Брат, держи удар! - Владимир Колычев

— Ну раз так, тогда сходи, — смилостивился Осип. Настроение у него под потолок. Балдеж в глазах.

Видно, с трех обещанных миллионов ему самому кое-что обламывается…

— Антоха, своди засранца…

— Засранец, гы-гы!.. Пошли, говнюк!..

Под улюлюканье Курдюка и Щербины Антоха поволок Никиту в сортир.

Огромная комната, кафельный ансамбль, пол с подогревом, мраморная ванна, унитаз. И окно — из непрозрачных стеклянных блоков выложено. И не зарешечено.

У Никиты не было никакой возможности бежать. Антоха на руке, два ствола на него через открытую дверь смотрят. Но на всякий случай он окинул комнату цепким взглядом. И увидел расколотую пополам раковину. Видимо, кто-то из ублюдков по пьяной лавочке умывальник разбил. Если взять одну такую половину, получится отличный метательный снаряд. Можно выбить им окно. И через образовавшуюся брешь вырваться на свободу. Только нереальна эта перспектива.

Никита снял штаны, сел на унитаз. Антоха с ухмылкой пялился на него.

— Может, отвернешься, а? — недовольно поморщился Никита.

— Чо, не снесешься? — зашелся идиотским смехом конвоир.

И Курдюк с Щербиной захохотали. Смешно им, уродам.

— Не получается…

— Тогда натягивай штаны, пошли… Думаешь, в кайф смотреть, как ты жопу дрочишь…

Курдюк и Щербина не засмеялись. Не до смеха им вдруг стало. Осип их встревожил.

— Машины подъехали, — безмятежно сообщил он. И вдруг паника: — Не те лайбы!..

И тут же раздался грохот выстрелов. Стрелял Осип. Видимо, в ответ ударили из бесшумных автоматов. Послышались звон стекла, щелканье пуль о стены, визг рикошета. А потом все смешалось в сплошном грохоте — это подключились к делу «узи» Курдюка и Щербины. Про Никиту забыли все.

Один Антоха помнил.

— Вставай, засранец! — истошно заорал он на Никиту.

И резво потянул его на себя.

Но Никита заупрямился.

— Да подожди ты!..

Только Антоха ждать не хотел. Невтерпеж ему. Или к своим корешам присоединиться хочет, или, пока не поздно, рвать когти. Так или иначе, он очень торопился. А Никита его задерживал у толкана.

— Я тебе подожду, гнида! — бешено завращал глазами Антоха.

И потянулся к стволу, вырвал его из кобуры под мышкой. Но при этом упустил из виду Никиту. За что и поплатился.

Никита рывком принял вертикальное положение. При этом потянул на себя Антоху. И свободной рукой, ребром ладони заехал ему в кадык. Всю силу в удар вложил. Адамово яблоко всмятку — Антоха вмиг испустил дух. И начал заваливаться на бок.

Никита успел вырвать из мертвеющей руки пистолет, привел его к бою. И выстрелил в перемычку между браслетами наручников. Пуля избавила его от конвоира — все, он свободен. И вооружен.

Стрельба не прекращалась. Только стрелял уже всего один пистолет-пулемет. Очереди длинные, нервные.

А куда ж делись еще двое? Или убиты. Или…

Никита вовремя направил ствол в дверной проем. Вовремя нажал на спусковой крючок. Но и Щербина успел выстрелить. Пулеметная очередь прошла над головой. Только, в отличие от Никиты, он не успел присесть. Две крупнокалиберные пули ударили его в живот, отшвырнули на два метра назад…

После недавних событий Никита недолюбливал ментов. Но за убитого сержанта дорожно-постовой службы отомстил…

Еще два выстрела… На пули нарвался Курдюк. С дырявой башкой он влетел в каморку, где столько времени провел Никита.

И за расстрелянных заложников Никита рассчитался. Их этим не поднять, но все же…

Осип продолжал отстреливаться. Бил теперь короткими очередями. Неизвестно, насколько точными…

Кто-то атаковал дом. Кто? Бойцы Сапунова? Это было бы хорошо. А вдруг это менты?..

Никите вовсе не хотелось снова оказаться за решеткой. Он рывком закрыл дверь в ванную комнату, щелкнул задвижкой. Затем подскочил к расколотой раковине, схватил половину. Превратил ее в метательный снаряд. И вторую половину в окно запустил. Пробил для себя брешь. Взял разгон, чтобы запрыгнуть на окно.

А в холле с силой громыхнула граната. Ударная волна снесла дверь и ворвалась в ванную. Спасибо ей — она придала Никите дополнительное ускорение. Он и до окна добрался, и через брешь в нем вылетел наружу. Распластался на крыше шиферного навеса.

Только залеживаться на ней не собирался. Рывком швырнул свое тело вниз, на землю. Плавно опустился на бетонную площадку, под навес — сюда, возможно, ставили машины. Только никаких авто нет и в помине.

Зато есть машины у ворот дома. Они совсем рядом, лишь выглянуть из-за угла. Чуткое ухо улавливало едва слышный гул моторов. Машины можно и увидеть. Или нарваться на пулю…

Боевик в черном кожаном плаще опередил Никиту. Он первым выскочил из-за угла. И выстрелил в него. Сначала глазами. Черными и злыми. Будто арктическим холодом Никиту обдало. Затем он нажал на спусковой крючок малогабаритного автомата с мощным глушителем. Только автомат почему-то к небу вскинулся, пули прошли поверх головы. И боец начал опускаться на землю. Из простреленного горла фонтаном хлестала кровь…

Кто стрелял?.. И до Никиты дошло. Оказывается, стрелял он сам. Палец два раза нажал на курок. Никита выстрелил на подсознательном, рефлекторном уровне. Как будто что-то подсказало ему, что перед ним враг. Не мог этот странный человек со столь свирепым взглядом быть другом.

Но до победы еще далеко. Это стало ясно, когда рядом с ним опустилась и закружилась на бетоне круглая ручная граната. Натовский образец, основное отличие — необоснованно удлиненное время срабатывания. Это и спасло Никиту. Снова на подсознательном уровне он пнул гранату, сам кошкой отскочил от нее в противоположную сторону. И плашмя рухнул на землю. Взрыв, оглушительный грохот, каток ударной волны по спине.

И тут же чей-то всхлип. Никита резко перевернулся на спину, вывел на вытянутых руках пистолет. Но стрелять не пришлось. С шиферной крыши на землю падал боевик в плаще. Руками он держался за лицо, из-под пальцев густо сочилась кровь. Его достал осколок собственной гранаты.

Никита не знал, сколько всего боевиков. Утешала одна мысль — их стало на два меньше Черные плащи уже заняли дом. Кое-кто сейчас ринется — или уже ринулся — прочесывать двор. Если Никита бросится убегать — до спасительного забора метров пять, не больше, — ему ударят в спину. Тогда все…

А боевики настроены серьезно. Кто они, эти ребятки? Может, бойцы враждующей с Афоном группировки. Возможно, на его фазенду вышли случайно. Сами того не зная, опередили Гнута, который ехал за Никитой.

Впрочем, неважно, кто они такие. Важно другое — они хотят убить Никиту. А если так, он имеет полное право огнем отвечать на огонь.

Только успеет ли он выстрелить хоть раз? Слишком уж накалена обстановка.