Капкан для Скифа - Александр Чернобук

— Расистом стал?

— Нет.

— А почему тогда такая реакция?..

— Потому что на его месте я ожидал увидеть бездыханное тело совсем другого человека, — терпеливо пояснил я.

— А кого ты там ожидал увидеть?

— Тебя.

— Меня? — Майкл изумленно уставился на меня. — А меня-то, чего? За какие такие дела?

— Ты же сам говорил, что заморочки у тебя серьезные…

— Серьезные, но не до такой же степени…

— А я что знаю до какой? Ты как вчера ускакал по своим делам, я так места себе и не нахожу…

— Да, Скиф. Ну, ты даешь… Спасибо, конечно.

— На здоровье.

Подошли к распахнутой настежь двери в мою комнату. Пояснил:

— Это я так сорвался вниз, когда услышал об жмуре возле общаги…

— Фантазия у тебя…

— Что есть, то есть.

— Книги не пробовал писать?

— Чего спрашиваешь? Сам знаешь, пробовал.

— Зря бросил.

Мы прошли в комнату. Прикрыл дверь.

— Давненько я у тебя не был. — Майкл остановился у дверей и огляделся. — Кресла, стенка, кровать, стол, холодильник, телевизор, компьютер. На мониторе — незаконченная партия в шашки Го. Понятно. Тренируемся перед сегодняшним матчем. Ковер на полу! Умеешь ты, однако, Скиф, устроиться комфортно на двадцати квадратных метрах.

— Допустим здесь не двадцать метров, а двадцать четыре…

— Это нисколько не умаляет твоих способностей.

— Тяга к роскоши заложена во мне с детства.

— Наверняка, по плану заселения общежития здесь должны жить два или даже три студента, — в тон мне заметил Мишка.

— Не знаю. Не интересовался.

— Ясненько все с тобой. Давно причем. А соседей не подселяют из уважения к твоим глубоким познаниям в истории?

— Может быть. Хотя вряд ли, скорее всего потому, что я люблю жить один. Или потому, что я ем за двоих, а иногда и за троих. — Я выключил компьютер с недоигранной партией, открыл холодильник и принялся выкладывать на стол продукты.

— Если так, то конечно… — Майкл достал сигарету и плюхнулся в кресло. — Помощь нужна?

— Минут через пять, когда все приготовлю. — Я подмигнул другу. — При всей моей патологической прожорливости спортсмена в отставке мне с такой горой снеди не совладать.

— В этом вопросе ты можешь на меня твердо рассчитывать, причем всегда, — заверил Мишка. — Приглашай, если что…

— Не сомневался в тебе ни на секунду.

— Всегда рад помочь.

— Ты вчера говорил о покупке квартиры. — Я наполнил рюмки, кивнул на стол. — Подсаживайся. Как, мнение не изменилось?

— Действительно, к чему тебе, Скиф, при таких хоромах квартира? Живи здесь еще триста лет. — Мишка пересел на стул и поднял рюмку.

— И я о том же. Совершенно незачем. Триста — много, согласен на сто. — Притронулся своей рюмкой к Мишкиной. — За наши успехи на длительном жизненном пути.

— Постоянные успехи, — уточнил Майкл.

— Угу, перманентные, — я уже выпил и жадно набил рот колбасой, хлебом и сыром. Сказывалось недавнее нервное потрясение — организм срочно требовал допинга.

— Давай-ка, дружище, выкладывай все про свои дела, пока опять тебя куда-нибудь не понесло, как вчера. Мобилка звякнет, ты сорвешься, а я опять себе мозги сутки парить буду!

— А как же шашки Го? Я настроился…

— Успеется, — отмахнулся я. — Никуда они от нас не денутся. Сыграем обязательно. Только сначала расскажи, что там у тебя такого стряслось, что старый друг Скиф понадобился?

— Хорошо, — кивнул Майкл, и лицо его стало серьезным:

— То, что речь идет о контрафактной книжной продукции и издательстве «Павлин», я думаю, ты не забыл?

— Нет, конечно. Кроме того, могу сказать, что я прекрасно осведомлен обо всем механизме производства и сбыта левой продукции на фирме Капренко.

— Да?

Я утвердительно кивнул:

— Так что можешь лишний раз не сотрясать воздух, повествуя о деятельности издательства «Павлин». Я полностью в курсе. И что, и как, и даже на чем они печатают книги, пользующиеся спросом на сегодняшний день.

— Что ж, прекрасно. Это существенно облегчает мою задачу. Немного отвлечемся от книжного рынка нашей страны. Ты наверняка знаешь, как жестко в последнее время начали бороться с контрафактной продукцией по другим видам товара?

— Просвети, если не сложно, как-то не особенно обращал внимание… — Я пожал плечами. — Нет времени телевизор смотреть.

— Нелицензионные аудио- и видеокассеты, лазерные диски уничтожаются сейчас тоннами. Вся Европа ропщет, недовольная нашим пиратством, и продавливает эту тему по всем возможным каналам: и по политическим, и по коммерческим. Поэтому и началась такая активная борьба с контрафактным беспределом…

— Или сделан вид, — вставил я. — Так наши политики, менты и бизнесмены и отказались от сверхприбылей с этого бизнеса. Разбежались. Еще Маркс говорил, что капитализм не остановится ни перед каким преступлением, если речь идет о сумасшедшей рентабельности.

— Спорить не буду. Это глупо. Есть такая вероятность. В нашем государстве нельзя быть застрахованным ни от чего. Вполне может быть, что таким образом просто бросается кость в угоду зарубежным лоббистам этого вопроса.

— Так ближе к реальности…

— Скиф, суть в другом — есть реакция на все эти демарши. Она наглядна, ее можно увидеть. По ящику регулярно демонстрируют перемалываемые нелицензионные лазерные компакт-диски (говоря нормальным языком — пиратские копии) и ванночки, которые делают из их отходов для нужд сельского хозяйства… Понимаешь к чему я веду?

— Не совсем. Ты нашел иное применение этим ванночкам? Использовать как тару для хранения золотого запаса страны? — При любой неясности я автоматически свожу все к шутке.

— Нет. Не смешно.

— Не смейся. Никто не заставляет. Тогда что?

— Книжным контрафактом до недавнего времени не занимался никто. Вот что я пытаюсь тебе сказать, — веско произнес Майкл.

— Почему? Не совсем так, — решил возразить я. — Пытались как-то бороться. Те, кому обидней всего. Авторы.

— Но не очень успешно.

— Можно сказать — совсем никак.

— Да, результат был нулевой. Есть весьма убедительный пример. Могу рассказать байку про литератора Шитова.

— Это который «Собор без крестов» написал? — уточнил я.

— Да. Именно он. Когда вышло это его произведение… Точно не помню, год девяносто второй, девяносто третий, этот автор заключил с одним издательством контракт на… внимательно слушай…