Народный мститель - Кирилл Казанцев

– Во, блин, гонит. Еще один Шумахер нашелся, – оживился Иванов, глянув на экранчик радара. – Стопорни-ка его, Толян.

– Ну его на хрен, – вяло отозвался лейтенант Анатолий Баранов. – Толку-то с него…

– Может, ты, Толян, и прав… – Капитан щелчком отправил непогашенный окурок на коротко подстриженный газон, отделявший тротуар от проезжей части. – Номера Московской области; машина копеечная, старая. Что с него возьмешь?

Водитель «Жигулей», проскочивший на скорости мимо фуры, только сейчас заметил патрульную машину, резко притормозил и дальше покатил уже так, как положено.

– Ну, вот и порядок. Боится, – капитан потянулся к заднему сиденью, взял термос и бутерброды в бумажном пакете. – Перекусить хочешь?

– И есть я не хочу, – отозвался лейтенант Баранов.

– Что-то ты смурной сегодня. Молчишь, как воды в рот набрал. Что сделано, того не изменишь. А потому и думать об этом забудь.

– Я-то пробую, но ничего не получается. Не дают забыть, сволочи… Ты в Интернет лазил? – Лейтенант соединил пальцы и хрустнул суставами, лицо его сделалось злым.

Наконец-то Толян решил поднять ту тему, которой милиционеры сторонились с самого утра.

– А на хрена лазить? Мне и без этого хорошо живется… Ну, слышал я кое-что. На каждый визг внимание обращать – себе дороже. Собака лает, караван идет.

– Там наши с тобой фотографии вывесили. Какая-то сволочь уже и мой адресок к ним прицепила. Подозреваю, что это соседи узнали. Так вот, вчера вечером сопляк-десятиклассник, который живет под нами, двери мои бензином для заправки зажигалок облил и поджег.

– Ты его за руку-то хотя бы поймал? – проникся неприятностями напарника капитан Иванов.

– Не успел, но вычислил гада. У нас в подъезде потолки белят, так он наследил.

– Поджог – это уже статья.

– Я этого сопляка пока что только родителям сдал. Мать его умолять принялась, чтобы не давал делу официальный ход. Обещали дверь поменять. Вот до сих пор и думаю, как лучше поступить.

Капитан потянулся к пачке сигарет на приборной панели, но закуривать передумал.

– Пользы тебе с того, что сопляка осудят, никакой. Дверь его родители тебе и так поменяют. Надо с них еще откупные потребовать. За свободу сынка-разгильдяя, думаю, штуку баксов зарядить можно.

– Не сильно они и богатые.

– Ага, не богатые… Если их мальчишка в Интернете сидит, значит, на компьютер денег хватило. Пусть продают. Они же никуда от тебя не денутся. Скажи, пусть частями выплачивают. И лучше не сам, а жену свою подошли к его матери. Бабы, они быстрей договорятся. Так будет надежнее.

– Я же чувствую, это только начало. Сегодня один только сопляк меня узнал, а завтра все соседи узнавать начнут. Потом родители детей, которые вместе с моей дочкой в одном садике. Я уже из дому выходить боюсь. Тебе-то хорошо, ты в нашем общежитии живешь. Вокруг одни свои.

– Ты, Толян, не парься. Квартиру-то ты снимаешь. Ну, так сними другую – там, где никто тебя еще не знает.

– Время пройдет, и узнают.

– В том-то и дело, что время пройдет, и все забудется. Думаешь, все твои соседи сами ангелы? Просто им никто таких денег не предложил, как нам с тобой. Вот и корчат из себя честных. Для каждого есть заветная сумма, за которую его с потрохами купить можно. Вот увидишь: через месяц-второй все уляжется. Ты о хорошем думай. Жизнь-то наша налаживается, – учил жизни более молодого напарника капитан Иванов. – После суда и начальство к нам придираться перестало, машину новую нам дали. А сколько до этого мы с тобой рапортов написали? Так на развалюхе и ездили бы. И место у нас с тобой сейчас козырное, о таком другие только мечтают. И тихо тут, и движение не интенсивное. Любого нарушителя остановить можно, пусть он даже в крайнем левом едет. Кольцевая рядом. Сюда же все иногородние прут. А это самый платежеспособный контингент, деньги у них всегда с собой… – Иванов посмотрел в зеркальце заднего вида и оживился: – Во, едет один. Номера белорусские. Спешит покинуть столицу нашей родины. Думаешь, ему зависнуть тут улыбается? Сейчас мы его и остановим.

Капитан деловито надел фуражку и взял в руки жезл.

– Так он же ничего не нарушает, – произнес лейтенант.

– Какая, на хрен, разница?! При желании к телеграфному столбу прицепиться можно.

Капитан уже вышел на дорогу и властно махнул жезлом, приказывая остановиться потрепанному внедорожнику с белорусскими номерами. Водитель послушно принял вправо и замер у бордюра. Человеческое выражение с лиц капитана и лейтенанта испарилось. Они в одно мгновение стали людьми-функциями: фуражка, форма, жезл, полное отсутствие эмоций.

Капитан вразвалочку подошел к машине. Водитель, немолодой кавказец, уже ждал, опустив стекло. Документы держал наготове. Ремень безопасности, как и положено, был пристегнут. Иванов небрежно козырнул и не очень внятно представился.

– … документы, пожалуйста.

Страж порядка бегло просмотрел права и техпаспорт. Фамилия была армянская. Права выданы в Грузии. Машина зарегистрирована в Минске. Но все эти факты Иванов пока лишь взял себе на заметку.

– Куда направляемся? – Иванов уже заглянул в салон через стекло. Багажный отсек был заставлен красочными коробками и фирменными бумажными пакетами.

Армянин, заранее зная, что просто так от него не отцепятся, вышел из машины. Говорил он с неискренней любезностью южанина.

– Дочка у меня замуж выходит, вот, ездил за подарками. Через три дня свадьба.

– Что ж, поздравляю, – сухо проговорил капитан, изучая резину на колесах.

Протекторы были новые, не изношенные. Никаких претензий к шинам предъявить было невозможно. Но недаром Иванов упомянул о своей способности придраться даже к телеграфному столбу: мол, чего стоишь, чего гудишь?

– Аптечка, огнетушитель, знак аварийной остановки, – скороговоркой принялся уточнять он.

Армянин, приехавший из Белоруссии, чтобы отовариться в Москве, послушно открыл багажник и стал предъявлять все по порядку. Даже сроки годности на аптечке и огнетушителе и те не вышли. По справедливости водителя следовало поблагодарить за законопослушность, извиниться перед ним, козырнуть и пожелать счастливого пути. Но суть своей службы капитан видел в другом. Ведь место-то досталось козырное. А бумажную «зелень» косить на асфальте куда проще, чем на производстве. Иначе зачем тогда он выучился на дорожного инспектора?

Выходец с Кавказа понимал, что просто так его не отпустят, и только ждал от инспектора ГИБДД намека на то, какая сумма сможет притупить его бдительность.

– Товарищ лейтенант, подойдите и компьютер наш прихватите, – Иванов специально держал пока с армянином дистанцию, а потому и к напарнику обратился сугубо официально, хотя в других ситуациях иначе как Толяном Баранова не называл.

Этот спектакль у двух офицеров был отыгран до мелочей. Лейтенант нахлобучил фуражку и вышел из машины. На груди у него висел, словно лоток у уличного торговца, нетбук в толстом кожаном футляре.