Ангелы апокалипсиса - Анатолий Гончар

Ушлый врио начфиза с удовлетворением потирал руки – чтобы обмыть встречу старых друзей, у него, как говорится, теперь «было».

Сколь же велико оказалось его разочарование, когда оба друга (чёрт бы их подрал) – целых два майора! – в один голос заявили:

– До окончания соревнований никакой выпивки!

Раз уж обстоятельства сложились таким образом, они решили участвовать. Не подводить же друга!

– И что нам предстоит? – Лёшка Берёзкин, он же майор-два, он же «майор Петров Александр Александрович», блаженно потянулся, расправляя худосочные плечи.

– Да расслабьтесь, ребята, оттянемся по полной, посидим за «чайком». – Пришвин красноречиво поглядел на выставленный для всеобщего обозрения «жертвенный» коньяк. – А продуем, да и хрен с ним!

– Ну уж нет! – возразил Вадим Нигматулин, он же майор-один, он же «майор Зарайнов Сергей Русланович». – Назвался груздем… Давай, выкладывай.

Пришвин огляделся по сторонам в поисках путей отступления, не нашёл, мысленно чертыхнулся и начал рассказывать:

– Значит, так: военное троеборье – первый день стрельба «ПМ-1» и плавание. Ты, Лёха, во второй возрастной группе, тебе плыть 200 метров.

– Да я и сто-то с трудом… – тихо пробормотал новоиспечённый Петров.

– Не перебивай, – осадил его столь же новоиспечённый Сергей Русланович.

– Тебе, Вадим…

– Серж, – поправил его «майор Зарайнов».

– Хорошо, тебе, Сергей Русланович, сто метров – ты у нас в третьей возрастной.

– Понятно, – кивнули оба.

– На второй день Сергею Руслановичу бежать 1 километр. Александру, – Пришвин усмехнулся, – две тысячи метров.

– Вот опять мне что потруднее! – Лёшка недовольно покосился на Вадима.

– Молчи, щегол, молод ещё старпёровские дистанции бегать! – строго одернул его Вадим и улыбнулся: – Я стар, я очень стар, я суперстар. Но у меня как-то с бегом не очень. – Он задрал левую штанину. Нога была буквально сплошь покрыта многочисленными шрамами.

– Одни инвалиды, блин! – Пришвин хмыкнул. – Один плавать не умеет, другой бегун ещё тот. Победители детских олимпиад, а всё туда же – на пьедестал. Говорю же, давай за стол!

Тут в голове у врио физрука неожиданно прорезалась сумасшедшая идея, точнее, это было лишь продолжение начатого.

– Хотя стапэ. – Как любой авантюрист, он загорелся новой идеей с лёта. – Леха, а ты две дистанции подряд пробежать можешь?

– Спрашиваешь! – Берёзкин лихо выпятил вперёд худощавую грудь. – Перед тобой стоит КМС по лёгкой атлетике!

– Бывший, Лёш, бывший! – безжалостно поправил его Вадим, то бишь Сергей Русланович.

– Тогда и ты бывший мастер по плаванию!

– Неправда ваша! – столь же любезно поправил его майор-два. – Мастер спорта даётся на всю жизнь, его подтверждать не надо. Вот так-то.

– Подумаешь! – фыркнул «Зарайнов», а Пришвин продолжил развивать свою идею:

– Значит, пробежать подряд две дистанции ты можешь?

– Не прокатит, – покачал головой Вадим, – судьи заметят.

– Ну, это уж моё дело. – Пришвин усмехнулся. – А кстати, ты за него, – кивок в сторону притихшего Лёшки, – проплыть готов?

– Само собой, не оставаться же в долгу.

– Со стрельбой как?

– Нормально. – Вадим хмыкнул.

– Мастерство не пропьёшь, – в тон ему поддакнул Лёшка.

– Значит, стрелять будете сами, – вынес вердикт Пришвин. На том и порешили.

В успехе предстоящего «шоу» Артём Иванович не сомневался – Вадим и Лешка были похожи, как братья.

Со стрельбой из пистолета проблем действительно не возникло – оба пенсионера ещё помнили, каким боком подходить к оружию. С плаванием тоже: кто отличит одного тощего мужика от другого, особенно когда таких – десятки, и все в очках и шапочках. Разве что по расцветке плавок?!

– Ты только рекорды не ставь! – напутствовал перед вторым заплывом Пришвин победившего в своей возрастной группе Вадима. – Не стоит обращать на себя излишнее внимание.

– Я не буду! – успокоил Артёма новоиспечённый Зарайнов и стал третьим.

На следующий день наступил момент истины. Повезло. В сутолоке после первого забега никто не заметил, как один из только что пробежавших километровую дистанцию участников шмыгнул за угол ближайшего здания и вышел оттуда уже в другой майке и другого цвета шортах.

– Даже не вспотел! – с гордостью отметил пришедший в забеге четвёртым Алексей и вихляющей походкой отправился к месту старта.

В момент, когда судья на линии, подняв удостоверение личности майора Петрова, пристально всматривался в лицо всеми силами изображавшего безразличие Берёзкина, сердце Пришвина ёкнуло. Наконец, видимо смирившись с тем, что время наложило свои неизгладимые отпечатки на лицо проверяемого, судья перешёл к следующему участнику.

К финишу Лешка пришёл третьим. Неплохо выступили члены сборной команды части и в первой возрастной группе. Пришвин радовался, но недолго. Когда стали известны окончательные итоги соревнований, у него засвербело под ложечкой – майор Зарайнов в своей возрастной категории стал вторым и майор Петров тоже. Приятное, казалось бы, известие, если бы не одно «но» – неминуемые последствия…

Впрочем, Артем Иванович решил пока по этому поводу не заморачиваться. Коньяк и припасенная закусь пришлись как нельзя кстати.

Домой команда возвращалась с тремя кубками.

Торжественное построение на плацу части. Временно исполняющий обязанности командира бригады подполковник Хладов (командир весьма удачно убыл на военный совет) вручает кубки млеющим от удовольствия Зарайнову и Петрову. Кубок за общекомандное первое место повторно получил Пришвин.

И всё бы хорошо, вот только спустя два месяца в часть пришла телеграмма, согласно которой майорам Зарайнову и Петрову надлежало прибыть в округ для подготовки к соревнованиям на Кубок Вооружённых сил.

Командир бригады, внимательно ознакомившийся с собственноручно подписанным приказом, а также с информацией о результатах окружных соревнований, долго чесал голову, пытаясь постигнуть произошедшее. Какие Петров и Зарайнов физкультурники, он знал отлично. В итоге, так и не найдя логического объяснения чуда, он вызвал к себе обоих вице-чемпионов. Они прибыли: один маленький, толстенький, почти круглый, второй длинный и тощий, как жердь. Критически осмотрев «спортсменов», полковник хмуро поинтересовался:

– Ну, Тарапунька со Штепселем, и как это понимать? На Вооружёнку поехать захотелось?