Сахара - Клайв Касслер

Джордино недоверчиво посмотрел на него:

– Невозможно поверить в мертвый мир, который погиб от недостатка кислорода.

Питт встал и подошел поближе к экрану, изучая беспристрастные цифры, указывающие дату уничтожения человечества. Затем он повернулся и уставился на Сэндекера.

– Итак, если я правильно понял, чтобы уменьшить угрозу бедствия, вы хотите, чтобы Ал, Руди и я на компактном исследовательском судне прошли по реке и проанализировали пробы воды, пока не установим источник загрязнения, приводящий к образованию красной волны? А потом будете искать способ заткнуть эту дырку?

Сэндекер кивнул:

– Одновременно мы здесь, в НУМА, попробуем разработать средство, нейтрализующее красную волну.

Питт перешел к висящей на стене карте реки Нигер и стал ее изучать:

– А если мы не найдем источник в Нигерии?

– Пойдете дальше по реке, пока не наткнетесь.

– То есть через Нигерию на северо-восток, где река разделяет государства Бенин и Нигер, и дальше в Мали?

– Если потребуется, – сказал Сэндекер.

– А какова политическая ситуация в этих странах? – спросил Питт.

– Должен признать, не совсем стабильная.

– Что вы имеете в виду под «не совсем стабильная»? – насторожился Питт.

– Нигерия, – приступил к лекции Сэндекер, – самая населенная африканская страна со ста двадцатью миллионами жителей, находится в состоянии постоянных переворотов. Недавнее демократическое правительство в прошлом месяце сброшено военными, и это восьмой переворот всего лишь за двенадцать лет, не считая неудавшихся. Провинции охвачены обычными этническими войнами и более кровавыми религиозными – между мусульманами и христианами. Оппозиция руками наемных убийц убирает правительственных чиновников, которых обвиняют в коррупции и плохом управлении страной.

– Веселое местечко, – проворчал Джордино. – А мне запах порохового дыма противопоказан.

Сэндекер пропустил его реплику мимо ушей.

– Народная Республика Бенин находится под жестким диктаторским правлением. Президент Ахмед Тугури опирается на методы террора. Через реку, в Нигере, главу государства поддерживает ливийский лидер Муаммар Каддафи, заинтересованный в урановых рудниках этой страны. Государство в состоянии мучительного кризиса. Повсюду повстанцы. Очень советую, когда вы туда попадете, – держаться середины реки.

– Ну а Мали? – подтолкнул разговор Питт.

– Президент Тагир – человек приличный. Но он по рукам и ногам связан генералом Затебом Казимом, возглавляющим Верховный военный совет из трех членов и до нитки обобравшим страну. Казим – это отвратительный субъект, фактический диктатор, скрывающийся за вывеской честного правительства.

Питт и Джордино обменялись скептическими улыбками.

– У вас какие-то проблемы? – подозрительно прищурился Сэндекер.

– Необременительная прогулка по реке Нигер, – кротко повторил Питт слова адмирала. – И все, что от нас требуется, это пройти тысячу километров по реке, находящейся под контролем прячущихся в зарослях вдоль берега мятежников, жаждущих крови, уклоняться от встречи с вооруженными патрульными судами и заправляться по пути, избегая ареста и казни в качестве иностранных шпионов. И при этом от случая к случаю брать химические пробы воды. Нет, адмирал, никаких проблем, за исключением того, что ваше задание чертовски смахивает на обыкновенное самоубийство.

– Да, – невозмутимо сказал Сэндекер, – очень похоже на то. Но всего лишь с малой толикой везения вы пройдете этот путь, не испытав ни малейших неудобств.

– Потеря наших голов кажется вам всего лишь мелким неудобством?

– А вы не рассматривали вопрос использования спутниковых датчиков? – спросил Ганн.

– С такой точностью они не работают, – ответил Чэпмен.

– А как насчет низколетящего реактивного самолета? – не отставал Джордино.

Чэпмен покачал головой:

– Волочение датчиков по воде на сверхзвуковой скорости не дает результата. Я знаю. Я участвовал в одном эксперименте, где пытались сделать это.

– Но ведь на борту «Саундера» размещены первоклассные лаборатории, – сказал Питт. – Так почему бы не подогнать его к дельте и хотя бы определить тип, класс и уровень загрязнения?

– Мы пытались, – ответил Чэпмен, – но нигерийские канонерки остановили нас еще до того, как мы подошли на сто километров к устью реки. А это слишком далеко для проведения точных анализов.

– Этот проект может быть осуществлен только хорошо оборудованным небольшим судном, – подвел итог Сэндекер. – Только оно сможет пройти через все отмели. Другого пути нет.

– Предпринимал ли попытки наш государственный департамент обратиться к этим правительствам с просьбой разрешить исследовательской команде пройти по реке в целях спасения миллиардов жизней? – спросил Ганн.

– Прямые попытки контактов были. Нигерийцы и малийцы категорически против. В Западную Африку даже приезжали авторитетные ученые, чтобы объяснить ситуацию. Но африканские лидеры не верят им, даже еще и смеются. И их нельзя обвинять. Их мышление не столь фундаментально. Они не в состоянии масштабно мыслить.

– Но разве в их государствах не отмечается высокой смертности людей, пьющих воду из зараженной реки? – спросил Ганн.

– Она не столь уж широко и распространена, эта специфическая смертность, – покачал головой Сэндекер. – Ведь воды реки Нигер несут не только химикалии. Стоящие на ее берегах города и поселки тоже сбрасывают туда человеческие отходы и мусор. И живущие на ее берегах народы знают, что значит пить из нее.

Питт еще раз проглядел диаграммы на экране, и они ему активно не понравились.

– Короче говоря, сэр, вы полагаете, что тайная операция остается единственной возможностью проследить источник загрязнения?

– Да, – решительно сказал Сэндекер.

– Надеюсь, у вас есть план, как обойти все препятствия?

– Разумеется есть.

– Будет ли нам дозволено узнать, каким образом мы собираемся отыскать источник загрязнения и при этом остаться в живых? – спокойно осведомился Ганн.

– Тут нет секрета, – раздраженно ответил Сэндекер. – Ваше прибытие будет обставлено как увеселительная речная прогулка трех богатых французских промышленников, ищущих, куда бы вложить средства в Западной Африке.

Ганн совсем потускнел, Джордино выглядел ошеломленным, а лицо Питта потемнело от нарастающей злости.

– Так, – решительно произнес Питт. – Это и есть ваш план?

– Да, и чертовски хороший, – огрызнулся Сэндекер.

– Это безумие. И оно не по мне.

– И не по мне тоже, – проворчал Джордино. – Я похож на француза, как Аль Капоне!

– А я еще меньше, – добавил Ганн.