Изменить судьбу - Мария Росси

— Офицер, не задавайте мне больше вопросов. Вы, отрицая возможность абсолютного познания мира, все равно ничему не поверите, даже тому, что сейчас произошло, ибо убеждены, что люди не могут знать ничего достоверного о действительной сущности вещей. Думаю, что мое присутствие сейчас излишне. У вас только что появилась почва для размышлений. Предлагаю завтра вернуться к обсуждению по существу спецоперации, а не таких мелочей, как наш путь на эту базу, — с этими словами Миа встала и вышла из кабинета, ни с кем не попрощавшись, по «полной» нарушая субординацию. И за ней никто не последовал, все были как в оцепенении.

Сержант Андерсон, войдя в свою комнату общежития базы, устало опустилась на кровать, обвела взглядом помещение, в котором был армейский минимализм, но все, что ей требовалось, имелось. Видно, что готовились к приезду женщины и выделили комнату старшего офицерского состава. Миа приняла душ, переоделась в спортивный костюм и, сидя на кровати, сушила волосы полотенцем, погрузившись в возникшую пустоту в душе. Сколько прошло времени, она не поняла, но в дверь постучали.

— Войдите, — не поворачиваясь к двери, оставаясь к ней спиной, отозвалась на стук она.

— Сержант, разрешите войти? — это был голос Хью Фостера.

— Конечно, входите, офицер, — с этими словами она встала с кровати и повернулась к вошедшему.

Хью замер. Миа, стоящая перед ним, была совершенно другой, ни такой, как на совещании или во время поездки. Она была очень милой, какой-то домашней и расслабленной, а может быть просто очень уставшей, маленькой, и, как ему показалось, беззащитной, с распущенными и еще чуть влажноватыми волосами, в спортивном костюме, с некоторым удивлением и интересом во взгляде этих неповторимых по красоте глаз.

Они стояли и смотрели друг на друга. И Хью в какой-то момент показалось, что пространство вокруг них сало меняться, пропало ощущение времени.

— У вас ко мне какое-то дело, — непривычно мягко произнесла Миа, отводя свой взгляд от черных, затягивающих в свою тайну, глаз Хью.

— Ах, да. Вы же не пошли в столовую, я принес вам ужин, — и он протянул ей большой пакет.

— Спасибо, офицер, — Миа взяла пакет и как ребенок с интересом в него заглянула, на ее лице появилась улыбка, — Как вы догадались, что я люблю эти блюда армейской кухни?

— Выбирал интуитивно, если честно. Хотел вас удивить пищей воюющих мужчин, — усмехнулся он.

— Вы сами ужинали? — обратилась к нему Миа, а сама уже знала, что Хью поесть не успел.

— Да.

— Хью, вы же понимаете, что я знаю правду. Вы не успели поужинать, поэтому приглашаю вас разделить трапезу со мной, — она ему подмигнула.

— Забыл, что вы «видите насквозь», — засмеялся он, — с удовольствием составлю компанию, если вас не смущает присутствие мужчины в вашей комнате в такое позднее время, мало ли что могут потом сказать.

— Меня смутить невозможно, а мнение других вообще не интересует, — очень спокойно ответила Миа и посмотрела на Хью.

Пока он мыл руки, Миа поставила чайник, расставила все на небольшом письменном столе, а поскольку стул в комнате был только один, а стол по непонятным причинам не сдвигался с места, то гостя она заставила сесть на стул, а сама, с одобрения Хью и под его смех, — на край стола, как любит делать всю жизнь, особенно когда выезжает на отдых с малышом Фредом, при этом забавно раскачивая ногами. Смех вызвало еще и то, что Миа, сидя на столе, стала почти одного роста с сидящим на стуле высоким Хью.

Они ужинали и непринужденно разговаривали, и офицер отметил про себя, что Миа непосредственная, смешливая и очень простая в общении личность, которая блюда армейской кухни ела так, как творение самого искусного повара, искренне их нахваливая. А сердце Хью трепетало от радости и какой-то семейной обстановки.

— Миа, а вы действительно при помощи телепатии узнали, что вместо меня другого послали в командировку?

— Ага, — ответила Миа, делая глоток чая.

— У вас в семье есть еще такие талантливые люди?

— Людей нет. Но я бы не сказала, что это талант, скорее миссия.

— Тяжело с этим жить? — глядя с некоторым сожалением в глазах на женщину, поинтересовался офицер, что вызвало нежную улыбку Мии.

— Я привыкла. Бывает тяжело, а бывает весело.

— Некоторые вещи в жизни трудно объяснить. Вот как сегодняшний случай, я бы погиб, если бы меня не заменили другим. Но я рад, что попал в вашу личную охрану на время пути сюда.

— Вы бы не погибли. Но всему есть объяснение. Ведь не случайно все люди в той группе оказались на одном задании. Просто так ничего в жизни не происходит. Случайностей не бывает. Вы давно в армии? — с интересом спросила Миа, и в ее глазах сверкнули искорки, но не фиолетового, а синего цвета, что Хью нашел очень милым.

— Уже 20 лет. А как вы относитесь к военным, к тому, что они ежедневно рискуют, в разъездах? Некоторым женщинам нравится просто статус военнослужащего, а вот сам характер службы, ее издержки и потребность воевать у мужчины — не устраивают.

— Уважительно отношусь. Мужчины и женщины устроены по-разному. Большинству женщин не понять, почему мужчин тянет к приключениям, риску, подвигам. Просто вам нужно постоянно по полной использовать свой потенциал, доказывать, в первую очередь, себе, что можете победить, что в состоянии справиться с миссией и решить любую задачу. Все-таки по своей сущности мужчины должны быть войнами, а не клерками в офисах. Но это я не в обиду последним сказала, — хихикнула Миа, — Я неправильная женщина, тоже люблю адреналин, скорость, опасные приключения. Дух мужчин мне ближе. Выбор профессии в моем случае — тому подтверждение.

— Но ваша женственность так не стыкуется с характером. Вас хочется защитить, а вы сами можете спасти весь мир. И армия не нужна.

— Да уж, это из серии, что внешность обманчива, — после этих слов они рассмеялись.

— Миа, вот совсем обнаглею, но спросить хочу, у вас в жизни есть тот, по ком вы скучаете?

— Есть, их двое, — усмехнулась Миа, бросив в сторону мужчины хитрый взгляд, ведь она знала, что подразумевал последний, так формулируя вопрос.

— А можно узнать, кто это, если не секрет?

— Секрета нет. Это подросток 14 лет и пес породы бернский зенненхунд 3 лет. Оба мальчики, — рассмеялась она. Эти двое — мои любимые мужчины.

Хью Фостер не ожидал такого ответа и веселой реакции Мии, немного растерялся, потом улыбнулся и