можно разве что по случайности. Хорошо, если удастся в кратчайшие сроки установить личность убитой. А если нет? Вдруг эта девчонка – не москвичка? Приехала в столицу из ближнего зарубежья, чтобы заработать бабки, не подозревая, что тут таких охотниц до заработка – пруд пруди. Дурочка и думать не думала, что ее последним пристанищем станет мусорный контейнер…

– Если тебя интересует мое мнение, то ищи профессионала, – голос Шуры Шевцова прозвучал так неожиданно, что Бондаренко вздрогнул и едва не уронил протокол допроса. Надо же, он так углубился в свои размышления, что совсем забыл, где находится!

– Что ты сказал?

– Тот, кто ее расчленил, окончил, как минимум, три курса медицинского, – повторил Шевцов и приглашающе махнул рукой – дескать, поди, полюбуйся.

Преодолевая отвращение, Бондаренко подошел к столу. Он смотрел на куски тела и думал о том, что сегодня вечером напьется до свинского состояния. Да, напьется, и плевать ему на то, что по этому поводу скажет его благоверная…

– Видишь, какой тут ровный надрез! – тем временем продолжал Шевцов. – У дилетанта рука точно бы дрогнула… А здесь чувствуется частая практика. Он – либо патологоанатом, либо рубщик мяса.

«Боже, какие мерзости он говорит!» – пронеслось в голове у Бондаренко.

Однако оторвать взгляда от останков, разложенных на столе, он не мог. Теперь это было так же трудно, как заставить себя смотреть на них. Не верилось, что когда-то все это складывалось воедино и принадлежало молодой красивой женщине. Капитан уголовного розыска Слава Бондаренко богатым воображением не обладал, но, глядя на правую руку потерпевшей, на которой чудом сохранилось малюсенькое колечко с бриллиантом, на ее холеные, обескровленные пальчики, он вдруг усомнился, что перед ним – «ночная бабочка», приехавшая из провинции за куском «легкого хлеба».

Колечко было, скорее всего, обручальное. Причем, сделанное на заказ. Да и носилось на безымянном пальце, что только подтверждало его сомнения. Дарить такие подарки проституткам было бы нелепо. Ну какой уважающий себя богач возьмет в жены шлюху, пусть и бывшую? Значит, потерпевшая либо украла это кольцо, либо в самом деле была замужем. И замужем не за простым бедным смертным…

«У меня разыгралась фантазия, – пытался переубедить себя Бондаренко. – Если эта девушка – из порядочной семьи, то ее давно бы хватились. А утром я просматривал все заявления о пропавших без вести. И там не было никого, кто бы подходил по приметам…»

– Шура, ты обратил внимание на кольцо? – тихо перебил он патологоанатома.

Шевцов обиженно замолк:

– Я же не слепой.

– Что скажешь по этому поводу?

Эксперт наклонился над останками и деловито снял кольцо с пальца. Поднес к глазам и, что-то бормоча себе под нос, принялся с интересом его рассматривать.

– Тонкая работа! – с непонятным воодушевлением заключил он. – Я, конечно, не эксперт по «ювелирке», но моя бывшая женушка от счастья уписалась бы, если бы получила такой подарок.

– Тогда какого черта преступник оставил его на пальце? Оно ведь золотое… И стоит кучу бабок.

Шевцов пожал плечами. Видимо, по этому поводу у него не было никаких соображений.

– Может, торопился? – неуверенно начал он. – А может, решил не рисковать. Колечко-то приметное. Носить его просто так не будешь – враз опознают. Сдавать в скупку – тоже рискованно…

– Так, о «ювелирке» и о мясниках мы поговорили. Теперь хочу поподробнее узнать мнение профессионала о причинах смерти.

– Причинах? Огнестрельное ранение в голову. – Шевцов ткнул пальцем в круглую, почти незаметную дырочку на виске потерпевшей. – Входное отверстие круглое. Видишь следы копоти? Значит, стреляли в упор. Из пистолета среднего калибра…

– О господи! – простонал Бондаренко. – Только этого мне не хватало: маньяк с пистолетом, окончивший курсы рубщиков мяса!

– С медицинским образованием, – добавил Шевцов.

– Да, психологический портрет преступника почти готов… Шура, а может, это ты прикончил бедную девушку? Кто-кто, а судебный медик Александр Шевцов вполне вписывается в нарисованную мною картинку. Одинокий, а значит, сексуально озабоченный – раз. В драгоценных металлах разбирается – два. Высшее медицинское имеет – три.

На лице Шевцова появилось некое подобие улыбки.

– Четыре – имеет разрешение на пистолет «ТТ», – как ни в чем не бывало добавил он. – Калибр соответствует.