Эриган. Движение - Эндрю Миллер

Состоящее из шести огромных колонн, это произведение чьей-то фантазии поражало до глубины души. Но прежде, чем Вик разобрался в своих чувствах, его сознание стало гаснуть, уносясь в далёкое прошлое.

* * *

— Ты уверен, что нам стоит это делать? — окликнули его со стороны.

— Это решение принималось не мною, — ответил Вик, обернувшись на голос. — За него проголосовали старейшины. Я же лишь встал на сторону большинства.

И это было чистой правдой, поэтому мужчина не сразу нашелся, чем ему возразить.

— Но ведь ты, Ланс, как никто другой понимаешь, что это глупо. Ещё немного и в наш мир вернётся прежний порядок. Так зачем? — напирал собеседник, выражая не свойственный себе гнев.

И Лансу было больно видеть подобное. Раньше, Дориан — его названный брат и лучший друг, никогда не показывал столь ярких, негативных эмоций. Но прогремевшая война слишком сильно на него повлияла, надолго стерев с уст товарища добрую и простодушную улыбку.

— Не начни мы войну… — начал Ланс, однако гневный окрик друга прервал его речь.

— Война уже закончилась! А если совет волнуются о редких очагах сопротивления, то это просто фарс. Красивая бравада — пыль в глаза. Они уже давно все спланировали, и вот, наконец-то дождались удобного момента! Я ведь прав? А, Ланс? — сделав шаг вперёд, мужчина раздраженно ткнул в его сторону пальцем: 'Ты ведь наш глава! Так почему не настоял на обратном?

— Я стал главой не по своей воле! — возразил мужчина. — Во мне течет кровь мага, Дориан, а не бумажного сноба. Я желаю знаний, а не главенствования над тщедушными засранцами!

— Ланс… — его собеседник не нашелся, чем ответить, ведь в полной мере разделял его чувства.

— Я не желал этого… — вновь повторился Ланс, положив руку товарищу на плечо. — Но своими глупыми поступками мы истощили эту планету. Ещё несколько веков, и она станет полностью непригодной для магов, превратившись в обычный мир смертных, — закончил он словами, которые не раз слышал от своего наставника, а также отца и величайшего мага поколения — Архимага Бейнара.

«Мы не должны были сражаться из-за вещи, в существовании которой даже не были уверены…» — печально подумал он.

Неужели призрачные мечты отца того стоили? Сопоставима ли та цена, которую они уплатили, ради его туманных целей?

Ланс в этом сомневался. Имей он возможность — без раздумий пресек бы черту дозволенного, заключив родителя под замок. Лишь бы он остался жив…

Но его отца уже нет в этом мире, как и нет надежды на его возрождение.

— Я знаю! — ответил Дориан. — И я понимаю — будь у нас шанс, мы бы очистили этот мир от Юрговских порождений…

Зло, сжав свои кулаки, Дориан гневно проклял всех ведомых ему богов.

Видя во взгляде побратима непоколебимый огонь, Ланс отвернулся в сторону:

— Порождённые войною ужасы уже запечатаны. В своих темницах они и останутся. Навеки! — нагласил он, указывая на возвышающуюся вдали Стену.

— Стена — всего лишь мера предосторожности…

Тяжело вздохнув, Ланс внимательно посмотрел в глаза своего верного товарища:

— Но она будет оберегать мир достаточно долго. Наше возвращение не заставит себя ждать. Мы и так погубили миллионы разумных существ. Допускать ещё больше жертв, я не намерен, — в этот миг его слова были наполнены не только горем, но и яростью, которая заставила воздух вокруг него завибрировать от изливаемой в пространство мощи. — Треклятый Юрг!

— Всё это уже в прошлом, Ланс, — теперь уже Дориан взял товарища за плечи, крепко сжав их в своих руках. — Мстить уже некому, да и губить этот мир… это, как ни как, наша родина.

На этом их разговор завершился.

Как бы они не хотели сказать что-то еще, слова так и не покинули их уст, застряв где-то в горле. Но они хорошо знали друг друга, поэтому необходимости в них не было. Все было понятно и без слов.

— Возвращаемся, — разорвал он затянувшееся молчание, сотворив рядом с собой портал.

Кивнув друг другу, они покинули холм, с которого в последний раз смотрели на свой родной мир.

«А вернёмся ли?» — подумал мужчина, прежде чем его поглотил пространственный проход.

…

Оказавшись по другую сторону магической арки, Ланс очутился в знакомом Вику городе. Вот только в этот миг, он буквально кипел жизнью!

Гномы, эльфы, орки, люди… здесь было столько народу, что он и названий для них не знал! Однако радости в их глазах не было — только крайнее изнеможение и испуг. И как бы Лансу не хотелось видеть обратное, сейчас его народ выглядел именно так — изнуренным и лишенным сил.

Горько было это осознавать, но изменить он ничего не мог.

Не имел права.

А ведь под стенами его родного дома стоял ни кто иной, как враг! Алчный и жутко жестокий. Именно благодаря его усилиям, город был наполнен криками и стонами — он был в осаде!

Вокруг то и дело звучала брань и громкие крики командующих, которые всеми силами пытались вразумить солдат и местных жителей.

«„Может, мне всё-таки стоило выпустить своих созданий?..“» — подумал было Ланс, но быстро себя оборвал.

Едва его верные слуги вступят в бой, как от города ничего не останется. В порыве боевого безумия, они не пощадят никого — ни своих, ни чужих.

Но остановило его не чувство вины. Нет. Просто, этот город был возведен его отцом. Возведен в честь него — сына, поэтому губить его дар, было кощунством.

Тем более что он здесь вырос. Провел свое детство и юность.

И хоть с того времени прошло не одно тысячелетие, притупив его детские воспоминание, лишать себя единственного места, которое он мог назвать своим домом, Ланс не хотел.

«„Их время ещё придет“»

Что он имел в виду, понять было сложно, однако именно эти мысли вернули его обратно, позволив вновь ощутить накрывшую город вонь смерти и боль страдающих людей.

Посмотрев в сторону окраин, Ланс вслушался в непрерывный грохот взрывов и шум боя. Они были свидетельством того, что враг уже прорвал первую линию обороны, ворвавшись внутрь города. Но при мысли об этом, на лице у мужчины ничего не отразилось.

Будто в этом не было ничего странного.

«Вскоре всего этого не станет…» –